ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Добрый день, мисс, — произнес он. Но по-английски полковник говорил с сильным акцентом, растягивая гласные и обрезая согласные, как было свойственно его родному языку.

— Добрый день, — ответила Мэри Роуз, Накануне отъезда ее предупредили, что даже самые просвещенные и образованные турки обращаются с женщинами в лучшем случае с холодной вежливостью. Несмотря на то что страна официально провозгласила равенство между полами, для большинства мусульман это оставалось не более чем мифом. Штатный психолог Оп-центра Лиз Гордон говорила:

— Коран предписывает женщинам прикрывать головы, руки и ноги. Те, кто этого не делает, считаются грешницами, Между тем полковник улыбался ей очень приветливо. Он обладал природным обаянием и шармом.

Повернувшись к генералу Роджерсу, полковник Седен отсалютовал. Роджерс тоже отдал ему честь. Турок вручил ему сложенные вдвое листы бумаги.

— Мое предписание, сэр.

Бегло просмотрев документы, Роджерс взглянул на экран.

— Вы прибыли в интересный момент. Один из ваших вертолетов... вот он. — Генерал показал на ползущую по зеленой сетке красную точку.

— Странно, — сказал Седен. — В целях безопасности военные вертолеты, как правило, летают парами. Вам известно, кому он принадлежит?

— Вертолет из Мардина.

— Пограничный патруль, — нахмурился Седен.

— Да. Диспетчер безуспешно пытается вызвать их по радио. Какое вооружение стоит на таких машинах?

— Обычно пулемет и пушка: как правило, двадцатимиллиметровое орудие с вращающимся стволом. Сто пятьдесят снарядов. Крепится на борт.

— Куда он может направляться с такой скоростью? — спросила Мэри Роуз.

— Понятия не имею, — ответил Седен, не отрывая глаз от экрана. — В той стороне вообще ничего нет. Ни военных баз, ни городов. Крошечные, заброшенные деревеньки.

— Вы уверены, что ни в одной из них не скрываются террористы? — спросил Роджерс.

— Абсолютно. Никакого движения здесь не отмечалось. Мы ведем тщательное наблюдение за этим районом.

— А может, вертолет просто похитили? — предположила Мэри Роуз. — Теперь его хотят припрятать до лучших времен.

— Маловероятно, — сказал Седен. — Гораздо проще купить вертолет у России или у Индии, а потом контрабандой по частям завести его в страну.

— Турецкие ВВС наверняка приступили к поиску вертолета, — заметил генерал Роджерс.

— Только не здесь, — ответил Седен. — Они ищут его вдоль положенного маршрута.

— Но мы же его зафиксировали, — сказала Мэри Роуз. — Значит, вертолет определят и другие радары.

— Вы хотите проинформировать ВВС о точном местонахождении вертолета, полковник? — спросил Роджерс.

— Я бы предпочел сообщить им, куда он направляется, а не то, где его не будет к моменту их прибытия.

Мэри Роуз невольно взглянула на турка. Она заметила, что и генерал Роджерс искоса посмотрел на полковника. Девушке показалось, что они подумали об одном и том же. В чем на самом деле заключался интерес Седена? В сборе информации или в ее задержке?

Полковник следил за перемещением точки по карте.

— Можно получить более подробный вид местности? — спросил он.

Роджерс кивнул, тронул клавишу, и на экране появился увеличенный масштаб, Вглядевшись в изображение, Седен сказал:

— Скажите, генерал, известен ли вам радиус действия вертолета?

— Около четырехсот миль, в зависимости от груза на борту. — Роджерс взглянул на Седена. — Почему вы спросили?

— Единственные возможные цели в том районе — несколько дамб вдоль реки Фират-Нехри, которую вы называете Евфратом. В радиусе его действия находятся дамбы Кебан, Каракайа и Ататюрк.

— Кому они могут помешать? — спросила Мэри Роуз.

— Это старый конфликт, — сказал Седен. — Согласно исламу, вода — источник жизни. Войны из-за нефти — пустяк по сравнению с войнами из-за воды. Вода будоражит души и вызывает кровопролитие.

— Мои друзья из НАТО говорили мне, что дамбы, возведенные в ходе реализации Великого анатолийского проекта, всегда были камнем преткновения, — сказал Роджерс. — С их помощью можно перекрыть подачу воды на территории Ирака и Сирии. Если я не ошибаюсь, полковник, Турция приступила к ирригационным работам в юго-восточной Анатолии, что существенно ограничит водоснабжение упомянутых стран.

— Поступление воды в Сирию сократится на сорок процентов, в Ирак — на шестьдесят, — спокойно ответил Седен.

— Предположим, какая-то вооруженная группировка, скажем, сирийская, похищает турецкий вертолет. Это дает злоумышленникам возможность пробраться к цели.

— Дамба Ататюрка — самое крупное ирригационное сооружение на Ближнем Востоке, генерал, и вообще одна из самых больших плотин мира, — мрачно произнес Седен. — Могу я воспользоваться телефоном?

— Прошу. — Роджерс указал на аппарат. — Советую поторопиться. До первой дамбы вертолету осталось не более получаса.

Полковник прошел к сотовому телефону, набрал номер и негромко заговорил по-турецки, повернувшись спиной к Роджерсу и Мэри Роуз.

Американцы переглянулись. Роджерс нажал несколько клавиш, и на экране компьютера появился синхронный перевод разговора полковника.

Глава 9

Понедельник, четыре часа двадцать пять минут вечера

Халфети, Турция

Дамба Ататюрка на реке Евфрат получила |свое название в честь Кемаля Ататюрка — прославленного военного и политического лидера Турции двадцатого века. Окончание первой мировой войны означало также конец шестисотлетнего оттоманского правления в Турции. Поскольку Турция выступала в войне на стороне проигравшей Германии, Греция и Великобритания посчитали себя вправе присвоить часть ее территории. Турки придерживались на этот счет другого мнения, и в 1922 году турецкая армия под предводительством Кемаля выдворила захватчиков. В следующем году в Лозанне был подписан договор, дату которого можно считать днем основания современного турецкого государства.

Провозглашенная Ататюрком Турецкая Республика являлась демократическим государством. Законы шариата и ислама уступили место швейцарской юридической системе, на смену исламскому календарю пришел григорианский. Под запрет попали даже тюрбаны и фески — новый лидер решительно вводил европейский стиль одежды.

В стране открывались светские школы, женщины получили равные с мужчинами права, старый арабский алфавит сменился латинским.

Турецкое общество подверглось грандиозной трансформации, а сам Ататюрк снискал лютую ненависть мусульманского большинства.

Как и все жители страны, пятидесятипятилетний Мустафа Месид хорошо знал биографию Ататюрка и легенды о нем. Однако судьба отца всех турок не сильно волновала Мустафу. Гораздо больше заместителя главного инженера плотины тревожили играющие на стенах дамбы ребятишки.

В отличие от высоких напорных и оградительных дамб безнапорные дамбы представляют собой длинные и широкие резервуары с относительно низкими стенками. Основанием таких плотин служат засыпанные песком глиняные колонны.

Окружает основание толстый слой камней.

Большие безнапорные дамбы содержат обычно пятьдесят миллионов кубических метров воды. Но и это не сильно тревожило Мустафу. Большую часть воды он никогда и не видел. Дальняя оконечность резервуара терялась в неразличимой дымке.

Два раза в день, в одиннадцать часов утра и в четыре вечера, Мустафа оставлял в операторской кабинке двоих помощников и отправлялся гонять ребятишек. В это время они всегда прибегали сюда, чтобы попрыгать со стен дамбы в прохладную воду.

— Мы знаем, что здесь можно нырять, сахиб! — говорили ему дети. — Здесь нет ни камней, ни корней, ни проволоки.

Они всегда называли его сахибом, что означало друг, однако Мустафа подозревал, что над ним смеются. Но даже если они и в самом деле считали его другом, он не мог позволить им прыгать со стен дамбы и плавать в воде. Попробуй только разреши: на следующий день сюда прибегут целые толпы. Потом потянутся и прочие любопытные. Стены, между прочим, не рассчитаны на большую нагрузку.

12
{"b":"14492","o":1}