ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Улица Виа Витторио Венето производила впечатление делового района, а не места паломничества туристов. Деревья по сторонам выглядели кривобокими. Гостиница оказалась на удивление невысокой. И к тому же не имела роскошного подъезда. Джек расплатился с таксистом и направился внутрь в сопровождении швейцара, взявшего его багаж. Зато внутри вестибюль поражал великолепной резьбой по дереву и чрезвычайной приветливостью обслуживающего персонала. Можно было подумать, что гостеприимство было чем-то вроде олимпийского вида спорта, в котором европейцы соревновались между собой; во всяком случае, кто-то сразу же опять подхватил его вещи и проводил в номер. Там работал кондиционер, и в комнате ощущалась приятная прохлада.

– Прошу прощения, как вас зовут? – спросил Джек у рассыльного.

– Стефано, – ответил тот.

– Вы не знаете, живёт ли в отеле человек по имени Хоукинс. Найджел Хоукинс?

– Англичанин? Да, на вашем этаже, через три двери далеко направо. Это ваш друг?

– Друг моего брата. Пожалуйста, не говорите ему ничего. Может быть, мне удастся его разыграть, – беззаботным тоном попросил Джек, вручая Стефано бумажку в двадцать евро.

– Конечно, синьор.

– Вот и прекрасно. Благодарю вас.

– Prego[99], – ответил тот и поспешил обратно в вестибюль.

Возможно, это нарушение правил проведения разведывательных операций, сказал себе Джек, но раз у них не было фотографии этой птички, значит, нужно получить хоть какое-то представление о том, как он может выглядеть. Сделав это умозаключение, он снял трубку стоявшего на столе телефона и набрал номер.

* * *

– НА ВАШ НОМЕР ПРИШЁЛ ВЫЗОВ, – внушительным баритоном проговорил телефон. После третьего повторения фразы, Брайан вынул аппарат из кармана.

– Да.

Кто, черт побери, может ему звонить? – удивлённо подумал он.

– Альдо, это Джек. Я уже нахожусь в гостинице «Эксельсиор». Если хотите, я могу попытаться забронировать номера и для вас. Тут неплохо. Я думаю, вам, парни, здесь должно понравиться.

– Подожди. – Он положил телефон на колени. – Ты ни за что не поверишь, где поселился наш малыш. – Уточнять ничего не потребовалось.

– Ты шутишь! – ответил Доминик.

– Нисколько. Он хочет знать, нужно ли бронировать для нас номера там же. Что ему сказать?

– Проклятье... – Доминик быстро соображал. – Он ведь у нас что-то вроде стратегической разведки, не так ли?

– По мне, это немного банально, но раз ты так думаешь... – Он снова взял телефон. – Джек, ответ утвердительный, дружище.

– Вот и отлично. Ладно, пойду займусь этим. Если я не перезвоню и не скажу, что ничего не вышло, то приезжайте прямо сюда.

– Понятно, Джек. До встречи.

– Пока, – услышал Брайан и нажал кнопку отключения. – Знаешь, Энцо, мне это кажется не слишком разумным.

– Он уже там. Он находится на месте, и у него есть глаза. Мы всегда сможем дать задний ход, если найдём нужным.

– Да, пожалуй, ты прав. Если верить карте, до туннеля около пяти миль. – Часы на торпеде показывали 4.05. Они шли с хорошим временем, но сейчас, сразу же за городом или деревней под названием Бадгастайн, прямо по курсу возвышалась внушительная гора. Через неё должен проходить туннель. В противном случае пришлось бы сгонять большое стадо коз, чтобы они очистили гору от густо покрывавшей её растительности.

* * *

Джек включил компьютер. Ему потребовалось десять минут, чтобы выяснить, как войти в Интернет через телефонную сеть, но после этого он быстро нашёл почтовый ящик, наполненный предназначенными для него битами и байтами. Там присутствовала и похвала от Грейнджера за успешно проведённую миссию в Вене, хотя он не принимал в ней никакого участия. Но далее шла информация от Белла и Виллса по поводу 56МоНа. Она производила неутешительное впечатление. Пятьдесят шестой был представителем главного штаба плохих парней. Он и сам участвовал в их акциях, и планировал их. В результате одного из проведённых или спланированных им (по всей вероятности) действий совсем недавно в его, Джека, родной стране, в четырех торговых центрах разных городов было убито множество людей, и потому следовало обеспечить этому ублюдку встречу с богом. Никаких более подробных сведений о том, что он собой представляет, хорошо ли подготовлен, насколько умён и опасен, имеет при себе оружие или нет, – информации такого рода, которая была крайне желательна, не имелось, но, закончив чтение расшифрованных программой посланий, он снова зашифровал их и сохранил в папке «АКЦИЯ», чтобы ещё раз изучить в обществе Брайана и Доминика.

* * *

Туннель выглядел так, словно попал сюда из видеоигры. Он уходил все дальше и дальше в бесконечность, но, по крайней мере, в нём не случилось аварии, в результате которой множество машин превратилось в огромную груду охваченного пламенем металлолома, как произошло несколько лет назад в туннеле Монблан между Францией и Швейцарией. После показавшегося почти бесконечным промежутка времени, машина с братьями Карузо выскочила на свет с другой стороны горы. Отсюда открывался вид далеко вперёд и вниз.

– Впереди бензоколонка, – сообщил Брайан. Действительно, через полмили они увидели большой шит с изображением эльфа, а бензобак «Порше» не мешало бы заполнить.

– Отлично. Мне совсем не помешает пописать и потянуться как следует.

Площадка рядом с заправочной станцией оказалась довольно чистой по американским стандартам, и еда здесь была совсем другая – никаких бургеркингов или рой-роджерсов, к которым они привыкли в Виргинии, – и в уборной был полный Ordnung, и бензин продавали литрами, что вводило братьев в заблуждение, пока Доминик не произвёл в уме пересчёт.

– Господи, да они здесь просто грабители!

– Платит компания, не забывай, – успокаивающе заметил Брайан и протянул брату пакетик с печеньем. – Давай-ка двигать, Энцо. Италия ждёт.

– Давай. – Двигатель замурлыкал всеми шестью цилиндрами, и машина вновь выкатилась на автостраду.

– Хорошо было размять ноги, – сказал Доминик, переходя на прямую передачу.

– Да, это бывает полезно, – согласился Брайан. – Если я не ошибаюсь, осталось всего четыреста пятьдесят миль.

– Детская прогулка. Часов шесть, если будет не слишком много заторов. – Доминик поправил тёмные очки и пошевелил плечами. – Остановиться в одной гостинице с объектом... Чёрт возьми...

– Я тоже об этом подумал. Он о нас не знает ни ..., возможно, даже не предполагает, что за ним охотятся. Посуди сам: два сердечных приступа, один в присутствии своего же свидетеля, и несчастный случай на дороге, тоже со свидетелем, которого он знает лично. Да, несчастье, но нет никаких оснований предполагать враждебные действия.

– На его месте я бы начал немного нервничать, – задумчиво произнёс Доминик.

– На его месте... Наверно, он уже нервничает. Если он увидит нас в гостинице, мы окажемся для него какими-то двумя неверными, только и всего. Ну, а мы постараемся залечь и не попадаться лишний раз ему на глаза. Вспомни, Энцо, ни в одной инструкции не говорилось, что наша работа должна быть трудной.

– Надеюсь, что ты прав, Альдо. В торговом центре было достаточно страшно, чтобы тот день отложился у меня в памяти.

– Верно, брат.

В этой части Альпы, возвышавшиеся на севере и западе, были невысоки, но всё же тяжким испытанием было бы преодолевать их пешком, как это делали римские легионеры, считавшие величайшим благом на свете свои знаменитые мощёные дороги. Вероятно, идти по ним было лучше, чем шлёпать по грязи, но всё же не так уж приятно, особенно сгорбившись под тяжестью заплечного мешка, весившего примерно столько же, сколько те рюкзаки, которые его морские пехотинцы таскали в Афганистане, но далеко не такого удобного. Легионеры были крутыми для своего времени ребятами и, вероятно, не так уж сильно отличались от парней, которые сегодня, облачившись в камуфляжные костюмы, занимались воинским трудом. Но пару тысяч лет назад легионеры расправлялись с плохими парнями более решительно. Они убивали их родных, их друзей, их соседей и даже их собак, и, между прочим, именно этому они обязаны немалой частью своей славы. Вряд ли такой подход можно считать практичным в эпоху Си-эн-эн, и, если говорить по правде, мало кто из морских пехотинцев согласился бы принять участие в массовой резне. Но устранять их по одному – очень даже хорошее дело, особенно если ты точно знаешь, что не убиваешь невинных мирных жителей. С другой стороны, оставалась ещё такая мелочь, как само выполнение этой дерьмовой работы. Поистине, было немыслимо жаль, что эти мерзавцы не могли выйти всей толпой на поле боя и помериться силами с достойными противниками, как подобает мужчинам, но ведь террористы, помимо своей извращённой порочности, обладали ещё и твёрдым прагматизмом. Какой смысл мог для них быть в том, чтобы выходить на битву, в ходе которой они окажутся не просто побеждены, а поголовно истреблены, словно овцы на бойне. Но настоящие мужчины собрались бы в войско, обучились и снарядились бы, а затем вышли бы на бой за свои убеждения, вместо того чтобы, как крысы, красться окольными путями с целью загрызть младенца, спящего в колыбели. Даже война имеет общепринятые правила, потому что существуют вещи хуже, чем война, вещи, категорически неприемлемые для людей, носящих военную форму. Солдат не причиняет преднамеренно вреда мирному населению и прилагает все силы, чтобы не сделать этого случайно. Корпус морской пехоты в последнее время тратит много времени, прилагает много сил и вкладывает много денег для подготовки к ведению уличных боев, и едва ли не труднее всего научиться вовремя замечать гражданских жителей, женщин с детскими колясками и не стрелять по ним, даже хорошо зная, что у некоторых из этих женщин рядом с младенцем может лежать автомат и что им больше всего на свете хочется всадить очередь в спину морского пехотинца Соединённых Штатов метров с двух или трех – хотя бы для того, чтобы убедиться, что пули легли куда нужно. Игра по правилам имела свои ограничения. Но для Брайана эти ограничения остались в прошлом. Нет, они с братом участвовали в игре, где правила установил враг, и пока он об этом не узнает, преимущество будет на их стороне.

вернуться

99

Prego (ит.) – пожалуйста.

122
{"b":"14494","o":1}