ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Этот парень по уши в грязи, – заявил Джек буквально через минуту. – Это плохой парень, даю голову на отсечение.

– Помимо всего прочего, он всегда был хорошим барометром. Он говорит много такого, что мы находим весьма интересным.

– В таком случае кто-нибудь должен был заняться им всерьёз.

– В Лэнгли подумывают об этом.

– Насколько велика станция в Бахрейне?

– Шесть человек. Шеф, два полевых агента и трое служащих: связист и прочие.

– Это все? В том районе? Всего лишь горстка?

– Именно, – подтвердил Виллс.

– Проклятье. Я несколько раз спрашивал папу об этом. Но он только пожимал плечами и ворчал.

– Он приложил много сил для того, чтобы добыть для ЦРУ дополнительные фонды и штаты. Но Конгресс не всегда соглашался пойти ему навстречу.

– Скажите, а мы когда-нибудь контактировали с этим парнем? Говорили с ним, если можно так выразиться?

– В последнее время – нет.

– Почему же?

– Проблема кадров, – коротко ответил Виллс и тут же добавил: – Забавная штука – люди соглашаются работать, только если рассчитывают получить деньги. Ну, а мы не настолько важные типы, чтобы позволить себе такое.

– В таком случае почему ЦРУ не попросит местных полицейских заняться им? Бахрейн ведь дружественная страна.

– Дружественная, но они нам не вассалы. У них имеются свои представления о гражданских правах, не во всём совпадающие с нашими. Кроме того, нельзя же арестовать парня только за то, что он о чём-то знает и что-то думает. Вот если бы он действительно что-то сделал... Ну, вы сами видите, что мы не знаем, сделал он что-нибудь или нет.

– Но ведь можно же прицепить «хвост» к его заднице.

– И как ЦРУ сможет это сделать, имея только двух полевых агентов? – без тени язвительности спросил Виллс.

– Господи!

– Добро пожаловать в реальный мир, юноша. – Для выполнения такой задачи Управлению следовало завербовать несколько агентов, возможно, бахрейнских полицейских, но этого сделано не было. Возможно, командир станции тоже просил добавить ему людей, но полевых работников, говорящих по-арабски и имеющих соответствующий облик, в Лэнгли было не так уж много, а имеющиеся были заняты более важными вопросами.

* * *

Встреча состоялась точно по плану. Их ждали три машины, в каждой сидел шофёр, крайне редко что-то говоривший, да и то по-испански. Поездка прошла приятно; виды отдалённо напоминали родные места. Водитель вёл себя осторожно: не гнал машину и вообще не делал ничего такого, что могло бы привлечь к ним внимание. Они спокойно ехали вперёд. Почти все арабы курили сигареты, причём исключительно американских марок вроде «Мальборо». Мустафа тоже курил и, как и Мохаммед несколько дней назад, задавался вопросом: что сказал бы пророк по поводу сигарет. Вероятно, ничего хорошего, но ведь и плохого он о них тоже не говорил. И вообще ничего не говорил, верно? Значит, Мустафа мог курить, сколько захочется. В конце концов, проблема вреда для здоровья теперь волновала его не слишком сильно. Он рассчитывал прожить ещё четыре или пять дней, возможно, немного больше, если все пойдёт точно по плану.

Он ожидал, что его люди будут взволнованно болтать, но ничего подобного не происходило. Все ехали молча, лишь изредка роняя слова, и безучастно смотрели на мелькавшие за окнами машин сельские пейзажи. Мимо проносилась культура, о которой они почти ничего не знали и никогда не узнают.

* * *

– Что ж, Брайан, вот ваше разрешение на ношение оружия. – Пит Александер протянул ему карточку.

Она выглядела точь-в-точь как водительские права и должна была лежать вместе с ними в бумажнике.

– Значит, теперь я могу ходить с пистолетом по улицам на законных основаниях?

– Рассуждая практически, ни один коп не потащит офицера морской пехоты в участок за то, что тот носит при себе пистолет, скрыто или на виду. Но лучше расставить точки над i. Вы собираетесь носить с собой «беретту»?

– Я к ней привык, да и пятнадцати патронов вполне достаточно для обеспечения безопасности. Как именно я должен буду её носить?

– Рекомендую вот это, Альдо, – сказал Доминик, подняв на вытянутой руке свой широкий пояс. Его на первый взгляд трудно было отличить от поясной сумочки, которыми чаще пользуются женщины, чем мужчины. Потянув за ремешок, Доминик открыл сумочку и продемонстрировал пистолет и два запасных магазина. – Ими пользуются многие агенты. Куда удобнее, чем классическая кобура. Она при долгой поездке на автомобиле запросто может выдавить почки.

Брайан без лишних слов надел такой же пояс на себя и уложил в сумочку пистолет.

– Куда мы пойдём сегодня, Пит?

– Снова в торговый центр. Нужно ещё потренироваться в преследовании.

– Чудесно! – заявил Брайан. – Только почему вы не пользуетесь пилюлями невидимости?

– Потому что Г. Дж. Уэллс унёс их рецепт с собой в могилу.

Глава 9

С богом, вперёд!

Поездка в Кампус занимала у Джека около тридцати пяти минут. Все это время он слушал новости на канале Эн-пи-ар, потому что, как и его отец, не любил современную музыку. Сходство с отцом на всём протяжении жизни то раздражало, то восхищало Джона Патрика Райана-младшего. Будучи подростком, он отчаянно боролся, стараясь сформировать свой собственный образ, отстоящий как можно дальше от всегда сдержанного, словно застёгнутого на все пуговицы, отца, но, оказавшись в колледже, быстро сдал все отвоёванные ранее позиции, даже не заметив, как это произошло. Он считал, что просто-напросто поступает разумно, когда, например, встречался с девушками, которые казались ему хорошими кандидатками в жёны, хотя ему так и не удалось найти идеальную невесту. А дело было в том, что он подсознательно сравнивал их с мамой. Он всерьёз злился на преподавателей в Джорджтауне, которые любили говорить, что он весь в отца, и на первых порах даже воспринимал такие слова как оскорбление, пока не напомнил себе, что его отец был вовсе не плохим парнем. Во всяком случае, мог бы быть куда хуже. Ему довелось увидеть немало бунтарей, даже в столь консервативном университете, как Дж-таун, с его иезуитскими традициями и суровой учёностью. Кое-кто из его однокашников даже устраивал настоящие шоу, демонстративно отрекаясь от своих родителей, но каким подонком надо быть, чтобы пойти на такое? Несмотря на всю упертость и старомодность, его отец был хорошим отцом, особенно в сравнении с другими. Он никогда не проявлял властность и позволял сыну поступать по-своему и идти собственным путём... может быть, рассчитывая на то, что сумеет подтолкнуть его на верную дорогу? – спросил себя Джек. Но нет. Если бы отец лелеял такие тайные замыслы, Джек наверняка заметил бы их.

Он переключился на тайные умыслы и заговоры. О них очень много шумели в газетах, им была посвящена чуть ли не половина издававшегося книжного чтива. Его отец не единожды смеялся по поводу того, что в один прекрасный день морская пехота выкрасит его «личный» вертолёт чёрной краской. Вот была бы умора, думал Джек. Он постоянно забрасывал Майка Бреннана, своего – как частенько шутили – заместителя отца, вопросами, из которых добрая половина была о заговорах. И с величайшим разочарованием узнал, что Секретная служба Соединённых Штатов уверена на сто процентов, что Джона Кеннеди убил Ли Харви Освальд и сделал это совершенно один. В академии Секретной службы в Белтсвилле, неподалёку от Вашингтона, Джек держал в руках винтовку «манлихер-каркано» калибра 6,5 мм – точно такую же, как та, что оборвала жизнь бывшего президента, – и даже стрелял из неё. Там же он получил о том трагическом событии полную информацию, которая полностью удовлетворила его, но никак не могла бы понравиться деятелям промышленного воспроизведения заговоров, чрезвычайно пылко и коммерчески успешно веривших в совсем иные варианты. Последние даже высказывали предположения о том, что его отец, как бывший сотрудник ЦРУ, являлся чуть ли не главным заинтересованным лицом развивавшегося на протяжении по крайней мере пятидесяти лет заговора, целью которого было поставить правительство под контроль ЦРУ. Да-да, именно так! Как и Трехсторонняя комиссия[40], и Мировой порядок франкмасонов, и все, что были в состоянии сочинить беллетристы. И от своего отца, и от Майка Бреннана он слышал немало историй о ЦРУ, из которых лишь немногие могли бы послужить подтверждением компетентности этого федерального агентства. В общем, всё выглядело достаточно прилично, но никогда и близко не приближалось к тому совершенству, каким представало ЦРУ в его голливудских версиях. Впрочем, в Голливуде, вероятно, считали и кролика Роджера реальной личностью – ведь фильмы о нём приносили деньги, и немалые, верно? Нет, ЦРУ имело несколько чрезвычайно серьёзных недостатков...

вернуться

40

Трехсторонняя комиссия – международная общественно-политическая комиссия, созданная в 1973 г. по инициативе промышленника и финансиста Д. Рокфеллера с целью разработки скоординированных подходов США (и Канады), стран Западной Европы и Японии к экономическим и политическим вопросам. Американцы составляли треть её состава. На разных этапах деятельности Комиссии в её работе принимали активное участие многие будущие видные политические и государственные деятели США и других стран-участниц, в том числе будущие президенты и вице-президенты США, государственные секретари, министры обороны и т.д. (например, 3. Бжезинский и Дж. Картер). Пик деятельности и политического влияния Комиссии пришёлся на 1960 – 70-е гг. Комиссия фактически предварила ставшие регулярными встречи руководителей западного мира («большой семёрки», а теперь – «большой восьмёрки»).

46
{"b":"14494","o":1}