ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Дейв Каннингхэм выглядел как раз на свой возраст, а было ему шестьдесят с хорошим лишком, решил Джек. Изрядно поредевшие седые волосы. Плохая кожа. Ему, несомненно, следовало бы бросить курить, но вряд ли можно ожидать, что он сделает это в ближайшее время. Зато его серые глаза искрились любопытством, словно у голодной дакотской ласки, рыскающей в поисках луговых собачек.

– Это ты Маленький Джек? – спросил он, отворив дверь комнаты.

– Виновен, – смиренно отозвался Джек. – Что вы обнаружили в моих цифрах?

– Неплохо для любителя, – снисходительно заметил старик. – Ваш объект, похоже, собирает и отмывает деньги – как для себя, так и для кого-то ещё.

– И кто же этот «ещё»? – спросил Виллс.

– Не могу сказать наверняка, но скорее всего, это человек с Ближнего Востока, богатый и крепко держащийся за свою «зелень». Даже смешно. Принято считать, что ближневосточные богачи швыряются деньгами, как пьяные матросы. Такие и впрямь попадаются, – признал бухгалтер. – Но среди них есть и форменные скупердяи. Если такой выпустит из рук хотя бы никель[45], то, наверно, даже бизон взвоет. – Эта фраза тоже указывала на его возраст. Никели с изображением бизона вышли из обращения настолько давно, что Джек даже не понял шутки. Затем Каннингхэм положил на стол перед Райаном и Виллсом лист с распечаткой. Три пункта были обведены красным.

– Он малость неосторожен. Все его сомнительные трансферы осуществляются порциями по десять тысяч фунтов, так что их проще простого заметить. Он пытается замаскировать их, относя к личным расходам – вероятно, чтобы запудрить мозги родителям. Саудовские бухгалтеры не обращают внимания на такие мелочи. Я думаю, чтобы они забеспокоились, нужно спереть по меньшей мере миллион. Они, вероятно, думают, что мальчик может просадить десять тысяч фунтов за одну особенно удачную ночь с дамочкой или же в казино. Тамошняя богатая малышня любит азартные игры, но не очень сильна в этом. Живи они поближе к Лас-Вегасу или Атлантик-Сити, то могли бы здорово поправить наш активный баланс.

– Может быть, европейские телки нравятся им больше, чем наши? – неожиданно громко спросил Джек.

– Сынок, в Лас-Вегасе ты можешь заказать, например, белого, голубоглазого камбоджийского осла, и он окажется возле твоей двери самое большее через полчаса после того, как ты положишь трубку. – Каннингхэм за многолетнюю практику узнал, что у предводителей мафии тоже были излюбленные сферы приложения сил. То, что ему приходилось делать, на первых порах никак не вязалось с религиозными принципами, усвоенными от дедушки-методиста, но поскольку это был лишь один из эффективных путей выявления преступников, он научился не только прощать, но даже приветствовать необходимые для этого расходы. Испорченные люди творили самые чудовищные поступки. Каннингхэму довелось участвовать в операции «Элегантные змеи», по результатам которой благодаря использованию как раз таких методов шесть конгрессменов оказались в федеральной тюрьме с удобствами и обслуживанием по высшему разряду, расположенной на базе ВВС Эглин, во Флориде. Он считал, что тюрьму устроили именно там, чтобы молодые лётчики-истребители базы могли заработать на первоклассные «кэдди», а бывшие представители народа получили более или менее сносную военную подготовку.

– Дейв, как вы думаете, наш друг Уда – игрок? – спросил Джек.

Каннингхэм оторвал взгляд от бумаг.

– Если судить по тому, как он дёргается, то да, сынок.

Джек откинулся на спинку кресла. Он ощущал прилив удовлетворения. Ему действительно удалось до чего-то докопаться... Возможно, до чего-то важного, а?

* * *

Машина пересекла границу штата Арканзас, и местность вокруг сделалась холмистой. К тому времени Мустафа ощутил, что после того, как он преодолел без остановки четыреста миль, его реакция несколько замедлилась, и потому завернул на первую попавшуюся бензоколонку, где заправил бак и поменялся местами с Абдуллой. Каким же блаженством оказалось откинуться на сиденье и всласть потянуться. Машина вновь выехала на шоссе. Абдулла вёл автомобиль крайне консервативно. Они обгоняли лишь те машины, которыми управляли старики, и почти всё время держались в правом ряду, чтобы случайно не столкнуться с одним из бесчисленных тягачей с огромными прицепами. Дело заключалось не только в том, что следовало избегать опасного внимания дорожной полиции. У них не было никакой реальной причины для спешки. В их распоряжении имелось ещё два дня, чтобы отследить свою цель и прибыть на место, где им предстояло совершить свою миссию. Два дня – это много. Он подумал о том, что могли сейчас делать три другие группы. Им всем были предписаны более короткие маршруты. Одна из групп, вероятно, уже добралась до места назначения. Согласно предварительному плану, они должны выбрать приличные, но не роскошные гостиницы не более чем в часе езды от цели, провести тщательную разведку, подтвердить свою готовность при помощи электронной почты и сидеть тихо, пока Мустафа не отдаст приказ приступить к выполнению задания. Чем проще планы, тем лучше: естественно, остаётся меньше возможности для путаницы и ошибок. Они были хорошими людьми и обладали полной информацией о миссии. Он отлично знал их всех. Саид и Мехди, как и он сам, происходили из богатых саудовских семей и, как и он сам, презирали своих отцов за их готовность лизать сапоги американцам и им подобным. Сабави был родом из Ирака. Не наделённый от рождения богатством, он зато был истинно правоверным. Суннит, как и его спутники, он стремился к тому, чтобы даже шииты, составлявшие большинство жителей его страны, запомнили его как преданного последователя пророка. Шииты в Ираке, так недавно освобождённом – неверными! – от власти суннитского правителя, вели себя так, будто они одни придерживались истинной веры. Сабави стремился указать заблуждающимся на их ошибки и направить по верному пути. Мустафа, в общем-то, не задумывался о таких пустяках. С его точки зрения, ислам представлял собой огромный шатёр, где хватало места почти для всех...

– У меня задница одеревенела, – сказал Рафи с заднего сиденья.

– Ничем не могу помочь, брат, – отозвался сидевший за рулём Абдулла. В качестве водителя он считал себя временным командиром.

– Да знаю я, но задница все равно болит, – отозвался Рафи.

– Мы могли нанять лошадей, но на них пришлось бы ехать слишком долго. Кроме того, мой друг, на лошади тоже можно намять себе задницу, – заметил Мустафа. Его слова всех рассмешили, и Рафи вернулся к изучению журнала «Плейбой».

Карта обещала спокойную поездку вплоть до города Смолл-Стоун. А уж там нужно внимательно смотреть по сторонам. Но пока что дорога тянулась через живописные холмы, поросшие зелёными деревьями. Окружающий пейзаж не имел ни малейшего сходства с северной Мексикой, которая так походила на песчаные холмы родины... куда они уже никогда не возвратятся...

Абдулла испытывал истинное наслаждение от поездки. Автомобиль, правда, был не так хорош, как отцовский «Мерседес», но сейчас и он вполне годился, и ощущение баранки в руках было сладостно-приятным. Откинувшись на спинку сиденья, он курил «Винстон» и улыбался. В Америке были люди, носившиеся на таких вот автомобилях по большим гоночным кругам. Какое неслыханное удовольствие они должны испытывать! Двигаться со всей скоростью, какую только можно выжать из автомобиля, соревноваться с другими гонщиками – и побеждать их! Это, наверно, даже лучше, чем брать женщину... ладно, почти так же хорошо... нет, так же, только по-другому, поправил он себя. Зато взять женщину после победы в гонке – вот это было бы невероятным наслаждением. Интересно, есть ли автомобили в раю? – задумался он. Хорошие, скоростные, вроде машин «Формулы-1», которые так любят в Европе, впритирку проходящие повороты, чтобы вырваться на прямую, где можно дать такую скорость, какую позволяют автомобиль и дорога. Он мог бы попробовать это здесь. Автомобиль, вероятно, без труда выжал бы двести километров в час, а то и больше... но, нет, их миссия гораздо важнее.

вернуться

45

Никель – монета в пять центов (амер.).

59
{"b":"14494","o":1}