ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Пока Отстой говорил, Дебри услышал голос сэра Эльдорадо:

– Приглядись к парню, авось выйдет из него толк. А то мне ещё националистов вразумлять.

Дебри и сам видел, что Отстой рассуждает довольно трезво для среднестатистического американца. Дело в том, что среднестатистический американец готов отдать жизнь хоть за Саддама, хоть за Бонда, хоть за любого, кто предложит до конца жизни кучу баксов и безопасный секс три раза в день. И Дебри решил, что надо толкнуть хитовую речь.

– Понимаешь, Отстой, ты задал мне много вопросов, и я начну отвечать по порядку, – начал Дебри. – Во-первых, ты сказал, что друзья зовут тебя Отстоем, а при рождении тебе дали имя Фрэнк. Давай разбираться! Имя Фрэнк зарегистрировали за тобой жрецы Бонда?

– Да, – кивнул Фрэнк-Отстой.

– А Отстоем тебя назвали друзья, – добавил Дебри, и Отстой снова кивнул. – Получается, что оба эти имени не твои. А сам-то ты как себя называешь?

– Я? – удивился Отстой. – Так и называю, то Фрэнком, то Отстоем.

– А тебе не кажется, что ты взрослый человек и имеешь право сам выбрать себе имя, а не пользоваться кличками, полученными от других? – спросил Дебри. Отстой на некоторое время застыл, и Дебри продолжил. – Теперь едем дальше. Говоришь, скин-хэды тебя побили? Значит, по религии Бонда они после смерти должны отправиться к Саддаму Бен-Ладену? Но религия Бонда обещает им царство Бонда, если они извинятся и пообещают, что больше не будут так делать? И извиняться они будут не перед тобой, а перед жрецом Бонда, которому по фигу, кто перед ним и за что извиняется. Жрецу Бонда главное получить деньги в виде пожертвования – и он простит любого, так? Теперь по поводу твоих предков из Африки. Они приняли религию Бонда, потому что их обманули, пообещав им царство Бонда и запугав их царством Саддама Бен-Ладена. Я могу сказать тебе, что обоих этих царств нет, но ты легко можешь мне не поверить. Поэтому я не буду тебе ничего говорить, но я предлагаю тебе самому убедиться, что ничего этого на самом деле нет. Если ты и дальше будешь учиться, ты обо всём этом узнаешь. И хорошо, если бы ты узнал, к какой именно религии относились твои предки. Может, мы тогда её вместе изучим и разберёмся, что к чему и во что лучше верить. А лучше, я тебе скажу, не верить, а самому разбираться, что к чему. И, наконец, по поводу того, что надо за кого-то отдать жизнь. Кому принадлежит жизнь? Тебе. Почему ты должен её кому-то отдавать? Только если в обмен предложат что-то стоящее. А что тебе предлагают? Царство Бонда, которое придётся делить со скин-хэдами. Но тебе не только предлагают кота в мешке, а ещё и запугивают – если не согласишься, отправим тебя в царство Бен-Ладена! Это не беда, что тебе страшно. Многие боятся, почти все. Но я скажу тебе так – нет ничего плохого, что ты не хочешь ни в царство Бонда, ни в царство Бен-Ладена. Это доказывает, что ты – думающий человек, а такие люди нам нужны. Ты всё делаешь правильно. Не верь никому, даже мне. Продолжай учиться в академии – и сам всё поймёшь. Занимайся пока йогой, а потом переведём тебя на курсы повышения квалификации.

– Понимаете, мистер Дебри, я думаю, мне не хватит денег, чтобы продолжать обучение, – вздохнул Отстой.

– Надо помочь парню, – ещё раз прозвучал в голове Дебри голос сэра Эльдорадо. – У него предки шаманами были, и у парня ещё несколько астральных союзников осталось, хоть он об этом и не подозревает.

– Это не проблема, – сказал Дебри, похлопав Отстоя по плечу. – Мы тебе работу найдём. Или здесь, в академии, или ещё где-нибудь. Зайди ко мне как-нибудь на днях, я посмотрю, что подвернётся.

– Спасибо вам огромное, мистер Дебри! – воодушевился Отстой. – Вы первый, кто решил чем-то мне помочь! Вы первый видите во мне человека, а не просто кусок дерьма.

– На самом деле, дерьмо – самое лучшее удобрение, – рассмеялся Дебри. – И если я вижу в тебе потенциал, это вовсе не значит, что ты от этого перестаёшь быть куском дерьма. Я просто предлагаю тебе пересмотреть отношение к дерьму и извлечь из него максимально возможную пользу.

– Пользу? – спросил Отстой.

– Так ведь благодаря хорошему удобрению можно вырастить самый красивый цветок в мире, – ответил Дебри.

– Значит, за мой счёт кто-то станет этим цветком? – спросил Отстой.

– Это ещё раз доказывает, что думать ты умеешь, – снова рассмеялся Дебри. – Нет, Отстой, цветок – это ты. Но чтобы стать цветком, нужно сначала осознать, что ты – дерьмо. Это только кажется неестественным, на самом деле всё обстоит именно так.

Отстой хотел ещё что-то спросить, но тут в спортивный зал вошёл Ещётупее и сказал:

– Ах, вот вы где все! А я вас давно жду на психотренинге!

Даёшь реинкарнацию!

Действительно, беседу Дебри с Отстоем слушала вся группа, собиравшаяся на психотренинг.

– Идите, идите, не буду вас задерживать, – сказал Дебри. – Однако хотелось бы послушать, что у вас сегодня на психотренинге. Не возражаете, если я немножко посижу с вами?

– Что вы, что вы, мы с радостью! – раздались возгласы учеников.

– Буду рад видеть вас, мистер Дебри, – сказал Ещётупее. – Мы как раз сегодня будем испытывать новый метод.

– Что за новый метод? – спросил Дебри, пока они шли из спортзала в кабинет психотренинга.

– Групповые регрессии, – ответил Ещётупее. – Помните, Стреляный Воробей скидывал вам на [email protected] файл с техниками погружения?

– Но это достаточно сложная техника, – покачал головой Дебри.

– Мы сегодня пройдёмся по верхам, – успокоил его Ещётупее. – Я специально рассчитал оптимальный для них уровень нагрузки.

– Рассчитал? – удивился Дебри. – Ты? Молодец, прогресс в твоём развитии налицо!

– Спасибо, сэр, – сказал Ещётупее. – Я под вашим руководством даже стихи писать научился.

– И как? – спросил Дебри.

– Вторую поэму заканчиваю, – ответил Ещётупее.

– Прочтёшь как-нибудь, – усмехнулся Дебри. – А о чём поэмы?

– Одна про вас, – ответил Ещётупее.

– Польщён, – сказал Дебри, и они вошли в класс для психотренинга.

Ученики расселись по креслам, Дебри удобно устроился в уголке, а Ещётупее встал лицом к ученикам и начал говорить:

– Итак, мы с вами довольно далеко продвинулись в изучении того, как события, отпечатавшиеся в нашей психике в глубоком детстве, продолжают влиять на нашу жизнь до сих пор. Однако, возможно, кто-то из вас замечал, что какой-то страх или желание происходит вовсе не из детства. И вообще непонятно, откуда. Были такие случаи? Или, я попробую задать этот вопрос по-другому, почему в детстве ваше внимание было привлечено к какой-то конкретной детали? Например, Сьюзан рассказывала нам, что с детства обожает носить шляпы и связывает это с фильмом, который она посмотрела ещё маленькой девочкой. Или Джейк говорил, что его привлекают танки времён Второй Мировой войны и он связывает это с тем, что дедушка когда-то показывал ему фотографии, помните? Так вот, вам не кажется интересным, почему из всех многочисленных впечатлений детства внимание Сьюзан выделило именно шляпы, а внимание Джейка привлекли танки, хотя, наверняка, дедушка показывал ему и много других фотографий. Как ты думаешь, Джейк?

– Ну, когда я увидел танк на фотографии, у меня появилось такое чувство… будто это что-то близкое мне и родное. Как будто я знаю этот танк, как будто… не знаю, как сказать… как будто я должен на нём ездить, – ответил Джейк.

Ещётупее улыбнулся. Улыбнулся и Дебри. Эти двое хорошо понимали, что происходит, и Дебри было очень интересно, как именно Ещётупее объяснит своим ученикам, что же именно происходит с ними в действительности.

– Хорошо, – сказал Ещётупее. – А теперь возьмём другой пример. Я думаю, с каждым из вас случалось нечто похожее – представьте, что вы смотрите телевизор, где показывают природу какой-то далёкой страны. Это могут быть горы или пустыня, морские пейзажи или заснеженный лес. Бывало ли так, что вы чувствовали, будто эта местность вам хорошо знакома, даже если вы никогда раньше не видели её ни по телевизору, ни на картинке и даже не слышали о той стране, о которой рассказывают?

3
{"b":"14496","o":1}