ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Или народ водил хороводы вокруг них? Или они чего-нибудь говорили интересненькое?

В общем, не важно. Улица там была – Крымский вал называется. И площадь большая, на которой стоит каменный торчок, непонятно кто, наверное, гоблинский князь. Тэйки его никогда не видела. Говорят, старый и до ужаса лысый... От торчка трасса идет по бывшему Ленинскому проспекту до бывшей Гагариной площади. Там все порушили уж сколько лет назад, а потом гоблины руины разобрали и трассу вычистили. Не своими, понятно, руками. От Гагары трасса дико петляет по Черным Холмам – там такие бои шли, о! Дома и землю искорежило, разрыло и перекопало. Черные Холмы – и Черные Холмы, а улица какая там была, никто и не вспомнит... За Черными Холмами трасса втекает в Хошиминов пустырь. На пустыре еще один торчок – медный болван, тоже старый и все время улыбается. То ли дух, то ли демон, то ли иная какая-то нелюдь прямо из преисподней. Не зря же болвану гоблины поклоняются! И на человека он совсем не похож, Тэйки сама видела раза два...

А дальше, от медного болвана, все просто: по бывшей Профсоюзной до самой до окраины.

Так вот, между Складской Фортецией и Гагарой посты идут густо, примерно по одному на каждые пятьсот метров. Там у гоблинов – в самом их тылу! – большая вольная зона, Донской монастырь. Прямо бельмо на глазу у кагана! Между Гагарой и Хошиминовым пустырем посты идут по одному на километр. А дальше их реденько расставили, больше в старых станциях метро, или, где станции разбомблены, рядом, в больших зданиях.

Еще три трассы шли по бывшему Варшавскому шоссе, по Волгорадскому проспекту, ну и по самой реке, там караваны в Москву на баржах шли... Но Главный тракт, Профсоюзный, если говорить по-старому, всегда, сколько помнила Тэйки, был самым оживленным. Конвой шел за конвоем, по несколько раз в сутки.

В соответствии с Даниным планом, Тэйки досталось атаковать гоблинский пост у станции метро Калужская. Только она вышла на исходный рубеж, как увидела колонну разномастных грузовиков, движущихся по Главному тракту в центр.

«Кушать подано!» – несколько десятков охранников, спонтанно усиливших гарнизон, воспринимались Тэйки как острый соус для изысканного блюда девочке-есть-где-разгуляться.

– Молчаливая маска! – обратилась она к Гваддэ, – сейчас будет твой выход. Хочешь умереть... дело твое. Я этого не одобряю: смерти нельзя бояться, но любить ее тоже не стоит... Самоубийство – это, по-моему, такое же похабство, как вопить партнеру по сексу в ухо: «Еще, еще, мой бычок!» Такая смерть – одно сплошное посмешище...

Гваддэ дернулась и, по всему видно, хотела ответить резкостью, но сдержалась.

– Ладно, утрем сопли, подруга. Твоя роль проста, как чайку попить... – и Тэйки рассказала Гваддэ, в чем состоит ее работа. А потом добавила:

– Суть – побольше шума. И подрывать тебя я не стану. Вот пульт, вот твоя «смертельная» кнопка. Если «газик» тебя не похоронит, жми сама... когда захочешь. Ясно тебе?

Гваддэ медленно кивнула. Тэйки активизировала медальон невидимости и принялась выгружать из «газика» милые девичьи мелочи: переносной ракетный комплекс, отлично работавший и в режиме «земля-небо», и в режиме «земля-земля», гранаты в количестве полудюжины, а также Атари и шестизарядный револьвер марки «боярин», разработанной умельцами из Секретного войска в сороковом году. Девятимиллиметровый «боярин» отличался страшной убойной силой и хорошей прицельной дальностью.

Тэйки вынула из ножен Лучшего друга и потерлась о его лезвие щекой. Это всегда приносило ей удачу.

– Гваддэ, начинаешь действовать сразу после взрыва. Других сигналов не будет.

Без десяти секунд 3.58. Тэйки аккуратно устроила на плече ракетный комплекс, прицелилась и выпустила заряд. Что Гвоздь на пару с Даней добавили к стандартному армейскому боеприпасу, она не знала. Подобной ерундой Тэйки никогда не интересовалась, ее больше занимало само действие. И действие сегодня ее не разочаровало! Бетонную стену исковеркал страшный взрыв. Он уничтожил пулеметную огневую точку и проделал брешь, достаточную для проезда двух машин. Гваддэ рванула с места.

Между тем, намного левее Калужского поста, где-то в районе Новых Черемушек громыхнуло так, что земля чуть не ушла из-под ног Тэйки, а секунду спустя над Главным трактом встал огненный фонтан.

«Мерзавец Даня, еще, значит кого-то пригласил на вечеринку...»

Тэйки когда-то приучила себя не отвлекаться в бою на лишнее. Иначе говоря, на все то, что ей не предстоит убить или разрушить. Отметив милое явление фонтанчика, она больше не обращала внимание на посторонние пироэффекты.

«Газик» с Гваддэ аккуратно въехал через дыру на территорию поста.

– Один, два, три, четыре... – считала Тэйки, приводя Ведьмин Фейерверк в рабочее состояние. Наконец, из его жерла начали вылетать полутораметровые огненные человечки. Они мягко приземлялись и сейчас же начинали медленно – не быстрее прогулочного шага – передвигаться в сторону проема. Некоторые из них, кажется, даже швыряли в направлении гоблинского поста сгустки пламени... без видимо, правда, ущерба неприятелю.

– Пять, шесть, семь, восемь, девять, десять...

Запустив Фейерверк, Тэйки не стала дожидаться явления всей команды фантомов. Она предусмотрительно отбежала на полсотни метров в сторону, и только оттуда устремилась к бреши. Дежурная смена гоблинского гарнизона изо всех видов оружия лупила по огненным человечкам: рвались артиллерийские снаряды, пули крошили кирпич и рвали остатки асфальта, трижды «атакующих» коснулось опаляющее дыхание «огненного молота». Вдруг среди них расцвел хищный цветок «черной радуги», и треть фантомов моментально погасла.

«Значит, есть, чем заняться их магу...»

– одиннадцать, двенадцать, тринадцать, четырнадцать... где же ты, девочка?

И в этот момент земля полетела ей в лицо. Тэйки не потеряла сознания, не сломала ногу, не расшибла череп, но удар все-таки был страшен. Она ушибла бок и не сразу восстановила дыхание. Медальон невидимости слетел с ее шеи и упал неведомо куда. Искать его попросту не было времени. Теперь Тэйки ничего не могла забрать с собой, зато у нее оставалась возможность как следует покуролесить.

Когда она зашла на территорию бреши, на нее мало кто обратил внимание. А на тех, кто все-таки, по глупости своей, разглядел худенькую девушку в шортиках, двух выстрелов оказалось достаточно. Калужский пост пылал. Горело, кажется все, в том числе асфальт и бетон. Присмотревшись, Тэйки поняла: Гваддэ въехала на газике, увешанном ракетами, в автоцистерну с горючим...

Без медальона, чтобы выжить, Тэйки следовало скакать и прыгать среди врагов, как механическая кукла. Она именно так и передвигалась: закладывая немыслимые виражи, стараясь быть не на виду... Ей удалось добраться до Главного тракта. Четыре гранаты полетели в отару грузовиков, сбившуюся вокруг большого пожара. Пятая приземлилась среди тех, кто этот пожар пытался тушить.

Затем Тэйки переместилась к гарнизонной кухне, перевела дыхание и посмотрела на часы. Ей оставалось еще четыре минуты «веселить публику».

Шестая и последняя граната разбила окно и приземлилась в дежурке казармы верных защитников. Именно по ней Тэйки и засекли.

Здесь станция метро уцелела. Из нее гоблины сделали штаб поста. Ни штурмовать выход из станции метро, ни даже нанести станции сколько-нибудь серьезный урон издалека Тэйки не имела возможности. Зато все серьезные угрозы для нее исходили именно оттуда. И сейчас оттуда вынырнула мобильная группа из десяти верных защитников, специально обученных загонять. Они не суетились, лишний раз не лезли под пулю, но сразу же отрезали Тэйки от дыры в стене и принялись деловито «выдавливать» ее к южному углу поста, туда, где ничего, кроме складов и глухой стены не было.

Тут ей очень пригодились Атари с «боярином». Одного верного защитника она уложила издалека и еще одного, кажется, ранила. Тэйки вертелась, как муха над открытой консервной банкой, и еще радовалась своему везению: маг до сих пор занимался огненными фантомами, не пытаясь взяться за нее.

24
{"b":"14501","o":1}