ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

На всех этих судебных процессах, как и в нюрнбергских трибуналах, был представлен обширный материал, доказывающий, что огромная доля ответственности за соучастие в военных и оккупационных преступлениях фашистского германского империализма лежит на военных органах. Международный военный трибунал в Нюрнберге подтвердил этот факт, констатировав в части обоснования приговора, касающейся военных органов: «Они были в большой степени ответственны за страдания и лишения, причиненные миллионам мужчин, женщин и детей». Признав несостоятельной ссылку на «действия по приказу» (об этом реакционные буржуазные правоведы и историки трубят по сей день), трибунал подчеркнул: «Многие из этих людей издевались над солдатской присягой, требовавшей повиновения. Если их защите было выгодно, то они говорили: „Мы были обязаны повиноваться“, если им вменяют в вину жестокие преступления Гитлера, всеобщая известность которых им была доказана, они заявляют: „Мы были против повиновения“. Правда в том, что они принимали участие во всех этих преступлениях или, молча одобряя их, бездействовали, когда на их глазах совершались такие крупные и такие возмутительные преступления, каких миру видеть никогда не доводилось».

Резко противоречащим этому выводу был отказ членов трибунала — представителей западных союзников — признать преступными организациями Генеральный штаб и ОКВ. В этом противоречии отразилось стремление империалистических держав сохранить неприкосновенным главную опору фашистского режима — германский империализм и милитаризм и в нарушение буквы и духа Потсдамского соглашения реставрировать их с подновленной антикоммунистической направленностью. На двенадцати заседаниях Нюрнбергского трибунала, прошедших после процесса над главными военными преступниками, обвинения были предъявлены 185 представителям всех группировок правящих кругов фашистской Германии и их прислужникам, которые как главные виновники или их соучастники должны были ответить за гибель многих миллионов людей, за уничтожение огромнейших материальных ценностей в оккупированных странах. И все же лишь двенадцати преступникам вынесены смертные приговоры. 35 обвиняемых суд полностью оправдал, часть остальных преступников была приговорена к незначительным срокам лишения свободы, которые во многих случаях не были отбыты полностью [220].

Еще более яркая картина предстает перед нами, когда мы знакомимся с действиями юстиции ФРГ при рассмотрении дел военных и нацистских преступников. И действительно, к концу 1967 г. в ФРГ было проведено следствие по делам почти 77 тыс. человек и лишь малая часть из них предстала перед судом. При этом с самого начала были почти полностью оставлены в стороне непосредственные участники установления фашистской диктатуры, подлинные виновники гигантских преступлений — немецкие монополии и военная каста. Даже из тех, кто предстал перед судом, до конца 1967 г. получили наказания (да и то в большинстве своем почти символические) лишь 6192 преступника. Среди многих, кто был оправдан или чье дело было прекращено, находились, к примеру, такие убийцы, как бывшие офицеры 322-го полицейского батальона, под руководством которых были убиты многие тысячи жителей Белостокской, Минской и Могилевской областей. Но суд присяжных города Фрайбурга определил их «почти доказанную невиновность» и признал их преступления «действиями по приказу». Подавляющее большинство других обвиняемых, например эсэсовские фюреры Хойзер, Вильке, Шлегель, Освальд, Хардер и другие, принимавшие участие в массовых убийствах в Минской области и в 1962 г. представшие перед судом в Кобленце, отделались возмутительно мягкими наказаниями. Эта практика, как показали прошедший в 1964 г. процесс по освенцимскому делу и другие последовавшие за ним судебные процессы в ФРГ, продолжается и по сей день. Даже консервативные представители буржуазной Федеративной Республики Германии вынуждены были признать, как об этом свидетельствует изданная с благословения церкви книга Хенкиса, «что значительная часть главных преступников… еще не искупила свою вину».

Эти слова относятся прежде всего к фашистским военачальникам всех степеней, из которых, несмотря на многие раскрытые за это время преступления, едва ли хоть кто-нибудь привлекался в ФРГ к серьезной судебной ответственности. Подлинные причины такого положения кроются не в определенных договорах, заключенных между западными державами и Федеративной Республикой, как пишет Хенкис, и не в изъянах уголовно-процессуального кодекса, а в самом характере этого государства. Реабилитация военных и нацистских преступников, проводимая господствующими государственно-монополистическими кругами, ставит целью оправдать одновременно германский империализм и милитаризм в целом. Поэтому их разглагольствования о «преодолении» прошлого в действительности есть не что иное, как попытка замаскировать ведущееся с самого начала возрождение зловещих сил и скрыть стремление использовать это прошлое в соответствии с реакционными и агрессивными целями своей политики. Нельзя сбросить со счетов и тот факт, что по сей день в разных странах всплывают все новые свидетельства зверств фашистского германского империализма, совершенных во время Второй мировой войны. А это означает, что работа по определению всего масштаба этих преступлений еще далеко не завершена.

Приложения

Документ № 1

Совершенно секретно.

Только для начальников высших штабов.

Доставка только офицерами.

Ставка фюрера, 13 марта 1941 г.

5 экземпляров. 4-й экземпляр.

Главный штаб вооруженных сил. Штаб оперативного руководства вооруженных сил, отдел по обороне страны. (IV квартирмейстерский отдел.) 44125/41. Совершенно секретно.

Основание: Штаб оперативного руководства вооруженных сил. (Отдел по обороне страны.) № 33408/40. Совершенно секретно. 18 декабря 1940 г.

Руководящие указания для особых районов к директиве № 21 (план «Барбаросса»).

I. Район операции и исполнительная власть.

1. Не позднее четырех недель до начала операций в Восточной Пруссии и генерал-губернаторстве главным штабом будут введены в действие в вермахте законные полномочия и предписания о снабжении. Предложение своевременно представляет главное командование сухопутных сил после согласования с главнокомандующим военно-воздушными силами.

Объявление Восточной Пруссии и генерал-губернаторства районом операций армий не предусматривается. Главнокомандующий сухопутными силами на основе необнародованных приказов фюрера от 19 и 21 октября 1939 г. уполномочен принять те меры, которые необходимы для осуществления его боевых задач и безопасности войск. Эти полномочия он может передать и командующим группой армий и армиями. Подобные приказы превосходят по важности все другие предписания гражданских учреждений.

2. Занятая в ходе боевых операций русская территория должна быть разделена по особым директивам, как только это позволит окончание военных действий, на государства с собственными правительствами.

Отсюда следует: а) Тыловой район военных операций, образовавшийся при переходе армий через границы рейха и соседних государств, должен быть как можно более глубоким. Главнокомандующий сухопутными силами имеет право на исполнительную власть в этом районе. Он вправе переложить ее на командующих группами армий и армиями.

б) В районе действия армий рейхсфюрер СС получает по приказу фюрера особые полномочия по подготовке политического управления занятыми территориями до окончательного установления на них нового порядка. В рамках этих заданий рейхсфюрер СС действует самостоятельно и под собственную ответственность. Впрочем, исполнительная власть, врученная главнокомандующему сухопутными силами и соответствующим службам, этим не затрагивается. Рейхсфюрер СС заботится о том, чтобы при осуществлении его задач операции войск не нарушались. Более детально их отношения регулирует главное командование сухопутных сил непосредственно с рейхсфюрером СС.

вернуться

220

См. R. Неnкуs. Die nationalsozialistischen Gewaltverbrechen. Geschichte und Gericht, hrsg, von. D. Goldschmidt, Stuttgart — Berlin 1964, S. 187.

75
{"b":"145259","o":1}