ЛитМир - Электронная Библиотека

Казалось бы, принятое в последнюю минуту, решение Мадонны привести Бенитеса и познакомить его с родней на самом деле было отнюдь не случайно. Красочные взрывы ревности ее вовсе не отталкивали, напротив, она находила его неистовую ярость волнующей. По общим отзывам, она любила Бенитеса. По словам Эрики Белл, она не раз недвусмысленно заявляла о своих чувствах к нему. «Я собираюсь замуж за „Мармелада“ и хочу иметь от него ребенка», — говорила она Белл. Тем не менее она не сделала ни того, ни другого, хотя у нее было много возможностей родить от Бенитеса ребенка. «За то время, пока они были вместе, Мадонна сделала несколько абортов — я по крайней мере, знаю о трех. Она не делала из этого секрета, не пыталась скрыть и рассказывала всем друзьям», — говорит Эрика Белл. Последнее ее возвращения в Нью-Йорк в декабре 1983 года, первым Франческо Скавулло. Во время съемок Мадонна чувственно извивалась на полу. Скавулло остался недоволен и велел ей закрыть глаза. Она повиновалась, и тут он, опустив камеру, непроизвольно воскликнул: «Боже! Да это крошка Дитрих!» Услышав такое, Мадонна, любившая прозвища, покатилась со смеху. Потом она какое-то время заставляла друзей называть ее «крошка Дитрих».

В деле создания своего имиджа Мадонна уже выказывала умение водить прессу за нос. «Она с удивительной легкостью врала репортерам. Для нее это было развлечение, игра», — вспоминает Эрика Белл. Вот характерный случай: Белл и Мадонна отправились к Хемптонам провести уик-энд в обществе Джеймса Трумена их английского журнала «Фейс». «Он собирался сделать первый большой материал о Мадонне для публикации в Англии, — рассказывает Белл. — Перед тем она позвонила мне и сказала: „Делай что хочешь, только молчи. Главное — поддакивай“. Во время поездки она и придумала весь набор своих невероятных историй — как она росла по соседству с трущобами, а ее лучшим другом был негр, обо всех драках, в которых она якобы участвовала, и как ее арестовали во время расовых волнений и неделю продержали в тюрьме. Сплошное вранье. Мы умирали со смеху, когда этот материал вышел в свет. И такие штучки Мадонна проделывала постоянно». Обзаведясь новым менеджером, Мадонна вплотную занялась новым альбомом. Рэгги Лукас, окрыленный успехом его первого гиганта, уже строил планы осуществить ее новую студийную запись, когда от «Уорнер» пришло сообщение, что ему тоже дали отставку. Поднимаясь все выше, Мадонна теперь поглядывала на Найла Роджерса, который записывал пластинки таких звезд, как Сестра Следж, Шик и Дайана Росс, и разработал концепцию главной вещи Дэвида Боуи «Потанцуем». «Рэгги был хорош в одном — он делал ритм-и-блюз, — объясняла Мадонна. — Он хороший инженер звукозаписи, очень открытый и чуткий. Но Найл работал с такими разными музыкантами, и, насколько я знаю, каждый диск, им записанный, — шедевр. Он по-настоящему сечет поп… и в этом мы с ним близнецы. Он настоящий человек с улицы, мы околачивались в одних и тех же клубах».

Песня, которая в конечном счете дала название ее второму гиганту, едва не была вовсе исключена из альбома. Несмотря на то, что чувственно — душещипательная «Словно дева» ('Like a Virgin') написана гораздо раньше, она звучит так, словно была создана специально для Мадонны. Найл Роджерс был убежден, что эта вещь ей не подходит, однако изменил свое мнение, когда, по его словам, «никак не мог выкинуть ее из головы». Изначально «Словно дева» была задумана как баллада. Найл Роджерс превратил ее для Мадонны в стремительную танцевальную вещь — он наложил основную запись на заводную ритмичесую дорожку, благодаря которой сходство мелодии с «Билли Джин» Майкла Джексона уже нельзя было назвать отдаленным. Точно так же и другие на этом альбоме был введен моторный бит, воскрешавший в памяти танцевальные хиты 1960-х годов, но в данном случае углубленный синтезаторами, усиленный электроударником и «очищенный» с помощью новейшей по тому времени системы цифровой звукозаписи. Однако повторяющаяся тема альбома, игривый эротизм, затмевал все эти музыкальные и технические новшества. В заглавной песне настоящая любовь, вероятно, заставляет девушку чувствовать себя «сияющей и новой, словно дева, к которой прикоснулись в первый раз». Точно как же в «Я тебя одену» ('Dress You Up') Мадонна умоляет мужчину — «чувствуй легкий шелк моих объятий. В них ты как с иголочки одет». «Ты — ангел» ('You're an Angel'), если угодно, — захватывающее дух возвращение к сладким и беззаботным дням Лесли Гор и Шелли Фабарес («Ты ангел во плоти, от тебя мне не уйти»). Но самая откровенная и противоречивая песня этого альбома — «Меркантильная девица» ('Material Girl'), двусмысленная дань Мадонны материализму 1980-х годов и почетному промыслу золотоискательницы («У кого набит карман — это мой Избранник»).

Завершив работу над альбомом «Дева» весной 1984 года, Мадонна направила все организаторские способности, чтобы собрать оркестр для своего первого большого турне. Затем она отправилась в Италию — снимать клип «Словно дева» в Венеции. В клипе режиссера Мэри Ламберт Мадонна попеременно предстает то проституткой, съежившейся в гондоле, то разодетой в традиционное свадебное кружевное платье. Площади, дворцы, змеящиеся каналы составляют роскошный романтический фон для песни; и все же продюсеры чувствовали необходимость хоть намеком включить в клип для эротических символа— льва, крадущегося по узкой улочке, и таинственного незнакомца в карнавальной маске. А тем временем в Нью-Йорке режиссер Сюзен Сейдельман подбирала актеров для очередного фильма — современной городской детективной комедии под названием «Безнадежные поиски Сюзен». Сценарий рассказывает о домохозяйке из Йью-Джерси, которая со скуки начинает следить за жизнью бродяжки по имени Сюзен, ставя себя на ее место, получает удар по голове, теряет память и начинает считать, что она и есть Сюзен. Скоро ей становится понятно, что за Сюзен, хоть та об этом и не подозревает, охотится убийца. Сценарий «Безнадежных поисков Сюзен» четыре года болтался по Голливуду, пока не был принят «Орион прикчерз». Изначально роль Сюзен была задумана как что-то вроде стареющей хиппи в исполнении Дианы Китон. Затем продюсеры решили сделать фильм поскромнее, с участием восходящей звезды, что позволило им снизить затраты до минимума — 5 миллионов долларов. Сейдельман, незадолго до этого получившая положительные отзывы за фильм «Осколки» (картина обошлась ей в 80000 долларов, часть которых она унаследовала после смерти бабушки), была принята в штат. По-настоящему машина начала раскручиваться в июле 1984 года, когда Розанна Аркетт подписала контракт на исполнение роли Роберты, скучающей домохозяйки. В свои двадцать четыре года Аркетт уже завоевала популярность на большом экране («Это ты, крошка», «Сильверадо», «После работы») и на телевидении («Песнь палача»).

«Мадонна была кем-то, о ком я слышала в местном клубе, — вспоминает Сейдельман. — Я время от времени заходила в „Данстерию“ и „Парадайз Гараж“ и видела ее там— я знала, кто она такая и как выглядит». Когда их общий знакомый Сеймур Стейн рассказал Сейдельман, что Мадонна интересуется ролью, та согласилась встретиться с певицей. Беда было в том, что к тому времени уже около двухсот актрис читали сценарий и пробовались на роль, в том числе Ребекка де Морней, Мелани Гриффит, Дженифер Джейсон Ли, Эллен Баркин и Келли Макгиллис. «Администрация „Ориона“ никогда не дышала о Мадонне, — говорит Сейдельман. — К счастью о ней слышал сын одного из администраторов. Поэтому мне сказали: если эта девушка тебя интересует — что ж, устрой ей пробную съемку». Сейдельман так и сделала. Она вспоминает, что когда Мадонна приехала на пробу, «у нее не хватило денег, чтобы заплатить за такси. И вот первое, что она делает, приехав договариваться о работе с компанией киношников, — заставляет нас оплатить ей такси. Сюзен поступила бы точно так же!» Во время первой встречи Мадонна показалась Сейдельман «беззащитной, нежной и даже немного нервной. В ней не было ни капли самонадеянности, которой она успела прославиться. И у нее было чувство юмора. После всего, что я о ней наслышалась, я никак не ожидала, что таковое окажется». Сейдельман призналась: «Даже когда я пробовала других актрис» — таких как Гриффит и Келли Макгиллис, — я никак не могла забыть о Мадонне. Она ощущала себя каждой клеточкой, была полностью в себе уверена. Я не видела человека, более спокойного на свой счет, чем она. Мадонна считала себя необыкновенной и заставляла вас чувствовать то же самое". Мидж Сэнфорд, тоже продюсер фильма, разделяет восторги Сейдельман относительно Мадонны: «Это был эффект присутствия, от которого трудно было избавиться. И как не хороши были другие претендентки, мы снова и снова возвращались к той пробе».

27
{"b":"1474","o":1}