ЛитМир - Электронная Библиотека

Совет Вардов принял решение принимать в свою страну на лечение — с целью замены органов и омоложения — состоятельных клиентов. Желающих было более чем достаточно. Омолаживающий эффект проявлялся сразу, а слухи о полной безболезненности процедуры и всего нескольких днях, проводимых в клиниках, дали разительное преимущество перед обычными методами. В оборудованной рядом с Дверью лаборатории пациентам давали снотворное и возвращали по-прежнему спящими, иногда спустя несколько недель. Впрочем, пациенты никак не смогли бы вспомнить, сколько времени проводили они в Аль-Ришаде (для названия государства воспользовались названием старинного замка, с которого когда-то и началась его история). Они все это время спали и пребывали в приятном заблуждении, что прошло всего несколько дней. Эти меры позволили значительно увеличить и так огромный денежный поток в уполномоченные банки, контролируемые телепатами в абсолютном времени.

Шло время. Агентурная сеть, протянувшая свои щупальца во все без исключения государства, не торопясь приступила к выполнению двух основных своих задач — созданию единой энергетической системы Земли и подготовке общественного мнения к восприятию официального контакта с инопланетной цивилизацией. Меры применялись крайне жесткие — от финансирования фильмов, где к инопланетянам формировалось положительное отношение, до цензурного запрета на разного рода фантастические «ужастики» и «боевики». Совет Вардов санкционировал прямое давление на создателей очень выгодных в коммерческом отношении боевиков и не скрывал, что даже информация о существовании таких фильмов, не говоря уже о внедрении их в сознание людей, отнюдь не будет способствовать улучшению отношения к землянам, которые и без этого прославились своей чудовищной жестокостью.

Помимо этого, уже через полгода абсолютного времени появилась возможность непосредственно скупать предприятия, отвечающие за энергоснабжение городов. К тому времени в правительствах стран Земли почти не осталось людей, не прошедших омоложение в Аль-Ришаде, — это вполне позволяли их финансовые возможности, поэтому представители Элинора встречали везде тайную или явную поддержку.

Глава 18

Январь, 2032 год абсолютного времени
328 год относительного времени

Линган задумчиво сидел в своем огромном кабинете. Еще неделю назад к нему на прием записалась Этель, которой он не мог отказать. С ее матерью, Региной, Линган встречался многие годы. Когда-то он сам уговорил ее родить ребенка-эспера, что и положило начало их знакомству. Серьезные отношения, однако, начались у них далеко не сразу и, будучи чисто дружескими, лишь со временем превратились в нечто большее. Впрочем, Регина никогда не рассказывала ему об отце девочки, а сведения, выуженные из ее мозга, никак не могли бы быть предметом обсуждения.

Линган помнил Этель с раннего детства. Он старался в какой-то степени заменить ей отсутствовавшего отца. Регина была свободной женщиной. Она так и не нашла себе пары и меняла мужчин до тех пор, пока длительная связь с Линганом не привязала ее настолько, что она и вовсе отказалась от каких-либо попыток изменить свою жизнь. Она понимала, что Председатель Совета никогда не пойдет на брак, и не позволяла себе даже мечтать об этом. К тому же, Регина была просто эспером и плохо понимала отличия Вардов от телепатов. Когда-то, в молодости, это страшно занимало ее, но потом, с годами, уже познакомившись с Линганом, она перестала об этом задумываться. В конце концов, за неудобство тайных встреч Регина получила его покровительство, а девочка — подобие отца. Так или иначе, это всех устроило. Со своей стороны, Линган был благодарен Регине за то, что она смогла сохранять долгие годы тайну их отношений, может быть, отчасти понимая опасность огласки и не желая разрушать таким трудом построенное, пусть и не совсем полноценное, счастье.

Линган встал и несколько раз прошелся по кабинету, а затем вышел на веранду. С высоты сто десятого этажа Дворца Правительства перед ним ослепительно сиял Элинор, утопая в зелени и переливаясь в лучах восходящего солнца ажурными арками пешеходных мостов. Иногда он вспоминал замок Аль-Ришад, теперь совершенно нереальный, и его охватывала грусть. Много лет назад Линган приучил себя никогда не думать об этом, и все равно — сожаление о тех временах периодически посещало его. Он и Лао были единственными людьми в Элиноре, которые так никогда и не привыкнув к биороботам, до сих пор имели несколько преданных слуг. Слуги были обычными людьми, но все закрывали на это глаза, понимая, что переделать привычки, сложившиеся за почти триста пятьдесят лет жизни, все равно невозможно и проще всего не замечать этого.

Линган с беспокойством ждал Этель. Ей было тридцать четыре года, но из-за хрупкой фигурки и необыкновенно наивного детского взгляда голубовато-серых глаз она казалась совсем ребенком, что никак не соответствовало очень упорному и прямолинейному характеру. Эспер пятого поколения, Этель даже Лингана поражала своей способностью говорить правду, как бы это ни было неприятно окружающим.

Этель вошла в кабинет и мягко улыбнулась Лингану, по-отечески поцеловавшему ее в лоб. Она удобно уселась на диване, подогнув ноги и поправив задравшееся короткое изумрудно-зеленое платье. Линган разместился в глубоком своем любимом огромном кресле с высоким подголовником, отделанным старинной инкрустацией. Этель поправила светло-каштановые длинные волосы, не решаясь начать, а потом прямо посмотрела в глаза Лингану. Его взгляд никогда не пугал ее, может быть, из-за его отношений с матерью, а может быть, она просто ничего еще не боялась в своей короткой жизни.

— Вы знаете, зачем я пришла? — начала Этель, и теперь никто не назвал бы ее взгляд детским — настолько он был решительным.

— Могу узнать, если ты разрешишь забраться к себе в голову. — Линган шутил, но она строго посмотрела на него.

— Боюсь, что сейчас вам станет не до шуток. Я пришла не одна. В коридоре меня ждет подруга, Инга, просто сама она не решилась бы обратиться к вам, и я взялась ей помочь.

— Так в чем все-таки дело? — Линган сразу помрачнел. Ему показалось, что он начинает догадываться о причине ее визита.

— Она хотела просить вас об уходе из жизни, — бросила Этель.

— Во-первых, она должна для этого подать официальное прошение, а во-вторых, если ты скажешь мне ее возраст, я сразу смогу дать тебе ответ.

— Ей двадцать восемь лет.

— Этель, между нами, это совершенно исключено, чтобы Совет в таком возрасте разрешил ей уйти. Наверняка у нее просто не сложились отношения с мужчиной, и это не повод для самоубийства.

— Хорошо. Тогда она найдет другой способ. Собственно говоря, поэтому она и не хотела подавать официальное прошение — была уверена, что ей откажут и только измучат психозондированиями и коррекцией психики.

— Этель, ты взрослый человек. Неужели ты допустишь, чтобы это произошло и никак не позволишь нам вмешаться?

— Это не зависит уже от меня. — Этель пожала плечами. — Но пришла я, Линган, не только из-за этого. Вы не хотите узнать имя того мужчины?

— Зачем? — удивился Линган.

— Думаю, вам это должно быть интересно, насколько я вас знаю. Он член Высшего Совета Вардов, и, если правда то, что мне рассказала Инга, его поведение выходит за обычные рамки.

При ее словах Линган вскочил с кресла и сделал два огромных шага к Этель. Кажется, подтверждались его самые худшие опасения.

— Имя?

— Диггиррен ван Нил, — четко произнесла Этель. Линган беспокойно зашагал по кабинету. Этель молчала.

— Ты знаешь о том, что там у них произошло? — Линган остановился напротив нее.

— Кое-что, но только с ее слов, хотя и не похоже, чтобы она врала, Этель подбирала слова. — Познакомились они случайно. Недолго встречалиь, меньше месяца. Он слегка напоил ее и затащил в постель. Ей немного лет, но она достаточно опытна в таких делах, Линган. — Этель прямо смотрела на него. — И Инга не из тех женщин, которые будут переживать из-за одной ночи. Тем не менее, она твердо уверена, что подверглась насилию.

21
{"b":"1475","o":1}