ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Кронпринц закончил трапезу и отодвинул от себя тарелку. Мясо было приготовлено отменно, но Шаддам не почувствовал его вкуса. Голова буквально разрывалась от пульсирующей боли. Ну почему так тяжело быть императором?

– Поступайте как знаете, сир, – сказал Аджидика. Шаддам ни разу не слышал, чтобы этот тлейлакс говорил так резко. – Лето Атрейдес не прощен и должен быть наказан.

Сморщив нос, кронпринц отпустил маленького человечка, жестом приказав сардаукарам выпроводить его прочь. Скоро он станет императором Известной Вселенной и у него будет масса важных и великих дел, которые он будет решать.

Если только удастся избавиться от этой проклятой головной боли.

***

Худший способ защиты – доверие. Лучший – подозрение.

Хазимир Фенринг

Туфир Гават и Ромбур Верниус могли покидать камеру в любое время по своему усмотрению, а Лето, связанный словом чести, оставался, отчасти из соображений собственной безопасности. Ментат и иксианский принц часто ходили в город, встречались с членами экипажа фрегата, другими свидетелями, обсуждая с ними детали показаний, которые предстояло давать в суде.

Во время этих отлучек Лето, оставшись в одиночестве, садился за стол. Хотя старый ментат много раз предупреждал его не сидеть спиной к двери. Лето считал это излишней предосторожностью; настолько сильна была приставленная к его персоне охрана.

Несколько мгновений он наслаждался наступившей тишиной и возможностью сосредоточить все внимание на многочисленные проекции, оставленные ему для изучения. Он не чувствовал бы себя в безопасности в императорском дворце даже под охраной дюжины сардаукаров, зная, что тень обвинения продолжает висеть на нем. Скоро он предстанет перед судом равных себе и во весь голос заявит о своей невиновности.

Он услышал какой-то шум, раздавшийся у защитного поля, прикрывавшего дверь, но не стал оглядываться. Как раз в этот момент, держа в руке жужжащую автоматическую ручку, он заканчивал абзац о полном разрушении первого тлейлаксианского корабля, упоминая технические детали, которые он не принял во внимание раньше.

– Туфир, – спросил Лето, – ты что-то забыл?

Он небрежно оглянулся через плечо.

Высокий военный в живописной форме охраны Ландсраада стоял в дверях. На широком лице этого человека застыло странное выражение, особенно необычными были его темные, какие-то бездонные глаза. Кожа выглядела одутловатой, словно нарисованной. Во всем облике незнакомца было что-то необычное, больше всего Лето поразили неуклюжие, резкие движения. Кожа рук была серой, хотя лицо отличалось почти неестественной белизной…

Сунув руку под стол, Лето нащупал там рукоятку кинжала, который Гават пронес в камеру специально для него. Для такого мастера это было сущим пустяком. Лето схватил рукоятку и крепко сжал клинок в руке, не меняя позы и не двигаясь, на лице его застыло бесстрастное выжидательное выражение.

Все, чему учили Лето на тренировках по боевым искусствам, словно кипяток, пробежало по мышцам. Он стал словно сжатая пружина, приготовившись к молниеносному броску. Лето молчал и не шевелился, ожидая, что предпримет пришелец. Он понимал, что что-то не так и что его жизнь висит на волоске.

Через мгновение человек выскользнул из своей просторной формы, расстегнув статические застежки, ткань упала на пол, то же самое произошло с пустым безжизненным лицом, которое оказалось искусно сделанной маской. Кисти и плечи тоже отделились от туловища, упав на пол камеры.

У Лето голова закружилась от неожиданности. Он бросился в сторону, стремительно соскользнув со стула на пол, и, присев, спрятался за стол. Нож он держал наготове так, чтобы противник не видел оружия, и принялся оценивать свое положение.

Высокий офицер переломился в поясе, словно разорвался – из фигуры выскочили два тлейлакса. Лица у них были худощавые и обветренные, с туго натянутой на скулах кожей. Они были одеты в обтягивающие черные трико, под которыми играли сильные мышцы.

Тлейлаксианские убийцы отпрыгнули друг от друга и начали с разных сторон подкрадываться к Лето. Крошечные глазки блестели, как дробинки. В каждой руке у них что-то сверкало – это было оружие, Лето не смог разобрать, что это, но понял, что в нем таится его смерть. Бросившись на Лето, один из тлейлаксов завизжал:

– Умри, дьявол-повиндах!

Мгновение Лето раздумывал, не заползти ли ему под стол или за тележку, но для начала он решил уравнять шансы, убив одного из нападавших.., и не дать убийцам привести в исполнение согласованный, рассчитанный на двоих, план. Привычно прицелившись, он метнул нож. Оружие нашло свою цель и пронзило горло нападавшего, разрезав ему вены на шее. Тлейлакс рухнул на пол.

Серебристый дротик просвистел мимо уха Лето, но он успел перекатиться за тележку с голографическим проектором, который продолжал отбрасывать изображения на стол. Просвистел второй дротик и ударил в стену, отколов от нее кусок камня.

В этот момент Лето услышал шипение стреляющего лазерного ружья. Через всю камеру протянулась дуга пурпурного пламени.

Тело второго тлейлакса рухнуло на тележку и опрокинуло ее на пол. Лицом убийца ткнулся в пол, оплавленный жаром лазерного луча. Тело дернулось и замерло рядом с притаившимся Лето.

Туфир Гават и капитан гвардии Ландсраада вошли в камеру и посмотрели на Лето. Вошедшие вслед за ними охранники принялись осматривать тела двух нападавших. В воздухе висел запах паленого мяса.

– Каким-то образом они сумели проскользнуть мимо защитного поля и охраны, – сказал капитан.

– Я бы не стал называть это охраной, – сквозь зубы процедил Гават.

– У этого нож воткнут в горло, – сказал один из охранников.

– Откуда взялся нож? – спросил капитан, помогая Лето подняться на ноги. – Это вы метнули его, сэр?

Лето взглянул на Гавата, предоставив ментату ответить на вопрос.

– На что годится вся ваша охрана, капитан, – испепеляя собеседника насмешкой, ответил Гават, – если сюда можно незаметно протащить любое оружие?

– Я отнял его у одного из нападавших, – уверенно заговорил Лето, – и убил его.

Он моргнул серыми глазами. От избытка адреналина его била дрожь.

– Думаю, что Бене Тлейлаксу решил не дожидаться суда.

– Ад Вермиллиона! – воскликнул вошедший в камеру Ромбур, увидев царивший там разгром. – Это не будет украшать положение тлейлаксов на предстоящем суде. Если они были так уверены, что выиграют, то зачем им понадобилось брать в свои руки отправление правосудия?

Вспыхнув от смущения, капитан гвардии повернулся к своим подчиненным и велел убрать трупы из камеры и прибраться.

– Убийца выстрелил в меня двумя дротиками, – сказал Лето, указав на места, где застряли две смертоносных иглы.

– Будьте осторожны, – предупредил солдат Гават, – эти дротики могут быть отравленными.

Когда Лето, Ромбур и Гават остались одни, ментат сунул в ящик стола пистолет.

– На всякий случай, – сказал он. – В следующий раз кинжала может оказаться мало.

***

При взгляде с орбиты поверхность Икса представляется спокойной и первобытной. Однако в его недрах выполняются великие проекты и производится титаническая работа. Таким образом, наша планета в каком-то смысле является метафорой самой Империи.

Доминик Верниус. ?Секретная работа Икса"

Сияя самодовольной ухмылкой, Хазимир Фенринг протянул Шаддаму пачку секретных документов, написанных на тайном языке, который они с кронпринцем придумали еще в детстве. В аудиенц-зале императорского дворца была великолепная акустика – каждое, даже шепотом сказанное слово, было прекрасно слышно в другом конце помещения, но Фенринг и принц могли безбоязненно обмениваться самой секретной информацией. Утомленный Шаддам сидел на массивном троне, подножие которого горело исходящим изнутри аквамариновым светом.

Однако бьющей через край нервной энергии Фенринга хватило бы на двоих.

148
{"b":"1483","o":1}