ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пистолеты для двоих (сборник)
Интернет вещей. Новая технологическая революция
Алмазная колесница
Макбет
Идеальная незнакомка
Мечтать не вредно. Как получить то, чего действительно хочешь
Призрачное эхо
Подсказчик
Моя гениальная подруга
A
A

Наступала кульминация тяжелых восьмилетних тренировок. Дункан ожидал своей очереди среди прочих курсантов. Некоторые потели от плохо скрываемого страха, некоторые, наоборот, скрывали свою неуверенность под маской деланной бравады. Курсанты по одному исчезали за воротами. От дурных предчувствий Дункан чувствовал холодок в груди.

– Дункан Айдахо! – прогремел наконец герольд. Проходя через ворота, Дункан увидел, как вошедший перед ним курсант изо всех сил отражает сыплющиеся на него со всех сторон удары. Молодой человек извивался, увертывался, подпрыгивал и размахивал своим мечом, пока не скрылся из виду между множеством препятствий и механических противников.

– Вперед, вперед, это же так легко, – проревел в ухо Айдахо ассистент Школы – атлетически сложенный мужчина. – У нас уже есть пара выживших.

Дункан мысленно вознес молитву и бросился вперед, навстречу неведомой опасности. За его спиной, издав зловещий лязг, захлопнулись ворота.

Сосредоточившись на своих действиях, Дункан привел свой разум в состояние повышенной реактивности. Мысленно он слышал многочисленные голоса. Пауль Атрейдес говорил, что Айдахо сможет достичь любой поставленной цели; герцог Лето советовал высоко держать голову, не допускать бесчестья и ни при каких обстоятельствах не забывать о милосердии. Туфир Гават не советовал, он просто приказывал держать под наблюдением всю полусферу, окружающую Дункана.

С обеих сторон откуда-то появились два механических противника, горящие сенсорные глаза которых следили за каждым движением Дункана. Дункан рванулся вперед, остановился, сделал обманное движение, нырок и прошел первое препятствие.

Не упуская ни одного пункта. Развернувшись, Дункан, не оглядываясь, нанес задний удар копьем и почувствовал, что попал по металлу, отразил нападение механического противника, отбив брошенный дротик. Следи за периметром. Сохранив равновесие, Дункан осмотрительно двинулся вперед, готовый нанести удар в любом направлении.

На ум пришли слова школьных инструкторов: коротко остриженного Морда Кура, похожего на игуану Дже-Ву, безобразно толстого Ривви Динари, напыщенного Уитмора Бладда и даже сурового смотрителя тюремного острова Джеймо Рида.

Преподавателем тай-цзы была привлекательная женщина, настолько гибкая, что казалась состоящей из одних сухожилий. Иногда ее тихий нежный голос приобретал стальную твердость: «Ожидай неожиданного». Какие простые, но исполненные глубокого смысла слова.

Боевые тренажерные машины приводились в действие оптическими сенсорами, улавливавшими быстрые или неуверенные движения. Однако в соответствии с запретами, наложенными законами Джихада, машины в отличие от Дункана не умели думать. Айдахо ударил металлической окантовкой копья одну из машин, потом извернулся и нанес удар другому механическому сопернику. Выполнив гимнастическое сальто, он ушел от двух ножей, наносивших ему смертельные удары.

Пробираясь вперед по деревянному настилу, проложенному по земле, Дункан босыми ногами ощупывал доски, отыскивая нажимные устройства. Настил был в этом месте забрызган кровью, рядом лежали куски изуродованного тела; но Дункан не стал останавливаться, чтобы опознать мертвеца.

Следующих противников Дункан ослепил, метнув ножи в стеклянные глаза оптических сенсоров. Некоторых он свалил мощными ударами ног. Четыре машины оказались всего лишь голографическими проекциями; их Дункан опознал по особенностям рисунка и блеску отраженного света – этой хитрости его в свое время научил Туфир Гават.

На одном из островов Школы инструктором был почти мальчик с детским личиком и инстинктами настоящего убийцы.., этот воин ниндзя учил курсантов тайным способам убийства и разрушения, высокому искусству растворяться в тенях и умению наносить убивающие на месте удары в полной тишине. «Иногда самые драматичные проблемы решаются едва заметными касаниями», – говорил этот ниндзя.

Соединяя в уме навыки, полученные за восемь лет обучения, Дункан мгновенно проводил нужные параллели, находя подобия разных способов и нюансы различия между ними, применяя самые подходящие в каждом случае.

Когда Айдахо проскочил мимо последней из смертельно опасных машин, сердце его билось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Дункан скатился по неровному склону к берегу, придерживаясь указателей маршрута, ограниченного защитным полем и забором. Светящиеся красные подвески направили его к бурлящему бассейну, в который стекала вода гейзеров и горячих вулканических источников. Волны аквамаринового моря, перекатываясь через края бассейнов, немного охлаждали воду. В нее можно было нырнуть, не опасаясь появления волдырей.

Дункан нырнул и проплыл по залитому пузырящейся, насыщенной солями водой проходу в вулканической породе. Задыхаясь, он наконец вынырнул в конце прохода и оказался возле другого бассейна, где на него набросились следующие механические противники.

Дункан дрался как дикий зверь – до тех пор, пока до него не дошло, что главной задачей является прохождение Коридора Смерти, а не поражение всех врагов. Он блокировал удары, опрокидывал машины и прорывался дальше по узкому проходу к джунглям и к следующей ступени экзамена…

Над глубокой пропастью был перекинут узкий канатный мост, для перехода по которому требовалось безупречное чувство равновесия, и Дункан знал, что за мостом его тоже не ждет ничего хорошего. На середине пути через пропасть его атаковали две голографические проекции, но Дункан отбился копьем, которое он держал в оцепеневших от напряжения руках.

Айдахо сохранил равновесие и не упал. Худшим врагом курсанта является его разум. Тяжело дыша, Дункан сосредоточился. Главная задача – это овладеть своим страхом, научиться управлять им. Я не должен забывать, что мне противостоят всего лишь безмозглые механизмы, чучела, независимо от того, насколько сильны их удары.

Сейчас ему приходилось применять все, чему его научили за восемь лет. Школа Гиназа давала в руки курсантов метод, но на настоящей войне не бывает двух одинаковых ситуаций. Главное оружие воина – умственная и физическая гибкость в соединении с умением приспосабливаться.

Сосредоточившись на направлении движения, Дункан шаг за шагом продолжал преодолевать пропасть. Отражая копьем нападения призрачных противников, он добрался наконец до противоположного конца каната. Все тело было покрыто потом, он выдохся и был готов упасть от страшной усталости.

Но Дункан не мог сдаться и упрямо продолжал двигаться вперед. Только вперед и до конца.

Впереди показалась куча камней, идеальное место для засады, и Дункан пролетел мимо по настилу, изо всех сил отталкиваясь от него босыми ногами. Теперь он ясно видел западни и ловушки. Услышав выстрел, он упал на землю, перекатился вперед и снова вскочил на ноги. Увидев летящий в его направлении дротик, Дункан оперся на копье, как на шест, и мгновенно перевернулся в воздухе, исполнив мастерское сальто.

Приземлившись, он вдруг почувствовал возле лица какое-то движение воздуха и молниеносным движением – мельницей крутанул перед глазами копье, отражая удар. В то же мгновение он ощутил два толчка по древку копья, в которое вонзились два маленьких летающих дротика, похожие на наконечники стрел.

Он снова увидел кровь на земле и растерзанное тело, лежавшее рядом с маршрутом. Хотя он не должен был отвлекаться и думать о погибших товарищах, Дункан не мог не пожалеть талантливого курсанта, который прошел столько изнурительных тренировок только для того, чтобы пасть здесь, во время последнего испытания. Так близко от цели.

Иногда он боковым зрением ловил взгляды мастеров и наблюдателей Гиназа, которые следовали за ним параллельным курсом, не отставая ни на шаг. Следовали за ним и инструкторы, многих из которых он помнил. Дункан не осмелился поинтересоваться, что сталось с его товарищами. Ведь он даже не знал, жив ли еще Рессер.

Итак, он использовал ножи и копье, но у него на поясе все еще висела тяжелая шпага старого герцога. Она ободряла и вселяла уверенность, как будто рядом все время был дух Пауля Атрейдеса.

125
{"b":"1484","o":1}