ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лиет улыбнулся. Сам он всегда был чисто и гладко выбрит.

– Настало время нам с тобой выбрать себе подруг, Варрик. Оба думали о Фаруле, но девушка завлекала их, разыгрывая равнодушие, но на деле получая большое удовольствие от их внимания. И Лиет, и Варрик при каждом удобном случае приносили ей из пустыни дорогие подарки.

– Может быть, нам стоит решить вопрос по старому фрменскому обычаю. – Варрик извлек из-за пояса пару отполированных тонких палочек длиной с добрый кинжал. – Давай бросим счетные палочки. Кто победит, тому и достанется Фарула.

У Лиета за поясом был свой набор таких палочек; не раз ночами они с Варриком играли в старинную фрименскую игру. Счетные палочки представляли собой длинные, выточенные из кости стержни с нанесенной на них шкалой случайных чисел – большие числа вперемежку с малыми. Палочки бросали в песок, как ножички, а потом читали число, указывающее глубину, на которую вошла в землю палочка. Победителем считался тот, у кого число оказывалось большим. Игра требовала навыка и простого везения.

– Если мы будем играть в палочки, то я выиграю, – с вызовом в голосе сказал Лиет.

– Очень в этом сомневаюсь.

– Фарула не выйдет замуж за того, кто выиграет ее в палочки. – Лиет прижался спиной к прохладной каменной стене. – Наверное, настало время прибегнуть к церемонии ахал, старому обычаю, когда женщина сама выбирает себе спутника.

– Ты думаешь, что Фарула выберет меня? – задумчиво спросил Варрик.

– Конечно, нет.

– Почти всегда я доверял твоим суждениям, друг, но на этот раз ты не прав.

– Когда я вернусь, то сам спрошу ее, – сказал Лиет. – У нее не может быть лучшего мужа, чем я. Варрик рассмеялся.

– В тяжелых положениях ты всегда проявлял храбрость, Лиет Кинес. Но стоило тебе встретиться с красивой женщиной, как ты превратился в жалкого труса.

Лиет возмущенно втянул носом воздух.

– Я сочинил для нее любовное стихотворение. Напишу его на бумаге из пряности и подкину в ее покои.

– Неужели? – поддразнил друга Варрик. – И у тебя хватит духу подписать его своим именем? Что же за стих ты написал?

Лиет прикрыл глаза и принялся нараспев читать стихи:

Много ночей я мечтал наяву, слыша, как воет в вышине ветер;
Много ночей, лежа возле змеиных гнезд и мучаясь от летнего
Зноя, мечтал я о Фаруле;
Я вижу ее пекущей пряный хлеб на раскаленном докрасна
Железном листе;
Или вплетающей водяные кольца в прекрасные косы
Янтарная нежность ее груди приводит в трепет чувства;
Она мучает меня и лишает сна, но я люблю ее;
Никто не нужен мне. Она – Фарула, моя любовь.
В сердце моем бушует ураган;
Не могу оторвать глаз от чистой воды – нежной и сияющей.

Лиет, словно пробудившись ото сна, открыл глаза.

– Приходилось мне слышать стихи и получше твоих, – сказал Варрик. – Я написал лучше. Но ты тоже многообещающий поэт. Пожалуй, ты сможешь найти женщину. Но руби сук по себе. Фарула никогда не станет твоей женой.

Лиет не стал отвечать на вызов. Молча они с Варриком снова принялись смотреть на детей, которые продолжали ловить в песке личинок червей. Лиет думал, что где-то в глубине каньона его отец напряженно размышляет над тем, как увеличить урожайность, какие удобрения добавить и какие растения сажать для улучшения севооборота и задержки в почве азота. Наверное, он никогда в жизни не ловил песчаных форелей, подумалось Лиету.

Они с Варриком, глядя в сгущавшуюся темноту, думали о совершенно других вещах. После долгого молчания они заговорили разом, перебивая друг друга. Потом рассмеялись и замолчали.

– Мы оба спросим ее, когда вернемся в сиетч Красной Стены.

Они хлопнули друг друга по ладони, надеясь на удачу, но в душе довольные тем, что сумели переложить трудное решение на чужие плечи.

***

В сиетче Хейнара царила суета. Фримены встречали вернувшегося Пардота Кинеса.

Юная красавица Фарула, подбоченясь, смотрела, как процессия прошла в двери, закрытые водонепроницаемыми занавесями. Длинные темные волосы с вплетенными в них водяными кольцами шелковистыми локонами спадали на плечи, обрамляя удлиненное ангельское личико. Из-под выгнутых дугой бровей смотрели на мир огромные, похожие на бездонные озера глаза. На загорелых щеках переливался здоровый румянец.

Сначала она посмотрела на Листа, потом на Варрика. Лицо ее сохраняло суровое выражение, и только по едва заметному движению губ можно было сказать, что она скорее довольна таким вниманием, нежели оскорблена тем, что только что предложили ей молодые люди.

– Почему вы вообразили, что я должна выбрать одного из вас? – Фарула высокомерно посмотрела на обоих соискателей ее руки, заставив их хорошенько помучиться. – Почему вы так в этом уверены?

– Но… – Варрик ударил себя в грудь. – Я много раз нападал на солдат Харконненов. Я проехал на песчаном черве до самого южного полюса. Я…

Лиет перебил соперника.

– Я делал то же, что и Варрик, но, кроме этого, я – сын уммы Кинеса, его наследник и преемник. Скоро я тоже буду планетологом. Может быть, настанет день, когда я покину эту планету, чтобы отправиться к императорскому двору на Кайтэйн. Я…

Фарула решительным жестом остановила их излияния.

– А я – дочь наиба Хейнара и могу выбрать любого человека, который мне понравится.

Лиет издал мучительный стон. Плечи его ссутулились. Варрик посмотрел на друга и вздернул подбородок, решив ни в коем случае не терять присутствия духа.

– Так выбирай!

Фарула рассмеялась, но тотчас прикрыла ладонью рот, и лицо ее снова приняло суровое неприступное выражение.

– Вы оба отличаетесь прекрасными качествами, во всяком случае, некоторыми из них. Думаю, что если я не приму решения в самое ближайшее время, то вы, чего доброго, убьете себя, пытаясь произвести на меня впечатление, словно это я прошу вас делать немыслимые глупости. – С этими словами она, звякнув кольцами, откинула с лица свои длинные волосы.

Она задумчиво поднесла к губам палец. В глазах девушки заплясали веселые искорки, когда она наконец произнесла:

– Дайте мне два дня на размышления. Мне надо подумать, прежде чем принять решение.

Видя, что оба не собираются уходить, она повысила голос:

– Не стойте здесь и не гипнотизируйте меня своими влюбленными взглядами. Вам надо идти работать. Могу сказать вам одно: я никогда не выйду замуж за лентяя.

Лиет и Варрик, едва не упав, бросились искать работу потяжелее.

***

Прошло два томительных дня, наполненных мучительным ожиданием. Вечером Лиет обнаружил у себя в комнате запечатанный конверт с запиской. Он дрожащими руками и с бьющимся сердцем распечатал пакет из пряной бумаги: если Фарула выбрала его, то почему не сказала об этом сама? Но когда Лиет пробежал глазами по строчкам записки, то дыхание ледяным комом застряло в горле.

«Я жду в дальней Пещере Птиц. Моим мужем станет тот, кто придет сюда первым».

Больше в записке не было ни одного слова. Несколько секунд Лиет внимательно разглядывал лист бумаги, потом опрометью бросился через сиетч в комнату Варрика. Откинув занавеску, он увидел, что его друг лихорадочно пакует мешок и фремкит.

– Она прислала нам вызов, михну, – сказал Варрик, оглянувшись через плечо.

Это было старинное испытание, пройдя которое, юноша мог с полным правом называть себя мужчиной. Лиет и Варрик внимательно посмотрели друг на друга, взгляды их встретились, оба на мгновение застыли на месте.

Потом Лиет повернулся и со всех ног кинулся домой. Он прекрасно понимал, что ему предстоит делать.

Смертельная гонка началась.

***

Яд мятежности может отравить мятежника, и он начинает бунтовать ради самого бунта.

Доминик Верниус. «Воспоминания об Эказе»

89
{"b":"1484","o":1}