ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Цвет Тиффани
Бизнес для богемы. Как зарабатывать, занимаясь любимым делом
Обманка
Сама себе психолог
Чего желает повеса
По кому Мендельсон плачет
Любовь литовской княжны
Строим доверие по методикам спецслужб
Найди время. Как фокусироваться на Главном
A
A

Потом представитель Гильдии включил громкоговорители в потолке грота – в искусственном небе подземного мира Икса. Под его сводом раздался громовой голос, произнесший не оставляющие сомнений слова:

– Космическая Гильдия вместе с вами празднует победу принца Ромбура Верниуса и поздравляет его с возвращением на родную планету. Мы приветствуем возврат к нормальному производству и возрождение технологических инноваций.

Стоя рядом с Гурни и Дунканом, Ромбур смотрел на огромный корабль с таким видом, будто не мог поверить в слова, которые только что услышал. Прошло так много времени, больше, чем вся жизнь… Тессия скоро займет подобающее ей место в возрожденном Доме Верниусов.

Чопорное и самодовольное выражение стерлось с лица графа Хазимира Фенринга. Коварный министр по делам пряности потерпел поражение.

***

Жестокость порождает жестокость. Любовь порождает любовь.

Леди Анирул Коррино; запись в дневнике

В коридоре нижнего этажа дворца лежало тело мертвого сардаукара. Мундир убитого был пропитан кровью, натекшей из раны в боку.

Не тратя времени на осмотр трупа, герцог Лето перепрыгнул через мертвого солдата и побежал дальше, понимая, что человек, похитивший его сына, не мог уйти далеко. Лето наступил в лужу крови и теперь оставлял на плитах пола красные следы. На бегу он вытащил из ножен украшенный каменьями кинжал, желая как можно скорее пустить его в ход.

В помещении, примыкавшем к классам и игровым комнатам принцесс, он натолкнулся еще на один труп – женщину из Ордена Бене Гессерит. Пока Лето пытался идентифицировать тело, два сардаукара, вбежавшие в зал вслед за герцогом, ошеломленно вскрикнули. У Лето перехватило дыхание.

Это была Анирул, супруга императора Шаддама IV.

В дверях появилась Преподобная Мать Мохиам, одетая, как и убитая императрица, в черную абу. Она посмотрела на свои пальцы, потом перевела взгляд на восковое лицо мертвой женщины.

– Я опоздала и уже не могла помочь ей. Мне не удалось ее спасти.

Стуча сапогами и оружием, несколько солдат бросились в соседнее помещение, чтобы обыскать его. Лето застыл на месте. Ему вдруг пришло в голову, что императрицу убила сама Мохиам.

Мохиам скользнула взглядом своих птичьих глаз по лицам солдат и поняла невысказанный немой вопрос.

– Конечно, не я убила ее, – сказала она твердо, применив Голос. – Лето, ваш сын цел и невредим.

Окинув взглядом помещение, он увидел, что ребенок действительно лежит на подушке, завернутый в одеяло. У Лето подкосились ноги. Он шагнул вперед, удивляясь собственной нерешительности. У младенца было красное лицо и почти осмысленный взгляд. На висках, как у отца, вились черные волосы, а подбородок мальчик унаследовал от Джессики.

– Да, это мой сын.

– Да, сын, – как эхо, повторила Мохиам, и в голосе ее прозвучала горечь, которую она и не пыталась скрыть. – Как вы и хотели, герцог.

Он не понял, что означал этот тон, да его это и не интересовало. Он был счастлив тем, что его сын уцелел и не пострадал. Он взял младенца на руки и принялся качать его, вспомнив, как он качал Виктора. Теперь у меня снова есть сын! Ребенок широко открыл свои ясные глаза.

– Поддерживайте ему головку. – Протянув руку, Мохиам удобнее уложила ребенка.

– Я неплохо знаю, как это делается.

Он вспомнил, как Кайлея говорила ему те же слова, когда родился Виктор. В душе шевельнулась мгновенная боль.

– Кто похититель? Вы его видели?

– Нет, – ответила Мохиам без малейших колебаний. – Ему удалось бежать.

Недоверчиво посмотрев на Преподобную Мать Мохиам, Лето спросил с подозрением в голосе:

– Каким образом получилось, что мой сын оказался здесь, а похититель спокойно скрылся? Как вы нашли ребенка?

Одетая в черную накидку Сестра внезапно поскучнела.

– Я нашла вашего мальчика здесь, на полу, рядом с телом леди Анирул. Вы видите, какие у нее руки? Я с трудом оторвала ее пальцы от одеяльца. Каким-то образом она спасла младенца.

Лето не поверил ни одному ее слову. На одеяльце и на тельце ребенка не было ни крови, ни следов борьбы.

К герцогу подошел один из сардаукаров и отсалютовал.

– Прошу прощения, сэр. Мы только что нашли принцессу Ирулан. Она уцелела.

Солдат жестом указал на дверь смежного помещения, возле которой рядом с другим сардаукаром стояла одиннадцатилетняя девочка.

Гвардеец неуклюже пытался утешить Ирулан. Одетая в платье из коричневого и белого шелка с гербом Коррино на длинном рукаве, Ирулан, очевидно, была потрясена, но справлялась со своими эмоциями лучше, чем сардаукар. Что она видела? Принцесса посмотрела на Мохиам непроницаемым взглядом воспитанницы Бене Гессерит с таким видом, словно они с Преподобной Матерью одни знали какой-то очень важный секрет.

Прекрасное юное личико принцессы превратилось в застывшую маску. Ирулан вошла в зал так спокойно, словно в нем не было суетившихся сардаукаров.

– Это был мужчина, одетый сардаукаром. Лицо его было загримировано. Убив мою мать, он бежал. Я не смогла разглядеть его лицо.

Лето от всей души восхитился дочерью императора, стоявшей так же неподвижно, как многочисленные статуи ее отца. Принцесса показывала образец самообладания и хладнокровия. Хотя Ирулан была потрясена и полна печали, она полностью владела своими чувствами.

Она, не двинувшись с места, смотрела, как один из солдат покрыл тело ее матери серой накидкой. Ни одна слезинка не скатилась из ее ясных зеленых глаз. Классически красивые черты лица сохраняли неподвижность алебастровой скульптуры.

Он очень хорошо понимал чувства принцессы. Отец не раз преподавал ему этот урок. Горюй только в одиночестве, когда никто не может видеть тебя.

Ирулан со значением взглянула в глаза Мохиам, словно они вместе воздвигли вокруг себя оборонительный рубеж. Принцесса знала гораздо больше, чем сказала, между ней и стареющей Преподобной Матерью была какая-то тайна. Возможно, Лето никогда не узнает всей правды.

– Преступник будет найден, – пообещал герцог, прижимая к себе сына. Охранники переговаривались по системе связи, продолжая розыск похитителя.

Мохиам посмотрела на Атрейдеса.

– Леди Анирул пожертвовала жизнью, чтобы спасти вашего сына.

Лицо Мохиам вдруг приняло стесненное и обиженное выражение.

– Хорошо воспитывайте его, герцог Атрейдес.

Она прикоснулась к одеялу и прижала ребенка к груди отца.

– Я уверена, что Шаддам не успокоится, пока не воздаст должное человеку, убившему его супругу. – Она сделала шаг назад, словно отпуская Лето. – Идите к своей Джессике.

Герцог неохотно подчинился, понимая, однако, что для него сейчас самое главное. Держа на руках сына, он гордо удалился, направившись в родильный зал, где его ждала Джессика.

Ирулан твердо посмотрела в глаза Мохиам, но ничего не сказала ей даже на тайном языке жестов Ордена Бене Гессерит. Принцесса не сказала этого никому, включая и Мохиам. В щелку приоткрытой двери она видела, как ее мать пожертвовала собой ради новорожденного младенца. Она была поражена тем, что такая могущественная и осторожная женщина придавала столь большое значение этому отпрыску Атрейдесов, рожденному от простой наложницы. В чем причина такого поведения?

Что особенного в этом ребенке?

***

В прошлые времена войны уничтожали лучших представителей человечества. Нашей целью стало ограничение военных конфликтов до такой степени, чтобы этого не происходило. Войны не улучшили человеческую породу.

Верховный башар Зум Гарон. «Обработанные мемуары»

Победа была одержана в течение одного дня. Но принц Ромбур Верниус не тешил себя пустыми иллюзиями, понимая, что впереди у него долгие годы борьбы за полноценное восстановление иксианского общества. И принц был готов к выполнению этой грандиозной задачи.

– Мы пригласим лучших криминалистов и судебных медиков, – сказал Дункан, глядя на дымящиеся развалины лабораторного корпуса. – Вентиляция очищает воздух, но мы до сих пор не можем войти в исследовательский павильон. После того как огонь окончательно погаснет, мы просеем весь пепел в поисках улик. Что-нибудь останется, и если нам повезет, то мы сможем призвать графа Фенринга – а заодно и императора – к суду.

75
{"b":"1485","o":1}