ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Эта ничем не примечательная планета находилась вблизи торгового пути, связывавшего Россак с Гиназом, но Зуфа редко вспоминала о ней. Кольгар всегда был ниже ее внимания – у нее были иные приоритеты и ценности.

Прилетай на Кольгар!

Теперь, когда ее личный космолет шел к планете, а сканирующие устройства судна выискивали сухое место для посадки возле поселения, стоявшего на краю громадного болота, Зуфой овладело свинцово-тяжелое оцепенение. Небо, вода, влажная раскисшая почва – казалось, все это покрыто пеплом.

Мать, прилетай на Кольгар. Срочно!

Мать? Не было ли это послание отправлено ее не рожденным плодом, дочерью, которую она зачала от Иблиса Гинджо… дочерью, которая уже обладала предзнанием и посылала ее на выполнение какой-то особой миссии? Если этот так, то она носит в чреве самую выдающуюся из когда-либо живших колдуний. Мысленно улыбнувшись, Зуфа погладила себя по животу, по которому беременность была пока незаметна.

Эта недоделанная Норма заведомо не могла обладать такой телепатической силой. Зуфа уже несколько лет не имела никаких известий от своей неудачной дочери. Даже савант Хольцман перестал тратить на нее свое драгоценное время, и, наверное, ее депортировали с Поритрина перед тем, как там случилась катастрофа рабского восстания.

Означает ли это, что Норма жива, что она пережила это несчастье? Несмотря на свою разочарованность в Норме, Зуфа была матерью и тревожилась за судьбу дочери.

Но даже если Норма жива, то послание не могло исходить от нее. Это совершенно невозможно.

Внизу показался пригород и устаревший по всем параметрам космопорт. В самом главном городе Кольгара жило не более сотни тысяч жителей.

Приближаясь к посадочной площадке, Зуфа услышала тонкий голос диспетчера. Ни одного инопланетного корабля на поле не было, внизу ползали лишь транспортные средства местного сообщения.

– Мы приготовили площадку для вашего судна, Колдунья. Мы ждем вас уже давно и получили соответствующие инструкции на этот счет.

Любопытство Зуфы возросло до такой степени, что она разозлилась и попыталась чуть-чуть прозондировать диспетчера телепатически, но этот человек, видимо, действительно не мог сообщить ей большего. Ей просто хотелось выяснить эту загадку и вернуться к настоящей работе.

Следуя в направлении не смолкавшего ментального призыва, она наняла дрезину-такси и отправилась из сонного космопорта в какую-то заброшенную деревушку в двухстах километрах к северу от города. Зачем этому человеку надо было добровольно забираться в такую глушь? Хилая дрезина скользила по узкоколейке, часто замедляя ход, особенно при подъеме на высокое плато, с трех сторон окруженное горами со снежными вершинами. Зуфе нестерпимо хотелось воспользоваться своими телекинетическими способностями, чтобы подстегнуть вагон, но она преодолела искушение.

Когда Зуфа наконец вышла из вагона на маленькой станции и ступила на выкрашенную масляной краской деревянную платформу, продуваемую всеми холодными ветрами, она увидела там поразительно красивую светловолосую женщину, идущую ей навстречу.

– Верховная Колдунья Ценва, это я жду вас здесь.

Несмотря на холод, женщина была одета в тонкую свободную одежду, которая по какой-то странной причине не развевалась на сильном ветру. Женщина была молода, но определить, сколько ей лет, было невозможно. У нее были нежные голубые глаза и безупречная, как белоснежный фарфор, кожа. Странное дело, она показалась Зуфе знакомой.

– Почему меня вызвали сюда? Каким образом ты сумела послать сигнал?

Осознавая свой высокий статус, Зуфа не хотела употреблять слово вызов. Она не лакей, которого может по собственной прихоти в любой момент вызвать хозяин.

Прекрасная незнакомка улыбнулась, и эта улыбка вывела Зуфу из себя.

– Следуйте за мной. Нам с вами есть о чем поговорить… если только вы готовы отвечать на мои вопросы.

Зуфа последовала за женщиной в маленькое станционное здание, где сгорбленный старик, поклонившись, предложил ей теплое пальто. Зуфа жестом отклонила предложение, отослав услужливого старика прочь. Она не обращала внимания на пронизывающий ветер, попросту не замечала его.

– Кто ты?

Внезапно она вспомнила содержание одного из посланий: Мама! Прилетай на Кольгар. Сейчас!

Женщина смотрела на Зуфу спокойно и внимательно, словно чего-то ожидая. Черты ее лица были мучительно знакомы. Эта красавица, несомненно, была уроженкой Россака, о чем говорили высокие скулы и классический профиль. Она выглядела как одна из великих колдуний прошлого, но красота ее была более мягкой, более изящной. Глаза ее напомнили Зуфе… нет, нет, этого просто не может быть!

– Если ты откроешь глаза, мама, то увидишь, что у возможного нет никаких пределов. Способна ли ты разглядеть меня и узнать в новой телесной оболочке?

Ошеломленная Зуфа откинула назад голову, потом глаза ее подозрительно сузились.

– Это невозможно!

– Пойдем со мной, мама, и поговорим. Мне надо многое рассказать тебе.

Усадив мать в вездеход с круглым стеклянным фонарем, Норма увезла ее со станции к пустынным замерзшим болотам, подальше от деревни. Пока вездеход пробивался по гиблому бездорожью, Норма рассказывала матери свою неправдоподобную историю. Пораженная Зуфа едва могла поверить этому откровению, но не могла отрицать того, что видела своими глазами.

– Пытки кимеков небывалым потрясением пробудили в моем мозге способности, о которых я раньше просто не подозревала. Мой ум словно вывернулся наизнанку, и я, обратившись к его содержанию, увидела в нем мою красоту и покой. Камень су, подаренный мне Аврелием, помог мне сконцентрироваться и что-то включил во мне… произошло то, чего не ожидали кимеки. За это непонимание они заплатили жизнью. Потом я смогла воспользоваться роскошью своих новых способностей и вылепить себе новое тело по тем генам, которые хранятся в моей наследственности. Учитывая потенциал моих предков по женской линии, я должна была выглядеть именно так, как я выгляжу сейчас.

Удивление и изумление Зуфы, казалось, можно было потрогать руками.

– Всю свою жизнь я ждала и требовала от тебя именно этого. Хотя ты никогда не проявляла такого потенциала, я очень рада, что не ошиблась. Я была строга с тобой, так как именно так надо было тебя воспитывать, и ты сделала то, что должна была сделать. – Зуфа кивнула, давая понять, что ее слова надо считать наивысшей похвалой. – Теперь ты достойна носить мое имя.

– Моя красота не имеет никакого отношения к той работе, какой я сейчас должна заниматься. Когда кимеки разрушили мое прежнее тело, я восстановила его по тем генетическим проектам, которые увидела в своих предках по женской линии. Это тело вполне мне подходит, хотя я чувствую, что при желании могу снова переместиться в свое прежнее обличье. Я никогда не возмущалась своим прежним телом, как ты. Внешность – это всего лишь внешность, то есть нечто кажущееся.

Зуфа была озадачена и смущена. Ее дочь, проведя всю жизнь в облике уродливой карлицы, считала свое новое тело вещью второстепенной и не заслуживающей внимания, стоящей разве что некоторых размышлений. Норма приняла новый облик, отнюдь не чтобы произвести впечатление на других – или, во всяком случае, утверждала это.

– Тебе не следует сбрасывать меня со счетов, мама. – Несмотря на свои жесткие слова, Норма, казалось, была выше гнева и мести, она просто ощущала свое превосходство, будучи абсолютно уверенной в нем. – Многие твои ученицы погибли, атакуя кимеков своими телепатическими вспышками. Но я смогла удержать контроль над телепатическим истреблением и тем превзошла всех прочих колдуний, даже тебя.

Зуфа была поражена открывающимися возможностями. Она пережила столько смертей своих самых талантливых сестер, уничтожавших машины с человеческими мозгами.

– Ты должна показать мне, как ты это сделала.

Она внимательно смотрела на дочь, стараясь понять, о чем та думает.

Норма остановила вездеход неподалеку от отдельно стоявшего домика и вместе с матерью вышла из машины. Словно оцепенев на холодном ветру, Норма уставила взор в возвышавшийся в нескольких метрах от них небольшой утес. Прошло уже несколько недель после страшного происшествия, радикально изменившего ее жизнь, и за все это время она не сделала ни одной попытки применить свои вновь открытые способности. Это было не от усталости, но от неуверенности и озабоченности тем, что ее сила может проявиться совершенно неожиданным способом. Больше всего Норма боялась причинить вред матери, которая сейчас стояла рядом с ней.

121
{"b":"1488","o":1}