ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Война
Новые рассказы про Франца и футбол
Войти в «Поток»
Роберт Капа. Кровь и вино: вся правда о жизни классика фоторепортажа…
Против всех
Самая неслучайная встреча
Автомобили и транспорт
Выйди из зоны комфорта. Рабочая тетрадь
Гортензия
Содержание  
A
A

– Конечно, наши инженеры изучат документацию, но армии понадобится слишком много времени, чтобы построить флот самостоятельно. – Она безмятежно улыбнулась Венпорту. – Сколько судов в настоящий момент находится в вашем распоряжении и за какой срок Их можно переделать под военные нужды?

Венпорт тяжело вздохнул, понимая, что, пожалуй, его финансовой империи наступает конец.

– Наши торговые суда, Жрица Батлер, – это обычные грузовые корабли, которые не могут выполнять боевые задачи.

Она пренебрежительно махнула рукой, продолжая улыбаться. Джихад стал всем в ее жизни, и она не желала признавать, что в жизни есть и более важные вещи – ни для нее, ни для кого бы то ни было другого.

– Я уверена, что наши инженеры смогут внести в конструкцию нужные модификации. Ваши предприятия и верфи находятся в очень подходящем месте на Кольгаре. Планета расположена в стороне от оживленных путей, ее легко защитить. Стратегически это очень выгодная позиция.

Венпорт старался справиться с чувством собственной беспомощности.

– Жрица, я прошу вас понять ситуацию в смысле финансирования верфи и всех операций. Я был вынужден заложить практически все активы корпорации «Вен-Ки». Это самый дорогой проект в истории моей компании. Мы едва успеваем расплачиваться с кредиторами – так обстоят дела. Ваше предложение окончательно разорит нас.

Серена был явно расстроена его неспособностью и нежеланием видеть более широкую перспективу.

– Аврелий Венпорт, мы все приносим большие жертвы на алтарь Джихада… но некоторые жертвуют больше, чем другие. Каждый человек будет разорен и уничтожен, если мы проиграем Джихад. – Она вздохнула. – Если вы захотите предложить способ, каким мы можем немедленно начать использовать ваш флот, то мы смогли бы найти в процессе работы какие-то пути компенсировать ваши расходы и ослабить последствия вашей задолженности. Но ведь не это самое главное сейчас, правда?

Для него, напротив, именно это было самым главным, но Жрица продолжала развивать свои идеи. Венпорт не видел никакой возможности вежливо остановить этот поток. Если Серена захочет, ей будет достаточно поднять руку – и явятся солдаты, которые без труда захватят верфь. Или, если верить слухам, она может пошевелить пальцем, и им самим тихо займутся агенты джипола.

В прошлом, когда Венпорт понимал, что ход деловых переговоров загоняет его в угол, он находил выход в том, что давал положительный ответ, но в такой форме, которая позволяла уклониться от немедленного выполнения обязательств и подождать, пока ситуация стабилизируется.

– Мне нужно какое-то время, чтобы обсудить некоторые вопросы со своими сотрудниками и обдумать предложение. Есть много вариантов. У меня много инвесторов и есть финансовые обязательства…

Взгляд Серены снова стал ледяным. Машина встала, и открылась дверь, впустив в салон горячий влажный воздух.

– У нас есть возможность изменить законы, если это потребуется, чтобы дать вам полную возможность принять правильное решение, директор Венпорт.

– Но даже если так, то все равно разрешите мне вернуться на Кольгар и, обдумав ситуацию, принять такое решение, которое удовлетворит всех заинтересованных лиц.

– Тогда делайте это, директор. Но моего терпения хватит ненадолго, если ваши переговоры будут направлены только на то, чтобы сохранить доходы. Не заставляйте меня ждать.

– Я понимаю, дело Джихада станет моим главным приоритетом.

– Значит, я могу проинформировать Совет Джихада, что скоро новая технология будет в нашем распоряжении?

Одетая в белое женщина-серафим, сидевшая за рулем, хранила молчание. Лицо ее казалось высеченным из камня. Жрица приказала ей развернуть машину и возвратиться к космопорту. Венпорт не пробыл на Салусе даже одного часа.

– Кстати, пока вы будете думать, – сказала Серена, – я пришлю на Кольгар группу офицеров и военных советников, которые осмотрят верфь.

Военное дело стимулирует бурное развитие общества. Уберите этот элемент, и цивилизации впадут в застой.

Эразм. Диалоги

Промокший под летним ливнем Вориан Атрейдес вошел в центральный проход зала заседаний парламента и направился к трибуне, возле которой стояли Серена Батлер и Ксавьер Харконнен, увлеченные беседой. Кроме них троих, в зале не было ни одной души. Подходя к ним, Вориан широко улыбался. Это были самые близкие его друзья приблизительно одного с ним возраста, хотя он выглядел намного моложе.

В самом деле, ведь всем нам уже под шестьдесят.

Увидев Вориана, Серена призывно помахала рукой. Приятно было увидеть ее одну, не окруженную – а точнее сказать, стиснутую – ее вечными серафимами. Вориан тяжко вздохнул, вспоминая освежающий теплый дождь. В огромном зале каждый звук отдавался гулким эхом, пока Вориан своими промокшими ботинками скрипел по мощеному полу. Странное, однако, место для встречи трех человек.

Как обычно, Ксавьер выглядел озабоченным, хотя выработанная годами привычка к военной дисциплине помогала ему скрывать эмоции. Очень, очень серьезный человек. Когда Вориан крепко пожал руку старого друга и похлопал его по плечу, Ксавьер тревожно взглянул на самую знаменитую женщину во всей ведомой людям вселенной.

Она прошла в аппаратную и включила оборудование. Мгновение спустя на наружной стене аппаратной появилось изображение Жрицы, которая смотрит вниз, на обожающую толпу с видом милостивой богини.

Ксавьер занял место в первом ряду в центре, а Вориан, сев рядом с ним, положил на соседнее сиденье свою мокрую фуражку.

– Что происходит? Что она делает?

Вздохнув, Ксавьер в ответ только молча покачал головой.

– Еще одна идея.

Откинувшись на спинку кресла, он пристально смотрел на изображение Серены. Вориан, выпятив губы, одобрительно кивал, думая обо всем, чего смогла добиться в жизни эта удивительная женщина. Она вела себя как королева, как элегантная женщина, отмеченная величием, столь распространенным среди благородных дам. Расположенное над кафедрой лицо, казалось, смотрело в упор на двух офицеров Армады, словно это было не изображение, а сама она, живая Серена.

– Здравствуйте, господа, – произнесла она через громкоговоритель. Слова ее эхом разнеслись под сводами большого пустого зала. – Этот день напоминает мне о том, – как я, в ту пору девятнадцатилетняя девушка, обращалась к парламенту с этой трибуны. Трудно поверить, что прошло много лет, что произошло так много событий.

– Но вы до сих пор прекрасны! – крикнул Вориан, чтобы она услышала его.

Ксавьер, несмотря на его явное неодобрение, без сомнения, думал о том же, хотя он был не тот человек, который с легкостью произносит такие вещи. Когда-то Серена отвергла обоих этих мужчин, и каждый из троих пошел по жизни своим путем. Джихад выбрал эти пути за них. Вориан задумчиво нахмурился, думая о Веронике Тергьет, оставшейся на Каладане. Он понимал, что надо послать ей еще одно письмо, хотя, наверное, она уже успела забыть Вориана. Может быть, ценный подарок в следующий раз… Он был уверен, что наслаждался бы жизнью, став мужем этой женщины, но он потерял ее по той же причине, имя которой – Джихад.

И вот теперь они – все трое – снова собрались вместе, и хотя все они, конечно же, переменились внутренне, по сути остались такими же, как были раньше. Вот и сейчас, глядя на Серену, он видел ее такой, какой она была, когда они много лет назад встретились на вилле Эразма. Она тогда вела себя вызывающе по отношению к нему и не выказывала никакого уважения, несмотря на его высокое положение доверенного человека. Он улыбнулся, вспомнив, в каком тоне эта обычная домашняя рабыня разговаривала с ним. Даже тогда он восхищался внутренней силой Серены Батлер… и ей понадобилась эта сила, чтобы пережить страшные события, выпавшие на ее долю.

– Я позвала вас, чтобы обсудить наиболее важные предметы, – сказала она. Но когда она через край трибуны взглянула на обоих мужчин, Вориан снова, как и много лет назад, заметил в ее лице твердость и упрямую убежденность.

149
{"b":"1488","o":1}