ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ветеран обернулся к роботу. К лицу его липли мокрые от пота волосы.

– Сенсей Хирокс, ты действовал… в точности так, как я тебе приказал. – Слова выходили у него изо рта отрывисто, перемежаясь с судорожными вдохами. – Ты дрался точно так, как я требовал… и ты научил меня многим полезным вещам.

Потом он поднял глаза на склонившегося к нему Йоола. Шум прибоя и шелест крыльев кружащих над лагуной птиц звучали колыбельной. Солнце садилось за горизонт, окрашивая небосвод в причудливые яркие тона.

Зон сжал руку сына.

– Пора моему духу вознестись, а мне – уступить место другому бойцу. Йоол, я хочу, чтобы ты простил Хирокса.

Он замолчал, потом, собравшись с силами, заговорил снова:

– И ты должен стать лучшим из воинов Гиназа.

Давясь от едва сдерживаемых слез, сын ответил:

– Я сделаю все, что ты хочешь, отец.

Зон Норет закрыл глаза, и не стали видны налитые кровью белки. Сознание уходило от старого воина, и слабеющим голосом он попросил:

– Произнеси надо мной литанию, Йоол. Ты знаешь ее слова.

Голос юноши пресекся, но он взял себя в руки и заговорил:

– Ты научил меня ее словам, отец. Все бойцы Гиназа знают последнее напутствие.

– Хорошо, вот и помоги мне.

Зон сделал долгий, влажно хрипящий вдох, и его слова слились со словами сына, когда они вместе произносили последнюю молитву Павшего Наемника:

– Только так почитаем мы смерть воина: выполни волю мою, продолжи битву мою.

Спустя мгновение Зон Норет испустил дух на руках сына. Неподалеку стоял в исходном положении механический сенсей.

Наконец после минуты скорбного молчания Йоол Норет поднялся на ноги и встал над распростертым телом отца. Расправив плечи, Йоол посмотрел на боевого робота, глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Сосредоточившись, он наклонился и поднял с запятнанного кровью песка импульсный меч отца.

– С этого дня, Хирокс, – сказал он, – ты будешь работать еще больше, чтобы тренировать меня.

Те, кто отказывается сражаться с мыслящими машинами, – изменники рода человеческого. Те, кто не использует для этого любое возможное оружие, – глупцы.

Зуфа Ценва. Лекции для подготовки Колдуний

Зуфа Ценва вглядывалась сквозь пышные кроны густых россакских джунглей и явственно видела шрамы, оставленные два десятка лет тому назад ужасным нашествием кимеков.

Когда титан Барбаросса был убит первым Колдовским оружием Зуфы, мстительные кимеки высадились на Россаке в самом свирепом своем воинском виде. Боевой флот роботов атаковал передающую станцию на орбите, а кимеки обрушились на планету, сжигая джунгли и взрывая города в ущельях. В тот день ради победы над кимеками многие ученицы Зуфы Ценвы пожертвовали жизнью, устроив ментальное всесожжение, испарившее машины с человеческими мозгами…

Но жадные джунгли быстро поглотили пожарище, скрыв раны войны куда быстрее, чем закрылись раны в душе самой Зуфы.

С тех пор она продолжала обучать женщин Россака с наибольшими телепатическими способностями – тех, кого можно было научить наращивать парапсихическую энергию до критического уровня и высвобождать ее ударной волной, способной испарить мозги кимеков, будь они даже титаны. За многие годы главная Колдунья проводила на смерть множество своих суррогатных дочерей, которые жертвовали собой ради очередной победы над страшными кимеками.

Зуфа считала кимеков худшими из всех чудовищ. Когда-то они были людьми, но честолюбие и стремление к бессмертию привели их в лагерь Омниуса, сделали изменниками – как людей-шпионов, которых время от времени вылавливал бдительный джипол Иблиса Гинджо.

Многие в Лиге Благородных начали задаваться вопросом: закончится ли вообще этот кровавый Джихад? Многие, но не Зуфа. Она знала одно – пока борьба продолжается, она не сдастся. Год за годом, до победоносного окончания войны должна она поставлять все новых и новых бойцов.

Но даже понимая все это, Зуфа, глядя на собравшихся вокруг нее на вершине скалы девочек, самой старшей из которых едва исполнилось четырнадцать лет, едва сдерживала рыдания. Так много Колдуний уже выполнили свой самоубийственный долг, что ученицы с каждым годом становились все моложе и моложе. Пусть эти кандидатки были талантливыми ученицами, все же они были еще детьми.

Стараясь не показать своего подавленного настроения, Зуфа внимательно рассматривала новый класс. Горели внимательные глаза, морской бриз, гуляющий по необитаемым равнинам между плодородными ущельями, теребил светлые волосы. Лица девочек выражали лишь полную готовность и решимость.

Как бы хотелось Зуфе уберечь всех своих воспитанниц! Но она знала, что ничто не спасет их, кроме мира, который наступит после полной победы.

– Я возлагаю на вас все свои надежды, – сказала Зуфа Ценва. – Не могу скрывать от вас опасностей, которые ожидают вас впереди. Вы умрете, даже если добьетесь успеха и победите. Но если вы потерпите поражение, то тоже умрете, но это будет хуже, ибо смерть ваша окажется бессмысленной. Я здесь для того, чтобы ваша жизнь и ваша смерть исполнились высочайшего смысла, чтобы вы стали орудием уничтожения Омниуса и его присных.

Девочки внимательно слушали, согласно кивая головами. Несмотря на свою юность, все они прекрасно понимали, что это отнюдь не детская игра.

Далеко на горизонте виднелись алые жерла вулканов, извергающие огненную лаву на пустынные равнины и клубы густого сернистого дыма в туманные небеса. В глубоких ущельях скрывались экосистемы, цветущие на вулканических почвах и водах из водоносного горизонта.

В почве Россака содержались загрязнители, которые не удавалось полностью удалить из пищевых цепочек, и среди них были мутагены и тератогены. Беременность у местных женщин протекала, как правило, тяжело и часто заканчивалась выкидышем. Многие дети рождались с тяжелыми деформациями, но другие, как эти молодые женщины, получали резкое ментальное усиление, телепатические способности такой силы, какой не было больше ни у кого в Лиге Благородных.

О, как Зуфе хотелось иметь дочь с такими же возможностями, чтобы передать ей свой факел! Но, как тщательно ни выбирала она партнеров, даже проводила генетические тесты, проверяя, что такое сочетание ДНК должно дать талантливых потомков, каждый раз ее постигала неудача. После разрыва с Аврелием Венпортом она перестала брать себе любовников. Когда-то он казался самым подходящим кандидатом, но рождались от него лишь недоношенные уродцы.

Теперь Зуфа уже стара, ее детородный возраст истекает, даже если учесть, что она – Колдунья Россака и репродуктивная система и здоровье у нее лучше, чем у средней женщины. Фармакологические открытия Венпорта, вытяжки из грибов и подземных луковиц, в изобилии растущих в джунглях, позволили создать лекарства, снижающие риск выкидыша и уродств и увеличивающие фертильность. Горькая ирония судьбы: Венпорт нашел фармакологическое решение уже после того, как причинил ей такое разочарование.

Но Зуфа заставила себя отвлечься от этих мыслей, закрыла глаза и сосредоточилась на главной своей задаче.

Она давала ученицам инструкции, рассказывала, какие упражнения надо выполнять и как это делать. Они стояли перед ней, как дети в школе – вытянув руки, устремив глаза на учительницу. Светлые волосы вставали дыбом и потрескивали от статического электричества – это девочки наращивали уровень летучей энергии в мозгу.

Для обеспечения работы Зуфы армия Джихада регулярно снабжала ее сведениями от разведывательных групп. Наемники посылали легкие быстроходные корабли, чтобы расставлять маяки на путях движения сил Омниуса – в частности, на путях набегов кимеков. Когда удавалось выследить кимеков, об этом давали знать Колдуньям, и Зуфа отбирала подходящих воительниц, готовых пожертвовать жизнью в телепатической атаке, которая убивала машины с человеческим мозгом.

Однако, с момента получения последней такой сводки прошло много месяцев. Кимеки распознали тактику Колдуний теперь не передвигались в одиночку – их сопровождали тяжело вооруженные роботы, выделенные в первую очередь для охраны титанов. Теперь одиночной Колдунье стало труднее подобраться к кимеку достаточно близко, чтобы разряд психической энергии возымел действие.

37
{"b":"1488","o":1}