Содержание  
A
A
1
2
3
...
19
20
21
...
23

– Ты знаешь, – сказала мадам Рассель, – я сегодня получила письмо от Элизабет.

– Что, у её любимого хомяка покраснело горлышко? – спросил седой господин.

– О нет, на сей раз её кобыле Афродите придётся немного походить лохматой.

– Элизабет этого не переживёт, – покачал головой настоятель.

– Ах, не надо осуждать её, Симон, – улыбнулась его собеседница. – Расскажи-ка лучше, какие у тебя новости.

– Новости! О, тут у меня есть чем тебя удивить, – загадочно улыбнулся настоятель. – Помнишь, я рассказывал тебе о том, как тридцать лет назад работал на строительстве монастыря у Мёртвого моря?

– Помню, – подхватила мадам Рассель, – ты ещё рассказывал, что один из камней раскололся и в нём оказался тайник, а в тайнике – старинный пергаментный свиток.

– Да, три десятка лет я бился над расшифровкой манускрипта, и, представь себе, кое-что из этого текста мне всё же удалось понять. По-моему, это древний астрологический календарь. Мне удалось расшифровать всего два слова – «Звезда Офлигея». Но эти слова встречаются в манускрипте восемь раз.

Эжелина насторожилась.

– Восемь раз? – мадам Рассель улыбнулась. – На основании этого ты и сделал свои выводы? Ну хорошо, хорошо. Не буду больше шутить на эту тему. Но где ты хранишь свой манускрипт?

Эжелина боялась пропустить малейшее слово.

– Где? – переспросил настоятель. – Да где же как не в хранилище библиотеки. В подвале.

– Что, прямо на полке? – удивлённо воскликнула мадам Рассель.

– Да нет, конечно. В шкатулке из розового дерева. В это время в комнату вошла Марцелла.

– Мадам, стол накрыт, – доложила она.

– Ну что ж, продолжим наш разговор за столом, – проговорила мадам Рассель и, взяв брата под руку, вышла из гостиной.

– Невероятно, – подумала Эжелина. – Великий Властитель Руталонов был прав, я узнала, где манускрипт. Но какой в этом прок? Ведь я всё равно ничего не смогу передать друзьям. Может быть, мне до самой смерти суждено быть подсвечником.

И одинокая слезинка медленно покатилась по бронзовой ножке подсвечника.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ,

в которой объясняется причина загадочной смерти господина Кройца

Дождь лил, как из ведра, целую ночь. Жители города были уверены, что утром им придётся добираться до места работы на лодках, а то и просто вплавь. Но к утру ветерок разогнал тучи, и яркое тёплое солнышко быстро высушило все лужи на тротуаре.

Поэтому, когда наутро господин Фиглинг, главный редактор научно-популярного журнала «Вопросы трансвертальных флуктаций» выглянул в окно и увидел чистое синее небо, он счёл это хорошим предзнаменованием. «Очевидно, предстоящий день будет удачным», – подумал господин Фиглинг и, выпив свой утренний кофе, поспешил на работу.

Но, войдя в свой кабинет, главный редактор понял, что поторопился с выводами относительно удачного рабочего дня. Секретарша доложила ему, что профессор Журба, как всегда, не успел дописать свою научную статью. А, стало быть, если до обеда главный редактор не найдёт какого-нибудь дополнительного материала, то журнал «Вопросы трансвертальных флуктаций» выйдет с дыркой, то есть, с пустой страницей в том месте, где планировали напечатать злополучную статью.

«Нарисую на всю страницу плакат „Делу время, а потехе час“, – решил главный редактор.

Он вошёл в приёмную и вдруг увидел в углу на стуле улыбающегося старичка в котелке и в сюртуке ядовито-зелёного цвета. На носу старичка болтались огромные очки, которые постоянно сползали ему на нос.

– К вам посетитель, – улыбаясь, доложила секретарша.

– Профессор Фистус, – представился незнакомец и поправил очки.

– Главный редактор Фиглинг, – представился Фиглинг. – Очень рад нашему знакомству, но извините, профессор, в данную минуту я Вас принять не смогу. Очень занят. Мне за полчаса нужно успеть нарисовать плакат.

– Вот и прекрасно, – обрадовался профессор Фистус. – Я помогу Вам. А заодно переговорим о нашем деле.

Дядюшка Фистус, или Секретные агенты из Волшебной страны - i_029.jpg

Фиглинг хотел было любезно отклонить это предложение, но господин Фистус, вытянув трость с золотым набалдашником и простукивая дорогу, как это обычно делают слепые, уже направлялся к его кабинету.

– У Вас, наверное, очень плохое зрение? – сочувственно произнёс главный редактор.

– Да, Вы совершенно правы, – печально вздохнул профессор Фистус. – Ничего не вижу в этих очках.

– Вы, очевидно, ко мне по делу? – деловито осведомился Фиглинг и бросил нервный взгляд на часы. До обеденного перерыва оставалось пятнадцать минут, и главному редактору вдруг стало ясно, что он уже не успеет нарисовать плакат.

– Конечно, по делу, – ответил профессор и достал исписанную от руки пачку листов.

– Что это? – испуганно попятился господин Фиглинг.

– Это моя статья. Её нужно опубликовать как можно скорее, – невозмутимо ответил профессор.

Фиглинг на несколько секунд перестал дышать от обрушившегося на него внезапного счастья.

– Простите, что Вы сказали? – переспросил он профессора трепещущим от надежды голосом.

– Я вам принёс статью о вреде для здоровья людей предметов из старинной бронзы.

– О, – простонал господин Фиглинг, – как это интересно! Так значит, Вы специализируетесь на предметах из бронзы?

– Не совсем так, – замялся профессор. – Но в бронзе я тоже кое-что понимаю.

– О да, конечно. Скромность – важное качество для учёного, – проговорил редактор и попросил – Может, Вы прочитаете мне Вашу статью?

– Охотно, – согласился старичок и, сняв очки, принялся читать:

«Забота о здоровье моих соотечественников заставила меня написать эту статью и поделиться своими научными выводами с широкой мировой общественностью.

Время от времени в нашем городе происходят очень странные, можно даже сказать необъяснимые, случаи. Вот типичный пример одного из них.

Месяц назад в нашем городе скончался всеми уважаемый господин Бройгель. Он жил и вдруг неизвестно от чего умер. Целых девяносто пять лет жил и вдруг… А потом оказалось, что всю жизнь в его комнате стояли большие настольные часы ИЗ СТАРИННОЙ БРОНЗЫ.

Тогда тайна смерти господина Бройгеля осталась нераскрытой, и вот в прошлую пятницу произошёл ещё более страшный случай. Читатели, наверное, догадываются, что я имею в виду неожиданную смерть после тяжёлой и продолжительной болезни одного из самых почётных долгожителей нашего города господина Кройца. Да, да, того самого господина Кройца, стодвадцатилетний юбилей которого мы отмечали в марте этого года. И представьте себе, мне удалось выяснить, что в комнате покойного на столе стояла БРОНЗОВАЯ СТАТУЭТКА!

На основании этих двух загадочных смертей можно сделать вывод: старинная бронза – страшный яд.

Дорогие соотечественники, берегите свои жизни! Не теряя ни секунды, сдавайте все свои бронзовые вещи в лавку господина Лукерье, иначе следующей жертвой коварного металла станете вы. Особое предупреждение владельцам бронзовых подсвечников, ибо наукой доказано, что больше всего яда содержится именно в них.

Не подвергайте себя и своих близких смертельной опасности! Помните: храня предметы из бронзы дома, вы отнимаете у себя бесценные годы жизни.

Неоднократный лауреат всевозможных премий профессор Фистус».

– О, это гениально! – произнёс потрясённый Фиглинг, когда профессор окончил чтение статьи. – И как это Вам удалось пролить свет на эту страшную тайну?

– Я много работал, – произнёс профессор, розовея от смущения.

– Ваша статья будет опубликована в завтрашнем номере журнала. А теперь поговорим о гонораре. Я заметил, что Вы человек скромный…

– Да, это так, – подтвердил профессор. – Поэтому меня вполне устроит гонорар в три тысячи монет.

– О-о-о? – удивлённо протянул главный редактор, – но столько мы не платим даже академикам.

20
{"b":"15","o":1}