ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Женщины в лагере выглядели одинаково крепкими, проводя жизнь в тяжелом труде и беспрерывном деторождении. После того, как производились на свет жизнеспособные отпрыски, детей проверяли и тестировали. Некоторые плоды эксперимента выглядели так ужасно, что их немедля уничтожали. Здоровых на несколько месяцев оставляли с матерями, затем отбирали и выращивали под профессиональным наблюдением в городах Добро. Только несчастные человеческие дети оставались с родителями в лагере и, вырастая, становились похожими на других пленников.

Нира перевела взгляд на прекрасно освещенную резиденцию в илдиранском городе, где, как она знала, жил наместник Добро. Несколько лет назад, не желая являться в некомфортабельный лагерный барак, наместник приказал охранникам доставить зеленую жрицу к нему в комнату на башне. В течение ряда запланированных сношений Нира, закрыв глаза от отвращения и ужаса, пыталась представить, что это Джора’х обнимает ее, притворившись Удру’хом, который выглядел так похоже. Но ласки резали кожу, но острые стеклянные грани, кололи, будто проволока лагерной ограды, и потом ее тошнило еще несколько дней.

Весь период беременности, первой после рождения Осира’х, она ила о выкидыше, желая изгнать ненавистный плод из своего тела.

Но мальчик родился здоровым и сильным. Несмотря на отвращение к его отцу Нира постепенно привязалась к невинному ребенку. Однако теперь мальчик – его назвали Род’х – был далеко. Она молилась, чтобы он не вырос похожим на отца.

Когда наместник забирал ребенка, Нира попросила его рассказать о Принцессе, узнать хотя бы немного о жизни дочери, но Удру’х отказал Нире.

– Никогда не проси меня об этом. Осира’х не нужна больше твоя забота. Она несет на плечах груз империи.

Слова эти возродили ее надежды. Что наместник хотел сделать с Осира’х? Сейчас, пока сгущалась темнота, пытаясь облечь свои мысли в слова, Нира вглядывалась в высокие очертания башни, словно это был бастион мечтаний и возможностей. Ее Принцесса была там. Она знала это. Она это чувствовала.

Резиденция наместника купалась в теплом свете – оплот удовольствий. Она хотела знать, сколько ее детей живут в городе, вместе растут и обучаются под бдительным контролем ученых. Или их забрали на Илдиру, чтобы показать Мудрецу-Императору?

Нира сильно удивилась, заметив силуэт в большом окне, силуэт девочки, достаточно маленькой, чтобы она могла оказаться возраста Осира’х. Сердце забилось сильнее, Нира прижалась к ограде. Она сконцентрировалась, пытаясь установить слабую телепатическую связь, как это было со Звездным Лесом. Если бы только она могла прикоснуться к вселенскому дереву… любому дереву! Она отчаянно хотела связаться со своим ребенком, плоть от плоти ее.

Нира стиснула прутья ограды, не заботясь, что может порезаться. Принцесса! Могла ли маленькая девочка в окне быть ее дочерью? Если бы только Нира могла увидеть ее, послать ей весточку, рассказать правду…

Но она не чувствовала ответа на свой призыв. Даже если бы Осира’х могла создавать настоящую связь, Нира сомневалась, что девочка догадалась бы, как воспользоваться этим даром. Тем не менее, дух Ниры воспарил к небесам – она, пусть и краем глаза, увидела дочь. Это было только начало!

29. НАМЕСТНИК ДОБРО

Девочка-полукровка росла замечательной, талантливой и умной, оправдывая самые смелые ожидания наместника. Этот ребенок мог создать крепкий ментальный мост между илдиранами и гидрогами, нерушимую связь, что объединит разные расы так же, как духовные нити тизма объединяют весь народ Империи.

Если Осира’х преуспеет в этом, значит, усилия многих поколений стоили труда. Эта девочка может спасти Империю, она может спасти все. Она должна это сделать.

Комната была ярко освещена, девочка смотрела на своего наставника с ясной, доверчивой улыбкой, обещающей сделать все, о чем он ее попросит. Восхитительный, невинный, безупречный солнечный луч, будто сошедший прямо из плана Светлого Источника. Осира’х была прекрасна и мудра не по годам, и он догадывался, что не узнал и половины скрытых в ней способностей. Как и сама девочка. Он надеялся, что этого будет довольно.

Как второму сыну Мудреца-Императора, Удру’ху приходилось много трудиться, исполняя необходимые обязанности, которых не замечал его старший брат, Джора’х, скользивший по жизни, обращая мало внимания на преимущества своего положения. Наместник Добро не завидовал Джора’ху и не имел большого желания занять его место неизбежного наследника Дворца Призмы. Вместо этого он взял на себя роль целеустремленного и безжалостного исполнителя. Он делал все, что мог… хотя порой это оказывалось неприятно.

Сейчас он молча наблюдал за девочкой-метиской – она стояла у окна, всматривалась вглубь сгущающейся темноты, внимательно, напряженно, будто чувствовала что-то за стенами.

Но в миг, когда наместник мысленно произнес ее имя, она обернулась и взглянула на него. У Осира’х были пушистые золотые волосы и большие глаза. Высокие скулы и волевой подбородок – черты, сочетавшие в себе умеренность и грацию, выдавали аристократическое происхождение девочки. Наместник видел в ней и сходство с Джора’хом, и дающую экзотические способности кровь матери – зеленой жрицы с Терока. Глаза Осира’х, подобные ирисам, мерцали водоворотом внутреннего света, сочетая в себе вспышки дымчатых топазов, унаследованные от отца, и мглу тенистого орешника от матери.

– Ты снова думаешь обо мне, – уверенно сказала она тоненьким, но чистым голоском. Осира’х исполнилось всего пять лет, но гены и комплекс интенсивных тренировок сделали ее более развитой по сравнению с другими девочками ее возраста. Этот ребенок никогда не мечтал проводить дни в развлечениях.

– Ты чувствуешь, как я горжусь тобой?

Девочка засмеялась:

– Да, из тебя прямо пышет, как жаром от очага.

Он шагнул к девочке и положил сильную руку ей на плечо. Годом раньше Осира’х тратила уйму сил, пытаясь открыть свои мысли и чувства, чтобы просто читать в сознании наместника. Теперь она делала это без усилий, машинально, как дышала. И это было замечательно!

Ни один из ее братьев и сестер от зеленой жрицы – даже собственный сын наместника, Род’х – не показывал стольких талантов, хотя Удру’х все еще надеялся достигнуть положительных результатов, скрещивая Ниру Кхали с представителями разных сильных родов.

Прочие полукровки содержались в яслях, школах и тренировочных центрах города.

Эти дети осознавали свою уникальность, и специалистам было очень трудно определить и развить их индивидуальные способности.

Но Осира’х наместник держал при себе.

– У тебя удивительный потенциал. На Добро есть способные к телепатии, но ты – лучшая из них. Вот почему я посвятил свою жизнь твоему обучению, использую любую возможность, чтобы ты могла постичь свои истинные способности.

– Во славу Мудреца-Императора, – закончила Осира’х теми словами, что он вкладывал в нее с тех пор, как она начала говорить.

– Во славу всей илдиранской цивилизации, – перефразировал Удру’х.

– Я обещаю стараться изо всех сил. И если всех моих сил будет, недостаточно, тогда я постараюсь найти их! – Ее лицо стало озабоченным, как всегда, когда девочка ощущала груз предстоящего. Пухлые губы сложились цветочным бутоном. – Иногда я боюсь гидрогов. Они монстры. Настоящие.

Наместник Добро бросил взгляд в непроницаемую ночь. Яркий свет по эту сторону стекла превращал ее в черную стену.

– Тебе придется встретиться с ними, Осира’х, – твердо сказал он. – Ты будешь проводником для Мудреца-Императора. Ты – мост, лучшее средство для создания альянса или, по крайней мере, договора, что может остановить эту войну, пока мир не оказался на краю гибели.

Удру’х чувствовал жалость к ней, смешанную с глупой отцовской гордостью, но он подавлял эти эмоции прежде, чем она могла их заметить. Наместник не мог позволить Осира’х увидеть его слабость и мягкость; он должен быть тверд, никогда не сомневаться – потому что девочка не должна сомневаться.

31
{"b":"1500","o":1}