ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, что теперь вы должны пройти к своему сыну. Если я правильно понимаю, он должен произвести какие-то действия, ритуал, быть может… Я в этом не разбираюсь, в отличие от вас.

— Да. Правильно. Ритуал. Конечно.

В темных глазах горела бешеная работа мысли. Ни паники, ни страха, ни следа неуверенности там не было, с удовольствием отметила Мэри. А ведь это штатская, ну ничего себе! Впрочем, бельтайнка была почти уверена, что получившийся расклад если и не входил напрямую в планы вдовствующей императрицы, то был ею предвиден.

— Идемте — Мэри, страхуя пошатывающуюся Госпожу Юань, двигалась на полшага сзади — Женщины прошли к каюте наследника. Теперь — Наследника. Который станет императором вот тут прямо сейчас. Мэри открыла дверь каюты, расстегнула ремни и выскользнула в коридор, Предоставив госпоже Юань самой поговорить с сыном. Несколько минут спустя юноша перешагнул порог, окинул капитана внимательным, изучающим взглядом и, проронив:

— Следуйте за мной, госпожа Гамильтон! — и двинулся в сторону рубки. Вслед за ним в коридор вышла императрица-мать, которую Мэри пропустила вперед и пошла за ней, зорко следя, чтобы все еще нетвердо держащаяся на ногах женщина не упала.

В рубке было очень тихо. Экипаж стоял, напряженно выпрямив спины, и смотрел, как пальцы мальчика — императора? — пляшут по клавиатуре. Внезапно помещение наполнил низкий, пульсирующий гул и тут же Харрис, вслушавшись во что-то, звучащее в его коммуникаторе, сдернул с уха клипсу и протянул ее поднявшему голову от клавиатуры подростку:

— Прошу прощения… я не говорю на чаинизе…

Маленькая, но крепкая ладонь взяла клипсу, пристроила ее на ухо, казавшееся почти девичьим, хрипловатый голос произнес с десяток слов и несколько секунд спустя уже не юнец, а молодой мужчина повернул к присутствующим разом повзрослевшее лицо. Мэри среагировала первой, склонившись в глубоком поклоне. Остальные члены экипажа последовали ее примеру, госпожа Юань опустилась на колени и была немедленно поднята сыном.

— Я благодарю вас, госпожа Гамильтон. Я благодарю ваш экипаж. Сейчас мы должны отправиться в обратный путь, но по возвращении все вы получите награду из рук императора.

— С позволения вашего величества… Экипажу следует отдохнуть в течение суток, иначе мы просто не осилим еще один полет, — Мэри говорила вежливо, но твердо.

— Оставляю это на ваше усмотрение, госпожа Гамильтон. Я полагаю, наши слуги сумеют сделать ваш отдых приятным. После того, как помогут мне и моей матушке избавиться от этого…

Император повел затянутым в гравикомпенсатор плечом, и понятливый Рори тут же выскочил за дверь, чтобы помочь слугам выбраться из коек и брони.

Обратный путь обошелся без происшествий. Проще не стало, но сознание того, что однажды они через это прошли и выбрались живыми, ободряло. Мэри проводила императора и императрицу-мать до переходного шлюза, за которым их с почтительным восторгом встретил командующий сопровождением, и с облегчением плюхнулась в ложемент. Теперь можно было лететь далее на автопилоте, соответствующую программу Джина Кроули уже ввела в курсовой компьютер, но ей хотелось еще немного повести эту ладную, маневренную яхту. Кажется, она теперь знала, какой корабль купит себе после выхода в отставку. Конечно, десять кают это перебор, вполне хватит и четырех, а в остальном… нет, ну ведь прелесть же, а не посудина!

Через четыре дня после прибытия в Бэйцзин экипаж в полном составе был вызван в Запретный город. Все были облачены в парадную форму, и Мэри впервые с начала этого безумного предприятия почувствовала себя неуютно: у нее единственной на кителе не было ни одной награды. Это было вполне естественно — первый контракт как-никак, — но уверенности в себе не добавляло. Огромный зал был полупустым. Стены терялись в сполохах драпировок, эхо, надежно спрятавшееся среди потолочных балок, насмешливо передразнивало звук шагов. Молодой император медленно и размеренно говорил на чайнизе, стоящий у ступеней трона мужчина — Мэри без особого удивления узнала спутника госпожи Юань — так же неторопливо переводил на уник. Весь экипаж получил одинаковые ордена: в центре золотого цветка лежал прозрачный кристалл, внутри которого был заключен осколок невзрачного серого камня. «Великая стена», выше награды в Небесной империи не было. Статистика награждения была Мэри неизвестна, но она не без оснований подозревала, что чужаков, удостоенных этого ордена, до сего дня можно было пересчитать по пальцам. Помимо ордена ей была вручена небольшая нефритовая табличка, а переводчик степенно пояснил, что отныне капитан Гамильтон носит титул «Госпожи, сохраняющей преемственность». Что это значит в Небесной империи, Мэри так и не поняла, но на всякий случай прониклась величием момента и рассыпалась в благодарностях.

По выходе из зала ее перехватил пожилой слуга, сообщивший, что «Госпожу, сохраняющую преемственность», ожидает вдовствующая императрица. Госпожа Юань приняла Мэри в просторном павильоне, полном воздуха, света и еле заметного аромата благовоний. К удивлению капитана, ей было предложено присесть. Тот же слуга разлил светлый чай по крохотным фарфоровым чашкам и бесшумно испарился.

— Госпожа Гамильтон, я захотела увидеться с вами, чтобы еще раз поблагодарить за ту неоценимую помощь, которую вы оказали моему сыну, да продлятся его дни, и мне, недостойной.

— Ваше величество, я…

— Подождите, госпожа Гамильтон. Я долго думала, что в моих силах дать столь выдающейся женщине, как вы. Не спорьте, я знаю, о чем говорю. Премия не в счет, хотя деньги еще никому не вредили, но это не то. Так вот, у меня есть для вас подарок и совет.

С этими словами госпожа Юань подняла руки, завела их назад и вынула из высокой прически две длинные шпильки.

— Я знаю, что сейчас у вас нет волос, которые можно было бы сколоть, но в будущем, возможно, они вам пригодятся.

Мэри, потянувшись через низенький столик, осторожно взяла странный дар и мысленно присвистнула: то, что показалось ей собственно шпильками, было чем-то вроде ножен, скрывающих в себе тонкие трехгранные клинки, заточенные до бритвенной остроты. Выполненные в виде золотых перьев головки шпилек были, судя но всему, стабилизаторами, хотя и в ладонь ложились идеально. Госпожа Юань мягко улыбнулась:

— Ими можно драться в рукопашной и их можно метать. Металл достаточно прочен. Нравится ли вам мой подарок?

— Он великолепен, ваше величество. Обещаю, что найду ему применение.

— Не сомневаюсь в этом. А теперь выслушайте мой совет, и поверьте — он идет от чистого сердца. Я живу на свете дольше вашего, а мое положение обязывает разбираться в людях и предвидеть их судьбу. Совет мой таков: выкройте время в вашем, несомненно, плотном расписании и изучите правила этикета, принятые в высших кругах всех государств, в которые вас даже теоретически может занести жизнь. Что-то подсказывает мне, что мой сын — не единственный правитель, рядом с которым вы окажетесь. Мне не хотелось бы, чтобы у вас возникли даже самые малые поводы для смущения или неуверенности в себе. Кто знает, возможно, настанет день, когда мы с вами встретимся на равных. Не отвечайте. Просто подумайте над моим советом, прошу вас. А теперь прощайте.

Госпожа Юань изящно поднялась на ноги и выскользнула за дверь, противоположную той, через которую вошла Мэри. Уже знакомый слуга, часто кланяясь, возник в павильоне через минуту, почтительно предложил девушке тонкой работы шкатулку для подарка ее величества и проводил «Госпожу, сохраняющую преемственность», до выхода из Запретного города. Первый контракт благополучно завершился.

Глава X

Здраво рассудив, что до Зоны Тэта еще лететь и лететь, а день выдался суматошный, Мэри бросила экипажам подчиненных кораблей команду «спать». В конце концов, ежели вдруг что-то случится, так настроенная соответствующим образом система обнаружения вполне справится со своевременной побудкой, а отдохнуть надо. Кто знает, когда начнется бой (и начнется ли вообще), как долго будет продолжаться и чем закончится. Откровенно говоря, чем вся эта затея в случае боевых действий закончится лично для нее, Мэри практически не сомневалась. Ничего, бой она, даст Бог, доведет до конца самостоятельно, а там и Элис Донахью справится. Если, конечно, «Дестини» останется на ходу. Кстати, как там поживает фальшивка, которую она собственноручно написала и убедила кибердиагноста сдать ее в медблок? Конечно, раз Джонни до сих пор не поднял тревогу, то, по идее, все в порядке, но проверить не помешает… М-да. Хотелось бы верить, что ничего экстраординарного не понадобится и все они, скажем, неделю спустя хорошенько надерутся на Бельтайне, да вот беда: в удачу Мэри Александра Гамильтон не верила. В принципе. В судьбу верила, недаром именно так назвала свой корвет, а в удачу… Удача благоприятствует подготовленному уму — добавим в скобках, и телу — а ни о какой подготовке в этом полете речь не шла. Не считать же, в самом-то деле, подготовкой суматошные попытки растянуть узкое одеяло на полдюжины брыкающихся сорванцов, да так, чтобы никому не поддувало в бок. Правду сказать, Мэри устала. Она устала еще до прилета на Бельтайн, где как раз рассчитывала хорошенько отдохнуть, да вот не довелось. Наверное, та самая судьба, в которую она верила, решила подпустить ей шпильку. Иначе чем объяснить то, что после тяжелейшего во всех смыслах контракта, когда приходилось драться чуть ли не каждый день и насиловать организм гормонами на грани срыва, ей не удалось даже толком выспаться. Полтора часа вполглаза на диване в Комплексе не в счет… Да что ж это такое, ведь вколола снотворное уже десять минут как! Давно пора провалиться в пушистую вату искусственного сна, а вот поди ж ты… И чушь какая-то лезет в голову. Нет уж, если она выживет — в отставку, однозначно. Навоевалась. Хватит. Хватит боев, хватит эскортирования, хватит суток без сна и месяцев без отдыха. Купить кораблик и рвануть по Галактике. Останавливаться, где придется, болтаться по планетам, дышать живым воздухом. Курить бросить… хотя нет, это излишне, здоровый образ жизни невыносимо скучен. И вообще, должен же быть у нее хоть один недостаток? Топором и без единого гвоздя — умеют же русские играть словами! — сработанная физиономия не в счет, тут от нее ничего не зависело, а в остальном идеал… глаза б мои тот идеал не видели. Плохо быть хорошей девочкой.

42
{"b":"150164","o":1}