ЛитМир - Электронная Библиотека

Кэтрин Андерсон

Аромат роз

ГЛАВА 1

Тонкий лучик бледного дневного света, упавший с затянутого тучами неба, проник сквозь окошко в неизменно унылую кухню. Ее некрашеные дощатые стены, пол и потолок навевали тоску даже в погожие дни.

Отклонившись в сторону, чтобы дым не попал ей в глаза, Кэйт Блейкли сунула еще одну щепотку лаврового листа в огонь и закрыла топку. В недрах печи раздалось шипение, хруст, потрескивание. Эти уютные звуки всегда улучшали настроение Кэйт, и она все еще любила их, несмотря ни на что.

Проходя через кухню, Кэйт наклонилась и посмотрела через окошко на старую иву во дворе. Густой навес из свисающих ветвей дерева трепетал от легкого ветерка. Значит, возможно, стемнеет раньше, чем начнется буря. Если ветер не унесет облака, сгрудившиеся над горами, наверное, будет гроза с громом и молнией. Настоящая страшная буря, когда небо раскалывается на части.

От этой мысли у Кэйт перехватило дыхание. Она попыталась преодолеть напряжение. Лучше уж сделать вид, что потемневшее небо нисколечко ее не беспокоит. Ее дочурка Миранда достаточно натерпелась во время прошлой грозы, не стоит прибавлять к ее страхам свои собственные.

Что за мерзкая погода! В Центральном Орегоне всегда выпадает много дождей, но этот год побил все рекорды. Наступила уже середина июня.

Она взглянула на абажур, свисающий прямо над ней с потолочной балки. Вчера, во время бури, ей пришлось зажечь лампу, чтобы успокоить Миранду: на это ушла недельная порция керосина. Если она хочет сэкономить деньги от продажи яиц и молока, чтобы купить Миранде несколько платьев для школы и краску для кухни, не следует зажигать лампу всякий раз, как портится настроение.

Вздохнув, Кэйт взяла потрепанную тетрадку и поднесла ее к слабой полоске света над рукомойником. Проходя мимо помойного ведра с объедками для свиней, она смахнула муху краем черной саржевой юбки. Насекомое, которое едва ползало от непривычного холода, зажужжало над ней и опустилось на раскрытую тетрадь.

— Кыш отсюда!

Отогнав муху, она наклонилась к свету, но все еще не могла разобрать, сколько столовых ложек сахарной пудры нужно для этого рецепта. Вообще-то ей пора бы уж знать наизусть этот бабушкин рецепт хвороста, но муж никогда не позволял его готовить. Джозеф утверждал, что сладости так же дурно влияют на нравственность, как и алкоголь, особенно у женщин, существ слабых и более склонных к заблуждениям, чем мужчины.

После смерти Джозефа сахар был единственной роскошью, на которую Кэйт позволяла себе тратиться. Другие дети едят конфеты не один раз в неделю, и Кэйт решила, что постарается обеспечить Миранде нормальное детство, по своим возможностям, разумеется. Как понимала Кэйт, ни ее, ни Миранду, увеличившееся количество сахара не склонило ни к каким заблуждениям, да и других отрицательных последствий не возымело. Конечно, от сахара можно потолстеть, но Кэйт этого не боялась. Миранде не мешало бы чуть пополнеть, да и у самой Кэйт не было лишнего веса. Ее талия стала такой тонкой, что мужчина вполне мог обхватить ее ладонями. Ну что ж, такая возможность представлялась лишь тогда, когда кто-то помогал ей выйти из повозки, если она ездила в город, да и то она старалась этого избежать.

— Мама, ты опять щуришься. Если не перестанешь, нам придется купить еще одну корову, чтобы хватало молока для твоих морщин.

— Да ну их, эти морщины. Гораздо хуже то, что мне нужны очки. — Кэйт отодвинула тетрадку подальше от глаз. — Если не перестану читать при свечах, ослепну еще до тридцати.

При мысли о том, что необходимо отказаться от ночного чтения, у Кэйт испортилось настроение. Пять долгих лет муж не позволял ей открывать ни одной книги, кроме Библии, теперь, обретя возможность читать, она не могла начитаться всласть. Газеты двухмесячной давности. Старые каталоги. Желтые страницы справочника.

Раз ее зрение ухудшается, она должна отказаться от этого и не проводить за книгами целые вечера ради удовольствия. Она не знала почему, но последние несколько месяцев чтение стало ей нужнее, чем сон. А это о чем-то говорит.

Эгоистка, эгоистка. Что, если ей и вправду понадобятся очки? Зрение пригодится ей для более важных вещей, чем чтение. Например, для шитья. Она не могла позволить себе купить для Миранды готовое платье. Взор ее скользнул к фаянсовой копилке, куда она откладывала те скудные гроши, которые иногда оставались. Каждый грош предназначен для определенных нужд. А кое-что она еще надеялась отложить на покупку сливовых деревьев и заложить в будущем году небольшой фруктовый сад. Сливы приносили очень хороший урожай в долине Умпква, и поскольку они, в отличие от других фруктовых деревьев, не требовали тщательного ухода, Кэйт считала, что может с этим справиться. Если понадобятся очки, то сколько же придется за них заплатить? Точно она не знала, но наверняка безумно дорого. Значит, прибавится еще одна статья расходов. Почувствовав полную беспомощность, Кэйт вернулась к настоящему. Сводить концы с концами без мужа было и так очень трудно, зачем же задумываться о предстоящих неприятностях? Следует подумать о Миранде. Девочка и без того достаточно натерпелась за свою коротенькую жизнь. Прочитав рецепт, Кэйт положила тетрадь и подмигнула дочери, сидевшей у стола. Она едва вспомнила, о чем говорила Миранда. Неудивительно, девочка трещала как белка, собирающая зимние орешки.

— Где это ты слышала, чтобы молоко помогло от морщин?

Слишком маленькая, чтобы заглянуть в зеленые банки, чинно выстроившиеся перед ней на столе, Миранда принялась пробовать их содержимое на вкус. Попав сначала в сахар, она с удовольствием облизала палец. Затем сунула руку в соду, попробовала и передернулась. У Кэйт не хватило духу отругать ее. Совсем недавно Миранда ни за что не отважилась бы на такое. Изменения, происшедшие в ней, казались почти чудом.

Личико Миранды скривилось от отвращения, и она еще раз передернулась, прежде чем ответила на вопрос Кэйт:

— Когда мы были в лавке, я слышала, как миссис Реймер говорила, что у Абигайль Снайпс самая лучшая конфекция в городе, поскольку ее муж держит так много коров.

— Комплекция, а не конфекция, — поправила Кэйт, — и убери руки от банки с содой. Я не возражаю, когда ты таскаешь сахар, но сода несъедобна.

— А папа ее ел.

— Только для улучшения пищеварения.

Слегка смутившись при упоминании о Джозефе, Кэйт быстро подошла к столу и добавила в миску с тестом восемь ложек сахара. Она не знала, что именно помнит Миранда.

— Больше, чем полагается по рецепту. Но чем слаще, тем лучше, правда? — Лукаво посмотрев на дочь, она добавила: — Надеюсь, вы не будете возражать старшим, девушка? Тебе всего четыре года, и, полагаю, мне лучше известно, съедобна сода или нет.

Миранда размазала по щеке муку.

— А что, с возрастом люди умнеют?

— Говорят, что так, а стало быть, я на семнадцать лет умнее тебя. Поэтому слушай, что я говорю.

С сомнением взглянув на жестянку с содой, Миранда возразила:

— Не уверена, что ты очень поумнела за эти годы, мама. Если сода несъедобна и у нее такой мерзкий вкус, зачем же ты кладешь ее в хворост?

Кэйт едва удержалась от смеха:

— Если тебе не понравится, мне достанется больше.

— Если у хвороста будет такой же вкус, как у соды, то я его совсем не хочу. Он противеннее, чем свиные помои.

— Ты опять лазила в помойное ведро? Скажу тебе, Миранда Элизабет Блейкли, меня не удивит, если ты стащишь червяков у цыплят. И не противеннее, а противнее. Если ты не научишься говорить правильно, что же будет через год, когда ты пойдешь в школу?

— Я вовсю… — Миранда оборвала фразу и сморщила свой нежный носик, — я вовсе не ела помои, мама, я только — представила.

Кэйт фыркнула.

— Если ты не ела помои, так откуда ты знаешь, какой у них вкус, а? А на твой вопрос я отвечу: соду добавляют в тесто, чтобы оно поднялось. — Она стала мешать тесто в миске. — Если не добавить щепотку соды, наш хворост будет плоским, как доллары, и таким же жестким, как они.

1
{"b":"1502","o":1}