ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сила притяжения
Затонувшие города
LYKKE. Секреты самых счастливых людей
Палачи и герои
17 потерянных
Древние города
Мой грешный герцог
Любить Пабло, ненавидеть Эскобара
Книга Пыли. Прекрасная дикарка

Услышав это, она задрожала. В следующее мгновение Зак почувствовал, как что-то теплое потекло по его брюкам и рубашке. Он не сразу сообразил, что случилось. Потом до него дошло. Поняв, что наделала, Миранда дернулась. Он посмотрел ей в лицо: оно стало еще бледнее. Она открывала рот, но не могла издать ни звука. Увидев ее ужас, Зак догадался, что его смутные подозрения оправдались. «Сара спряталась в шкаф». О Боже!

Почувствовав внезапную слабость, он крепче прижал ее к себе и опустился на стул. Инстинктивно он начал покачивать ее, медленно, осторожно, поглаживая ее напряженное тело.

— Мэнди, милая Мэнди. — Он не узнавал своего голоса. — Я не сумасшедший, правда нет. Увидев у тебя нож, я испугался, вот и все. Я крикнул, не подумав.

Она теребила намокший передник и жалобно хныкала. Всей душой сочувствуя ей, он прошептал:

— Можешь пачкать меня сколько угодно. Мы же лучшие друзья. Я знаю, что это нечаянно. Ничего страшного. Маркус принесет мне новую одежду.

Он почувствовал, как ее напряжение спадает. Прижавшись лицом к ее волосам, он закрыл глаза и ощутил полную беспомощность. С Божьей помощью он убил бы тогр, кто виноват в этом. Джозеф Блейкли… Это имя вспыхнуло у него в мозгу. Если только этот ублюдок еще жив… Что же он сделал с ребенком?

У него еще будет время решить эту проблему. Сейчас его беспокоила только Миранда. Он продолжал гладить ее волосы. Слова не шли ему на ум. Что сказать? Что он просит прощения? Что у него сердце кровью обливается? Боже! Как невыразительны любые слова! Ей сейчас нужно только одно: молчаливое сочувствие. Лишь это может ее успокоить.

Он еще раз провел рукой по ее волосам, с болью подумав, какая крошечная у нее головка. Бог свидетель, никто больше не посмеет обидеть ее. До последнего его вздоха.

Время шло а Зак все качал ее. Все, кроме ребенка, потеряло для него смысл. Он не мог угадать, о чем она думает. А может, страх так переполнил ее, что она не думает ни о чем? Бессмысленный ужас: только его он и видел в ее глазах.

Заку показалось, что прошла вечность, прежде чем Миранда перестала всхлипывать. Когда она прижалась к нему, он чуть не заплакал. Доверие всегда дорого, но доверие такого ребенка, как Миранда, поистине бесценно. Он крепко обнял ее.

— Прости, что испугал тебя. Я больше не буду, — прошептал он.

Она улыбнулась.

— Я тоже больше никогда не буду плохой.

— Ну, Мэнди, ты и не была плохой. Когда-нибудь, как только ты подрастешь, я дам тебе нож и покажу, как им пользоваться. А пока не трогай его. Хорошо?

— Я хотела посмотреть.

Он повернул ее голову и прижал ее лицо к своему плечу.

— Все можно смотреть, но только вместе со мной. А без меня нельзя. Понимаешь?

Она кивнула и еще крепче обняла его.

— Я люблю тебя, мистер Зак.

Слезы, наполнявшие его глаза, вдруг потекли по щекам. Он уставился в пол.

— Мы с тобой промокли насквозь. Пойди переоденься.

Он нашел Кэйт на кухне, в кладовой. Она пыталась достать с полки кувшин с зеленой фасолью и, заметив его тень, обернулась. Сегодня он целый день пугал женщин. Но нужно все выяснить, тогда станет легче.

— Кто-то напугал вашу дочь, — сказал он. — Я хочу знать, кто. Если этот подонок еще жив, он пожалеет о том, что не умер, когда встретится со мной.

Кэйт взглянула на него и отступила к стене. Кровь отлила от ее лица, она страшно побледнела.

Зак взял ее за руку, вывел из кладовой, усадил на стул около стола и проговорил:

— Я требую ответа, Кэйт. Кто испугал вашу дочь? Силы покинули его. Он придвинул стул и рухнул на него. Его ноги дрожали. Он чувствовал полное изнеможение. Ему нужно отдохнуть. Немедленно.

Кэйт, бледная, широко раскрытыми глазами уставилась на него, даже не пытаясь ответить на его вопросы.

— Я требую ответа. Мы не выйдем отсюда, пока вы не ответите.

Она сжала колени руками. Понимая ход ее мыслей, Зак подозревал, что она пытается что-то выдумать, чтобы успокоить его.

— Это был Джозеф, правда? Судя по ее виду, так оно и было.

— Нет, — прошептала она. — С чего вы это взяли? Она казалась такой же испуганной, как и Миранда несколько минут назад. Вспоминая историю о кукле Саре и о синяках Кэйт, Зак подумал: «Не боится ли она, что он ударит ее? Потом он спросит ее и об этом. Но сейчас речь идет о ребенке, о безопасности Миранды. Ее кто-то напугал. Если не Джозеф, то кто?»

Словно прочитав его мысли, Кэйт стиснула руки и воскликнула:

— Обещаю вам, что это никогда больше не повторится. Но вам не стоит вмешиваться.

— Вмешиваться?

— Да, вмешиваться. Это моя дочь, и позаботиться о ней должна я сама.

Он придвинулся ближе к ней.

— Нет, это станет моей заботой. Если вы думаете, что я стану равнодушно на это смотреть, не зная, в безопасности ли девочка, то очень ошибаетесь. — Зак услышал вдруг себя словно со стороны. Так мог говорить человек, который вот-вот набросится на Кэйт, Пытаясь овладеть собой, он заговорил спокойнее: — Кто-то очень напугал маленькую девочку. Так не сердитесь же на меня за то, что я хочу знать, кто. — Перехватив ее взгляд, он не нашел в нем ответа. — Уверен, что это Джозеф, кто же еще?

Она покачнулась, словно теряя сознание.

— Нет, это не Джозеф. Это только моя вина. Но клянусь, что больше я никогда так не сделаю.

Затем она поднялась со стула и прошла мимо него. Он протянул руку и схватил Кэйт за запястье, пытаясь повернуть ее лицом к себе. Если он и раньше замечал ее хрупкость, то теперь вполне убедился в этом. Кэйт едва не упала, и он с трудом удержал ее. Она повернулась к нему, так что ее лицо оказалось в дюйме от его.

— Никогда не говорите мне ничего подобного. Она попыталась вырваться. Испугавшись, что причинит ей боль, Зак отпустил ее.

— Я же сказала, что это только моя вина! — воскликнула она. — И лучше оставить это. Поверьте, этого никогда больше не случится.

С этими словами она вышла из комнаты. Уже второй раз за сегодняшний день Зак почувствовал, что его словно обухом огрели по голове. «Кэйт обижает свою дочь? Кэйт?»

Он не мог в это поверить. «Да может ли она вообще кого-то обидеть? Она даже не способна отогнать Ноузи метлой, ей-Богу! Неужели она думает, что это правдоподобно?»

Вернувшись к этому разговору, Зак вспомнил, как она побледнела при упоминании имени Джозефа. Неужели она так боится мертвого?

На следующий день, прогулявшись до амбара, Зак пошел на кухню выпить воды и заметил, что Миранда добралась до сливок в ведре с молоком, которое ее мать поставила в углу на треножник.

— Ага, попалась! — шутливо сказал он. Девочка подскочила в ужасе и, уронив ковшик, отпрянула к стене. Это был рискованный трюк: не успел Зак опомниться, как все было залито молоком.

Только взглянув в лицо Миранды, он понял, как она испугалась. Страх парализовал ее. В этот момент он боялся даже дышать, чтобы не напугать ее еще сильнее.

— Ай-ай-ай, — мягко сказал он. — Нам надо быстро убрать все это. Если твоя мама войдет и увидит это, нам обоим попадет от нее.

Медленно подойдя к девочке, Зак заметил, что она дрожит. Осторожно. Никаких резких движений. Надо сделать вид, что ничего не случилось. Он поднял ведро, вытащил с полки два полотенца и принялся вытирать лужи.

— Вот что я вспомнил. Когда я был маленьким, то залезал в сливки каждый раз, едва мама отворачивалась. — Он обернул полотенцем пустое ведро и улыбнулся ей. — Я никогда не мог понять, как она узнает про это.

Ее страх мало-помалу улетучился.

— А ты знаешь, как она догадывалась? — спросил он.

Слишком испуганная, чтобы соображать, она взглянула на молоко.

— Потому что у меня оставалось пятно от сливок. Как раз на носу. Мне было уже почти десять лет, когда я догадался об этом и стал вытирать нос рукавом.

Румянец понемногу проступал на ее щеках. Она посмотрела на него, словно собираясь что-то сказать, но не произнесла ни звука. У Зака сжалось сердце.

Наконец она проговорила:

— И ч-ч-что было п-потом?

27
{"b":"1502","o":1}