ЛитМир - Электронная Библиотека

Судья яростно стучал молотком, взывая:

— Мистер Мак-Говерн! Блейкли! По местам!

Зак помог Кэйт подняться. Райан с ненавистью посмотрел на него, затем повернулся к Кэйт.

— Ты и твоя девчонка заслужили наказания моего брата! — заорал он. — Вы обе! Он только пытался-спасти вас от вас же самих! Дети Сатаны — вот кто вы! Испорченные и греховные!

Держась за спинку кресла, Кэйт двинулась вперед и крикнула:

— Моей дочери четыре года! Только четыре! Говори про меня что хочешь, но в ней нет и тени греховности! Твой брат был хитрым безумным чудовищем!

— А ты — предательница, лживая потаскуха!

Кэйт подалась назад. Какие-то неясные фигуры двинулись к ней, но она разглядела только Райана. Он легко отбросил судейских служащих и прыгнул на нее. Она не могла двинуться, а вокруг нее все, казалось, застыли, пораженные.

В глазах Райана светилось бешенство, руки, были как клещи. Всем своим телом он навалился на нее. И она почувствовала ужасную боль в горле.

Все произошло очень быстро. Стиснутое горло. Перехваченное дыхание. Смутное ощущение, что сознание покидает ее. Боль и тьма. Она чувствовала, как давит на нее своей тяжестью Райан. Откуда-то издалека до нее доносился его голос:

— Ты заслужила это! Ты — неблагодарная сука! Ты и твой ничтожный ублюдок! У Джозефа не было другого выхода! Он мог только заставить вас слушаться! Не было выхода!

Кэйт услышала визг. Визжала не она, ведь она не могла дышать. Мужские голоса слились в один общий крик. Шум. Все это доходило до нее издалека. Она билась, пытаясь вздохнуть, но руки сжимали ей горло. Затем она услышала бешеный крик Закарии.

Вдруг руки, сжимавшие горло Кэйт, отпустили ее. Воздух?! Кэйт царапала воротник, пытаясь его расстегнуть. Желание вздохнуть так томило ее, что она не сразу поняла, где находится.

Воздух, к ней пришел воздух! Она мечтала вздохнуть, но что-то мешало ей. Тьма свалилась на нее. Ужасная, непроницаемая тьма.

ГЛАВА 23

Зак в сопровождении помощника шерифа шел тюремным коридором. Он чувствовал себя так, будто его самого вели в камеру смертников. Кэти! Проживи он еще хоть сотню лет, ему не забыть того ужасного взгляда, который она бросила на него этим утром, когда Райан бушевал в суде. О Боже! Почему он не рассказал ей об этом сам? «Не может быть секретов между нами». Его собственные слова теперь преследовали Зака, разрушая все то, чего он с таким упорством добивался.

Доверие! Кэйт раскрыла перед ним все, и, будь у него хоть капля разума, он обязан был ответить ей такой же откровенностью. В конце концов, ему и скрывать было нечего. Но теперь, услышав это из чужих уст, она не поверит в его невиновность.

Когда они с помощником шерифа подошли к двери ее камеры, Зак напрягся, как перед битвой. Ей, вероятно, не понравится то, что их запрут вместе. Он и не винил ее за это. Освободиться от одного кошмарного брака и угодить в другой!

Подавив в себе чувство ужаса, Зак распрямил плечи. Конечно, она не захочет оставаться с ним. И это чертовски плохо! Он не собирался на этот раз прикидываться джентльменом. Она была ему слишком дорога, чтобы он рискнул потерять ее. Видит Бог, он готов сражаться за нее со всем миром!

Единственная лампа висела на потолке. Ее шипящий фитиль заливал камеру слабым желтоватым светом. Он увидел, что Кэйт лежит на узкой койке. Лицо ее казалось восковым. Руки были сложены, как у покойника. Услышав, как щелкнул замок, она вскочила, выпрямилась и отбросила тряпки, которыми была замотана ее шея.

В тусклом свете не видно было выражения ее лица. Помощник шерифа распахнул дверь, и Зак вошел в тесное помещение, впервые в жизни желая быть поменьше ростом. Свет лампы отбрасывал на стену его огромную неуклюжую тень. Он понял, каким неуместно крупным он кажется в этом тесном помещении. Он пожалел об этом. Но в эту ночь его так переполняли сожаления, что, даже пройди он сквозь чистилище, ему не удалось бы от них избавиться. Ее глаза, всегда сиявшие как звезды, казались теперь провалами на ее осунувшемся лице. Ее рот был сжат и бледен. Присев на край кровати, она бессильно опустила руки на колени.

— Закария, — прошептала она.

Даже в полумраке были видны рубцы на ее шее. Ее новое бордовое платье было разорвано на плече. Несколько оторванных шнурков свешивались на грудь. Доктор Уиллоуби дал ей успокоительное; оно явно подействовало: зрачки были сильно расширены; возможно, она видела все в тумане.

Будь проклят Райан Блейкли, да отправится в ад его душа! Дай Бог, чтобы этого сукина сына держали в тюрьме до конца его дней. Это было, конечно, столь же невыполнимое желание, как и мечта задушить его собственными руками. Но, по крайней мере, несколько дней он не будет изводить Кэти. А это уже кое-что.

— Как твое горло? — спросил он.

Он не об этом хотел спросить. Доктор уже рассказал ему все о ее состоянии во всех подробностях. Глубокие следы на шее были наименьшей проблемой.

Она пошевелила пальцами и коснулась горла.

— Лучше, гораздо лучше. Я спала почти весь день.

— Доктор Уиллоуби говорил мне об этом. — Зак заложил пальцы за пояс. Склонив голову, он осмотрел себя с ног до ворота рубашки и смутно посетовал на себя за то, что она красная. Какого черта он не надел синюю? Синий цвет— нежный, успокаивающий. Сейчас он помог бы ему…

— Я пытался прийти к тебе раньше, но он запретил тебя беспокоить.

Он поднял голову и встретил ее чуть затуманенный взгляд. Ему хотелось, чтобы она что-то говорила, может быть, даже кричала… Сотни слов теснились в его мозгу.

— Райана взяли под стражу, — сказал он. — Тебе говорили об этом?

Она кивнула и слегка нахмурилась.

— Я что-то слышала об этом. — Кэйт бросила встревоженный взгляд в сторону коридора. — Не рядом со мной, кажется. Это так?

Заку хотелось схватить ее на руки, прижать к себе, поклясться ей, что он никогда, ни за что больше не обидит ее. Но, вероятно, сейчас он представлялся ей очень опасным…

— Он не может и близко подойти к тебе. Шериф все устроил. У него нашлось помещение в том крыле, куда он сажает обычно пьяниц-лесорубов, которые напиваются по субботам. Так что места достаточно.

Он чуть-чуть расслабился. Но во рту еще оставалась сухость. Он попытался сглотнуть. В лунном свете, пробивающемся через окно, ее фигура казалась окруженной серебряным нимбом. «Ангел, — подумал Зак. — Здесь. На тюремной койке. Боже! Это не место для нее». Мысль, что ее могут осудить пожизненно, едва не заставила его упасть перед ней на колени. Ведь виноват в этом только он!

Он прижал к поясу свои дрожащие руки. Нет! Даже думать об этом не надо. Присяжные— порядочные люди. Прошлое Зака не повлияет на их решение, не сломает будущее Кэйт. Если бы Зак не верил в это всем сердцем, он уже составил бы план, как вырвать Кэйт отсюда силой. И, если это не безумие, он не знает, что такое безумие. Впрочем, пришло, кажется, самое время для безумия…

— Кэйт, я… — Его голос сорвался, и он уставился в пол, желая только одного—упасть на колени и молить о прощении. Его охватило чувство, близкое к ужасу, когда вместо этого он сказал:

— Если ты надеешься развестись со мной, выкинь это из головы. Я буду бороться за тебя до последнего вздоха.

Она промолчала, и Зак осмелился взглянуть на нее. Удивленное выражение ее лица поразило его до глубины души.

— Я никогда не применял силу по отношению к женщинам, но на этот раз, — решительно выпалил он, — если ты станешь это делать, я применю! И не думай, что у меня не хватит духу! Ты моя жена. Догадываюсь, что теперь ты уже не слишком рада этому… Мне очень жаль, что так получилось… Но— так получилось!

Она обхватила дрожащими пальцами висящий на груди медальон и, глядя на него, прошептала:

— Знаешь, Зак, у тебя появилась дурная привычка поднимать вопрос о разводе всякий раз, как мы попадаем в трудное положение.

Зак почувствовал себя так, словно ему нанес удар человек весом фунтов в двести. Он немного отступил, чтобы разглядеть выражение ее лица. Рот Кэйт был искривлен, глаза в неясном свете, казалось, блуждали. Она еще под воздействием успокаивающих лекарств, решил он.

67
{"b":"1502","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Метро 2033: Край земли-2. Огонь и пепел
Время не знает жалости
Академия черного дракона. Ведьма темного пламени
Дама с жвачкой
Округ Форд (сборник)
Думай медленно – предсказывай точно. Искусство и наука предвидеть опасность
Фельдмаршал. Отстоять Маньчжурию!
Любовь колдуна
Ветер над сопками