ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Скажи «да», — убеждал он ее. — Доверься мне еще раз. Когда-то ты мне доверяла, много лет назад. Помнишь? А я человек, не привыкший нарушать свое слово. Может быть, попробуем еще раз сыграть в эту игру?

Сердце у нее опять учащенно забилось.

— Я уже обещал, что никогда не сделаю тебе больно, — напомнил он ей. — Если ты подумаешь, ты поймешь, что это обещание уже исключает многие из тех вещей, которых ты так боишься.

По понятиям Эми, оно исключало их все. Она боялась другого — что они со Свифтом по-разному понимают, что такое боль.

— Да.

— Тогда все в порядке.

Она облизнула губы. Теперь у нее было такое чувство, что совсем рядом ее ждет что-то прекрасное, и ей надо сделать только маленький шаг, чтобы встретиться с ним.

— Если я говорю «да», даешь ли ты мне право отказаться от всей этой затеи, если я почувствую, что она мне не нравится?

Он колебался несколько секунд, как бы обдумывая это предложение, потом ухмыльнулся.

— Это звучит забавно! Но будет забавно лишь до тех пор, пока ты и вправду этого не сделаешь. Но все равно согласен!

— И я согласна.

Он долго смотрел на нее. Потом так тихо, что она едва расслышала, проговорил:

— Ты не пожалеешь об этом, обещаю тебе. Ноги не держали Эми, она опустилась на стул и опять собрала карточки. Свифт наблюдал за ней, он выглядел весьма довольным. Она надеялась, что это не предвещает беды.

Эми планировала уложить весь урок в час, но Свифт как-то изловчился растянуть этот час на два.

Она подозревала, что он сделал это из каких-то своих скрытых побуждений, которые и стали ясны, как только они кончили занятия. Он потребовал вернуть ему эти два часа, причем немедленно.

— Сейчас? — Она посмотрела на маленькое окошко над головой. — Но уже темно. Лоретта уже наверняка ждет тебя с ужином. И кроме того, что мы будем делать эти два часа?

— Мы можем погулять… и поговорить. Я сказал Лоретте, что приду поздно.

Колебание в его голосе, перед тем как он сказал «поговорить», понравилось Эми даже меньше, чем хитроватый прищур его глаз.

— Я не могу гулять после наступления темноты. Это даже не подлежит обсуждению. Если люди нас увидят, ты же знаешь, что они подумают. А я учительница, и дорожу своей репутацией, и должна о ней заботиться.

— Кто нас увидит? Ты что думаешь, люди всю ночь будут пялиться из своих окон на твое крыльцо?

— Все равно нас непременно увидят. И после наступления темноты по городу гуляет много народу.

— Но я вовсе не собирался гулять по городу. Глаза у нее расширились.

— А где же тогда ты собирался гулять?

— В лесу.

— Что?!

— Верь мне, Эми. — Он накинул ей на плечи шаль и потащил, упирающуюся, к двери. — Все дело в этом, помнишь? В доверии. Неужели ты думаешь, что у меня есть какие-нибудь другие желания, кроме как чтобы тебе было хорошо?

— Я просто боюсь, что у тебя несколько иные, чем у меня, понятия о том, что для меня хорошо, — призналась она.

Он рассмеялся и закрыл за ними дверь. Эми вглядывалась в сумерки, и эта идея с гулянием с каждой секундой нравилась ей все меньше и меньше.

— Свифт, через несколько минут станет совсем темно, а ты знаешь, что ночью я абсолютно слепа.

— Зато я все прекрасно вижу. — Он взял ее под руку. — Я не дам тебе упасть, Эми. Расслабься. Помнишь, как мы еще детьми носились Как угорелые вдоль реки в такой же темноте? Ты хваталась за мой пояс и бежала сзади, когда переставала видеть.

— Я также помню, как однажды ты споткнулся, и мы полетели в воду.

Он повел ее через двор к темнеющим за оградой деревьям. В стороне, в двух сотнях ярдов, слабо вырисовывалось школьное здание.

— Я споткнулся нарочно.

— Неправда.

— Правда. — Он искоса бросил на нее потеплевший взгляд. — Мне удалось крепко обнять тебя, когда мы катились вниз по берегу.

Эми, прищурившись, вглядывалась в темноту.

— Свифт, деревья выглядят такими темными. Давай погуляем по городку.

— Нет уж. Я не могу допустить, чтобы пострадала твоя репутация. Кроме того, я хочу, чтобы ты была только со мной и чтобы никого больше рядом не было, по крайней мере на расстоянии крика.

— Зачем?

Он привлек ее к себе, когда они огибали попавшееся им на пути дерево. Воспользовавшись моментом, он выпустил ее локоть и обнял за талию. Рука его, большая и теплая, нырнула под шаль и оказалась прямо под правой грудью. Она вся закаменела, инстинктивно вцепившись в его запястье.

— Верь мне, Эми, — повторил он. — Эта рука никуда больше не двинется.

Она оглянулась через плечо на город. Сердце у нее упало, когда она увидела, что они уже были на расстоянии… крика. У нее перехватило дыхание. Против своей воли она выпустила его руку.

Впереди были целых два часа, которые обещали стать самыми нервными в ее жизни. Она начала уже жалеть, что разыскивала вчера Свифта, что по своему недомыслию не дала ему уехать в Техас. Но еще большей дурой она казалась себе сейчас, отправившись на прогулку в лес вместе с ним, беспомощная слепая как крот. Какой же глупостью было позволить ему уговорить себя!

Свифт вел ее к ручью Шаллоу Крик, будучи для нее буквально поводырем. В лесу стало так темно, что она абсолютно ничего не видела. Где-то в кроне деревьев ухала сова и вдруг ринулась сверху на них, чуть не царапав Эми лицо. Она инстинктивно плотнее прижалась к Свифту, и, когда он сильнее обнял ее, ей уже больше не хотелось освободиться. При каждом шаге ее бедро касалось его ноги.

Скоро она услышала журчание воды. Они вышли на поляну, залитую ярким лунным светом. Деревья казались облитыми серебром и отбрасывали пугающие тени. Свифт подвел ее к огромному упавшему дереву и, взяв за талию, поднял и посадил на него. Она обхватила себя руками, с испугом глядя на него. Ей не нравилось, что ее ноги болтаются, и она не знает, далеко ли до земли.

Его неясная черная тень взобралась на ствол и уселась рядом с нею. Лунные блики играли на его лице и в угольно-черных волосах. Она смотрела на него, но думала только об одном; во имя всех святых, что она делает здесь, наедине с ним?!

Посмотрев некоторое время на курчавую воду ручья, он повернулся к ней. Глаза его казались черными огоньками на темном лице.

— Ну, мисс Эми, вот и настал момент, которого ты так страшно боялась, не так ли? Ты здесь со мной, абсолютно одна. Никто не придет на помощь, кричи не кричи. Ну и что же должно произойти дальше? Мне очень бы не хотелось разочаровывать даму.

Она нервно сглотнула и принялась теребить бахрому на своей шали.

— Я, м-м-м… — Она взглянула на него. — Я думаю, это тебе решать. Ведь такова была главная идея, разве нет?

Его зубы сверкнули в лунном свете, когда он улыбнулся медленной, самодовольной улыбкой, от которой сердце у нее ушло в пятки.

— Я подумываю о чем-нибудь таком, что было бы совершенно неожиданным для тебя, полным сюрпризом сейчас, когда ты полностью в моей власти.

— Например, о чем? — спросила она тоненьким голосом.

— Например, о том, чтобы поговорить. — Его улыбка стала еще шире. — Этого ты уж никак не ожидала, так ведь?

От облегчения у Эми даже закружилась голова.

— Да уж, — призналась она с легким смешком. — И о чем же мы будем говорить?

— Понятия не имею. Может быть, тебе не терпится узнать что-нибудь обо мне?

Улыбка сошла с ее лица.

— Да. Что заставило тебя носить эти ужасные револьверы? Ты никогда не был человеком, который убивает просто так, никогда не дрался без причины. Как случилось, что убийство стало частью твоей каждодневной жизни?

— Далеко не каждодневной, Эми. Иногда выдавались недели, даже целые месяцы, когда я не притрагивался к оружию. — Он вздохнул и передвинулся. — Как я впервые взял в руки револьвер? Это, наверное, была судьба. Ты знаешь меня и знаешь наше оружие. Роулинз, мой хозяин, научил меня стрелять еще и из револьвера. — Он пожал плечами. — Ковбою без револьвера не обойтись. Ну а после того, как он мне показал, я практиковался каждый день, пока не почувствовал, что могу хорошо с ним обращаться.

32
{"b":"1503","o":1}