ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы говорите, прямо как моя ма. Ах, это же тот самый Брендон! Вы не любите его, потому что он богат и приезжает сюда из Бостона. Вы не можете даже поверить, что ему захочется во второй раз посмотреть на такую девушку, как я. А теперь сходите с ума, потому что он все-таки посмотрел.

Эми дотронулась до плеча своей племянницы.

— Это неправда. Ты очень красивая, Индиго. Любой молодой человек посчитает за честь ухаживать за тобой, даже такой богатый, как этот Маршалл.

— Тогда почему вы против того, чтобы я болтала с ним?

— Я не против. — Эми немного помолчала. — Но Брендон гораздо старше тебя. Я не хочу, чтобы он сделал тебе что-нибудь плохое.

— Вот точно так же говорит и ма.

Эми вздохнула.

— Ты должна признать, что жизнь в Бостоне среди состоятельных людей совсем другая, чем жизнь в Селении Вульфа. И Брендон тоже другой. И дело даже не в том, что он старше, а в том, что у него гораздо больший жизненный опыт.

— В смысле?

— Все просто. Брендон, по всей видимости, в один прекрасный день вернется в Бостон. Может быть, он и не собирается причинять тебе боль, сначала подружившись с тобой, а потом оставив. Но боль от этого будет не меньше. Вполне возможно, что он не считает зазорным, не любя девушку, немного поразвлечься с ней. Ты привлекла его внимание, это верно, но он правда увлечен тобою, или ты для него просто игрушка?

— На самом деле вы хотите сказать, что он не будет задумываться над своим поведением, потому что я полукровка. Он поиграет с моей любовью, получит то, что ему надо, и бросит меня без малейших угрызений совести.

— Нет…

— Не нет, а да! Я не такая хорошая, как все вокруг, вот что вы хотите сказать. Его мало будет заботить, если он обидит меня, потому что девушки вроде меня не идут ни в какое сравнение с белыми девушками.

Эми нервно сжала пальцы.

— Индиго, не можешь же ты на самом деле думать… — Лгать ей было бессмысленно. Индиго уже встречалась в своей жизни с предубежденностью и против ее отца, и других немногих оставшихся в округе индейцев, или рабочих-китайцев. — В мире много невежественных людей, — попыталась она смягчить ситуацию. — Ты красивая молодая девушка. А кругом немало бессовестных мужчин, которые могут обойтись с тобой нечестно, как ты говоришь, без малейших угрызений совести. И только потому, что ты наполовину индианка.

— Брендон не бессовестный!

— Дай Бог, чтобы это было так, — прошептала Эми. Глаза Индиго наполнились сердитыми слезами.

— Я горжусь своей кровью. Горжусь, слышите вы? И Брендон любит меня такую, какая я есть, вы увидите. И вы, и мама — обе. Вы увидите!

С этими словами Индиго бросилась мимо Эми к школе. Потрясенная, Эми смотрела ей вслед. Потом оглянулась вокруг, пытаясь понять, как это Брендон смог так быстро исчезнуть. И вообще, что у него на уме, когда он тайно встречается в лесу с девушкой в возрасте Индиго?

Эми стояла, задумчиво теребя кружева на воротнике платья. Ей было страшно за Индиго, и она не знала, как уберечь девушку от неприятностей. Оставалось только надеяться, что полученное Индиго воспитание удержит ее на праведном пути.

Поспешив назад к школе, Эми молилась про себя чтобы Индиго оказалась там. Она облегченно вздохнула, увидев девушку на ступеньках крыльца. Эми решила все серьезно обдумать и еще раз поговорить с Индиго. Может быть, если изменить тактику, девушка не будет такой закрытой и послушается доброго совета.

Спокойствие Эми продлилось недолго. Она шла по игровой площадке, когда услышала крик и, обернувшись, увидела Питера, шлепнувшегося животом в грязь. Эми бросилась к мальчику и схватила его на руки. Он всхлипывал и оттягивал рубашку у себя на груди.

— Я не хотел толкать его, — крикнул Джереми. — Не хотел, клянусь вам, мисс Эми.

— Я ни в чем и не обвиняю тебя, Джереми, — ответила Эми. — Я знаю, что ты всегда бываешь осторожен с младшими.

Дети расступились, и она повела Питера через двор в класс. Она подошла к своему столу, где у нее всегда были в запасе кусок чистой материи, бинт и кое-какие медикаменты.

— Ну вот, маленький, садись сюда, — приговаривала Эми, вытирая ему щеки своим носовым платком и усаживал на свой стул. — Ты, наверное, очень сильно ударился. Обычно ты крепче соснового корня.

Питер взглянул на нее. Он был так бледен, что веснушки на его лице казались брызгами грязи. Он приложил руку к груди.

— Я хочу пойти домой, чтобы за мной там поухаживали. Моя мама знает, что надо делать.

Эми улыбнулась, подумав, что Питер просто испытывает приступ мальчишеской застенчивости.

— Я уверена, что она сумеет сделать это гораздо лучше, чем я. Однако я не могу с чистой совестью отпустить тебя домой, не узнав раньше, как сильно ты поранился.

— Нет, мисс Эми, — прошептал Питер с абсолютно несчастным видом,

Эми погладила его по голове, потом нагнулась, чтобы поднять его домашней вязки свитер.

— Не думаешь же ты, что я никогда раньше не видела голой груди.

— Нет, мэм.

— Я открою тебе один секрет, если только ты никому не расскажешь, — добавила Эми таинственно. — Я такая застенчивая, что лучше выпью какое угодно самое горькое лекарство, чем пойду к доктору.

Питер смотрел на нее во все глаза, явно не зная, как воспринимать ее слова.

Эми почувствовала, что начинает краснеть.

— Я говорю тебе это просто на тот случай, если ты стесняешься. Другие люди тоже могут стесняться.

Осторожно, как только могла, Эми подняла свитер, чтобы стащить его через голову Питера. Когда открылся его живот, она невольно вскрикнула. На животе были огромные синяки, а ребра распухли.

— О Питер…

— Я правда сильно ударился.

Синяки стали уже сине-багровыми, и Эми знала, что он получил их не несколько минут назад. Вероятнее всего, это произошло вчера или сегодня ночью. Она беспомощно оглянулась, не зная, что сказать. Питер и так был очень испуган; ей не хотелось еще больше осложнять ситуацию. Ее охватило почти непреодолимое желание прижать Питера к груди и убаюкать его, как грудного младенца. Но она знала, что он воспротивился бы такому обращению.

— Питер, что случилось? — как можно мягче спросила она, внезапно почувствовав себя виноватой. Она провела вместе с Питером в классе все утро и не заметила, что ему больно.

— Вы же видели, я упал.

Эми стащила с него свитер и взглянула на его спину. Как она и боялась, синяки были и там.

— Питер, я знаю, что это сделал твой отец.

— Только не говорите маме. Вы должны пообещать, что не скажете, мисс Эми.

Эми старалась, чтобы голос у нее звучал ровно:

— Она не знает?

— Не знает, насколько плохо. Я сказал ей, что это так, ерунда.

— Тогда почему же ты хотел, чтобы за тобой ухаживала она?

— Я не хотел. Я вообще не хотел, чтобы кто-нибудь знал. Был бы скандал, только и всего. Я не хотел, чтобы меня кто-нибудь лечил.

Эми почувствовала, как у нее на лбу выступают капельки пота. Ей хотелось кричать и ругаться, найти Эйба Крентона и стереть его в порошок. Но вместо этого она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и сказала:

— Но, Питер, я боюсь, что одно или два ребра у тебя могут быть сломаны. Их надо перевязать. И тебе надо полежать в постели, пока не станет получше.

На глазах у Питера опять появились слезы.

— Нет! Если я скажу маме, она расстроится и набросится с упреками на папу, а… — Он закрыл глаза, гулко глотая воздух. — А он опять побьет ее. А мои ребра все равно останутся сломанными. Так зачем поднимать шум?

Эми прижала дрожащую руку к горлу. У Питера были серьезные повреждения. Если он упадет опять, сломанное ребро может проткнуть легкое. Выбора у нее не было — надо было что-то делать.

— Что на этот раз вывело из себя твоего отца? — спросила она.

— Ничего. Просто он пришел навеселе, как с ним иногда бывает. Мне бы и не попало, если бы я не встрял и не попытался его остановить.

— Остановить бить твою маму, ты хочешь сказать?

— Да. Со мной все будет в порядке, мисс Эми. Честное слово, все будет в порядке.

56
{"b":"1503","o":1}