ЛитМир - Электронная Библиотека

Шериф считал, что Альма Крессуэл — безобиднейшая старая дама, которую полицейский Мур должен переводить через улицу. Но тот продолжал упорно ее арестовывать.

Цепкие глаза Хита отметили поблескивавшие на запястьях старушки наручники. Ее худые руки были изъедены артритом, пальцы скрючены, а распухшие костяшки втрое толще обычного. Неужели это и есть опасная преступница?

Борясь с желанием заехать Муру по физиономии, он сжал кулаки. Единственным светлым пятном во всей этой истории было то, что Альма не понимала происходящего с ней. В прежние времена самым большим наказанием учительницы, вероятно, был штраф за неправильную парковку машины. И теперь больная старушка даже не представляла, что ее могут арестовать: ведь она просто ходила за покупками, а этот приятный полицейский предложил ее подвезти.

— Сними наручники, — тихо приказал Мастерс.

— Но, шериф, она…

Хит подался вперед, специально для Альмы выдавил улыбку и сквозь зубы процедил:

— Немедленно, Мур!

Тома точно ветром сдуло со стула. Он обежал стол и расстегнул браслеты. Но когда помещал их обратно в чехол на поясе, бросил на Хита сердитый взгляд.

— Не понимаю. Она воровка. И я накрыл ее на крупной краже.

Хит поманил Элен Бауэр.

— Убери это отсюда, — попросил он. — Упакуй вещдок и положи в сейф. И еще: Альма, пока ждет свою дочь, наверное, не откажется выпить чаю. А я, похоже, завариваю для нее слишком крепкий.

— Привет, миссис Крессуэл! — воскликнула Элен. — Вот это да! Вы выглядите просто потрясающе. Бесподобная шляпка! Сами сделали?

— Ну да, — призналась Альма и похлопала по оборке на бутылке из-под отбеливателя. — Хотите, сделаю такую и вам?

Элен послала Муру предостерегающий взгляд и расплылась в улыбке.

— Как мило! Я как раз мечтала о такой!

— Малышка Элен Эванс, это ты? — Альма подалась вперед и вгляделась в ее лицо. — Боже мой, как ты выросла!

Элен, только что справившая свой сороковой день рождения, подмигнула Хиту.

— Боюсь, не только вверх, но и вширь.

— Ты выглядишь прелестно, — успокоила ее старая учительница. — Как дела с дробями? Надеюсь, больше проблем нет?

Последнюю часть их беседы Хит слышал, когда Альму приводили в прошлый раз. Пожилая леди почти начисто лишилась памяти на то, что было сегодня, но прекрасно помнила события давнего прошлого.

Хит положил руку Муру на плечо, сжал пальцы и был доволен, когда помощник дернулся от боли.

— Том, скажи миссис Крессуэл «до свидания». Я хочу поговорить с тобой в своем кабинете.

С красным от возмущения лицом Мур попробовал высвободиться, но Хит пресек его попытку и только сильнее сдавил плечо.

— Увидимся позже, миссис Крессуэл.

— Спасибо, что подвезли, — поблагодарила старая женщина Мура и повернулась к Элен: — Мне так понравилось его маленькое радио: едешь и слышишь кучу интересных вещей. Несколько минут назад на углу Пайн и Мэдисон произошла авария, но, слава Богу, никто не пострадал.

Шериф провел молодого помощника через весь зал, закрыл за собой дверь в кабинет, повернул к себе лицом и только тогда отпустил.

— Знаешь, почему я не вышибаю тебя к чертовой матери? Есть только одна причина. — Хит ткнул ему пальцем в грудь. — Твой папаша — мэр. Не хочу с ним собачиться, у меня и так полно проблем. Но заруби себе на носу — это официальное предупреждение: еще раз арестуешь старую леди — и вылетишь отсюда! Ты меня понял?

Том набрал полную грудь воздуха.

— Я давал клятву охранять закон и порядок. Если потребуется, я арестую собственную мать.

— Так валяй! Может быть, тогда твой папаша поймет, какой ты для меня геморрой!

Раздался зуммер внутренней связи. Хит подошел к столу и ответил на сигнал.

В громкоговорителе прорезался голос дежурной:

— У меня на линии пожилая дама в истерике. Говорит, что возле ее дома вышагивает почти голая женщина — в одном красном поясе с резинками, черных чулках и в туфлях на трехдюймовых каблуках. Дама боится, что ее мужа хватит инфаркт.

Уголки губ Хита растянула ехидная улыбка, и он посмотрел на глупого выскочку.

— Помощник Мур все утро искал развлечений и с удовольствием этим займется.

Мередит повесила трубку и наклонилась, чтобы сделать запись в книге регистрации. Ей удалось договориться о шестидесяти трех демонстрациях шампуня. Примерно тридцать процентов из этих людей сделают покупки, а это означало, что она получит хорошие комиссионные. Мередит пролистала книгу, просмотрела договоренности на завтрашний день и принялась обзванивать клиентов, подтверждая демонстрации. Но на середине списка прервалась и посмотрела в окно, чтобы проверить, все ли в порядке с игравшей во дворе Сэмми. Девочка увлеченно возилась с Голиафом, а пес беспрекословно сидел и терпел все ее причуды. На его голове нелепо сидела сдвинутая на одно ухо кукольная шляпка с рюшами, а на носу красовались ядовито-розовые солнечные очки.

Мередит улыбнулась и покачала головой. Она уже готовилась набрать следующий номер, как услышала на подъездной дорожке мотор машины. Утром, забросив Голиафа, шериф сказал, что после работы собирается заскочить в магазин строительных товаров за какими-то материалами. Мередит понимала: надо бы выйти и помочь разгрузить «бронко». Но после вчерашней реплики Хита о том, что ей нужен муж, решила всеми силами держать соседа на расстоянии. И побольше зарабатывать, чтобы скудный доход более не служил поводом для подобных разговоров.

Недовольно залаял Голиаф — значит, какая-то другая машина ехала к дому. Мередит бросила свое занятие, поднялась со стула и выглянула в окно. Хит снимал с «бронко» доски и, щурясь на солнце, смотрел на белый фургон, из которого выскочили двое мужчин в белых рубашках и черных брюках. Пассажир бросился к задней дверце, а водитель направился к Хиту.

И Мередит услышала, как шериф удивленно спросил:

— Билл, как это тебя сюда занесло?

Судя по всему, Хит знал этого человека, но поздоровался с ним очень сдержанно. У Мередит еще оставалась работа, поэтому она чуть было не отвернулась, но тут заметила на фургоне синий логотип телевизионной компании. У нее похолодело внутри и сердце подскочило к горлу. Она выскочила на улицу, чтобы забрать Сзмми, но, к несчастью, тот, кто доставал что-то из фургона, уже включил камеру.

Боже! Мередит изо всех сил старалась сохранять спокойствие — пересекла двор, взяла Сэмми за руку и вернулась в дом. Следом за ними направился Голиаф. Зачем здесь телевидение? Мередит захлопнула за собой дверь и почувствовала, что у нее подкашиваются ноги.

Спокойно! Хит всегда в центре внимания прессы. Репортеры приехали взять у него интервью. Вот и все. К ней это не имеет никакого отношения. От этой мысли женщина немного взбодрилась. Да кто она такая? В Уайнема-Фоллз она никому не интересна.

Мередит увела Сэмми в спальню, достала головоломку и, только убедившись, что девочка начала ее складывать, вернулась в гостиную и стала наблюдать в щелку между шторами. Еще раньше, чтобы разогнать дневную духоту, Мередит открыла окно. И это позволяло ей не только видеть все, но и слышать, а самой оставаться незамеченной.

— Билл, прошу тебя, — спокойно говорил шериф, — я буду очень тебе благодарен, если ты уедешь отсюда. Если нет иной причины, во имя прежних времен.

— Не могу, Хит. Я взялся за эту тему. Такова уж моя работа. Пожалуйста, не воспринимай как что-то личное.

— А как же мне это воспринимать? — Он посмотрел на оператора. — Вы же снимаете.

Тот, кого звали Биллом, кивнул. Шериф пожал плечами и жестко сказал:

— Тогда у меня один ответ: «Без комментариев».

Билл сунул ему под нос микрофон.

— Шериф Мастерс, сегодня годовщина смерти вашей сестры. — Его голос сделался казенным. — Судя по отчету, это вы вели машину, когда случилась авария. Это правда?

— Без комментариев, — холодно ответил Хит и повернулся к объективу спиной, но Билл и оператор поспешили за ним.

— Шериф Мастерс! — громко закричал репортер, словно перекрывая большое расстояние. — Недавно из очень достоверного источника нам стало известно, что в тот раз вы вели машину в нетрезвом состоянии. Будьте любезны, объясните, правда это или нет.

30
{"b":"1504","o":1}