ЛитМир - Электронная Библиотека

Лоретта глотнула.

— И убивать моих людей, ты хочешь сказать?

— Это заставит тебя смотреть на меня с ненавистью? Все эмоции перемешались в сознании Лоретты.

Красный Бизон совершил большую несправедливость. Если белые нанесут ответный удар, она не сможет осуждать их. Как же могла она осуждать Охотника, когда он поступал так же? Внезапно она оказалась в незавидном положении, когда понимаешь обе стороны. Это еще более усугублялось тем, что она симпатизировала и тем и другим. Разве вред, причиненный белыми мужчинами Черному Дрозду, может быть менее ужасен, чем вред, причиненный команчами Эми?

— О Охотник, если бы я приехала в эту деревню с tosi tivo и убила твоих людей, как бы ты чувствовал себя?

Лицо его напряглось.

— Ты убила бы мою мать? Воина и Девушку? Маленьких?

— Нет. И ты не убил бы тетю Рейчел, или Эми, или дядю Генри. Вопрос не в этом, не так ли?

— Этот команч не может изменить свое лицо.

— А я не могу изменить мое.

Он провел пальцем по ее щеке, его губы сложились в печальную улыбку.

— Мне нравится твое лицо, Голубые Глаза. Оно вырезано по моему сердцу.

— Мы оказались между двух огней, не так ли, Охотник? С самого начала мы знали, что все кончится этим.

— Я не буду делать войну против беспомощных, — прошептал он хрипло. — Ни женщин, ни детей. Это будет хорошо?

Все еще стесняясь его, она коснулась пальцем его нижней губы.

— Смог бы ты поднять нож против мужчины с голубыми глазами и не вспомнить обо мне, Охотник?

Он испустил сдавленный крик и силой притянул ее в свои объятия, прижав губы к ее волосам. Оба молчали. Они извлекали удовольствие из единственного подвластного им — тепла рук друг друга.

На следующий день Охотник и Лоретта старались избавиться от напряжения, которое принес в деревню Красный Бизон, взяв с собой Быструю Антилопу и Эми, чтобы развлечься на реке. Быстрая Антилопа только один раз коснулся темы налета. Охотник сказал ему, что об этом достаточно было разговоров в деревне, что никто не знал наверняка, провоцировал ли Красный Бизон нападение, и что нет никакого смысла портить день беспокойством об этом.

Лоретта была рада, что на эту тему был наложен запрет. Впервые за много недель она чувствовала себя способной расслабиться. Мучительные вопросы прошлой ночи отошли на задний план ее сознания, ожидая своей очереди. Но в настоящий момент она решила забыть обо всем и просто наслаждаться общением с Охотником.

В течение дня он раскрыл перед нею мальчишескую, озорную сторону своего характера, которую она нашла очаровательной. В один момент он разыгрывал любовника, проводя легко пальцами по ее затылку или по руке. В следующую минуту он был разбойником, поднимая ее в воздух и угрожая бросить в воду или прыгая на нее из кустов, свирепый, как медведь.

В такие минуты пульс Лоретты учащался. Она знала, что Охотник всего лишь играет, но он был слишком убедительным, когда изображал свирепость, чтобы оставаться спокойной. За нежным фасадом скрывалась темная сторона, и в такие минуты она проглядывала. Хотя он стал ее другом и любовником, он был также воплощением всего, чего она боялась последние семь лет. Любовь к нему не стерла воспоминания из ее памяти. Иногда она задумывалась, не будет ли прошлое преследовать ее вечно.

Один раз Охотник исчез, вернувшись через несколько минут с букетом полевых цветов. Когда Быстрая Антилопа и Эми не видели, он увлекал ее за кусты, чтобы поцеловать. Несколько раз, когда день клонился к вечеру, он прижимал ладонь к ее животу и вопросительно приподнимал бровь. Лоретта краснела, так как хорошо понимала, о чем он спрашивает. В ней живы были воспоминания предыдущей ночи. Но как она могла сказать ему? Дамы не говорят о таких вещах, даже со своими мужьями.

В сумерках по дороге домой они вчетвером остановились, чтобы посидеть на речном берегу под навесом из тополей. Лоретта сидела, обняв согнутые в коленях ноги, глядя на отражение листьев и угасающего солнечного света на поверхности воды, только наполовину вникая в трескотню Эми и Быстрой Антилопы. Охотник вытянулся рядом, подперев голову одной рукой, не отрывая от нее глаз. Она ощущала на себе этот взгляд, и, когда он начал раздражать ее, она повернулась к нему. Огни страсти горели в его взоре.

Улыбаясь, он сорвал травинку и стал ею водить по ее руке, проникая в свободный широкий рукав. Затем он переключился на се ногу, обводя круги над верхом ее мокасина, проводя травинкой вдоль изгиба икры, внутренней стороны бедра под юбкой. Живот Лоретты сжался, и приятная дрожь пробежала по спине. Она почувствовала, как краска заливает шею.

Он намеренно вызывал в ее памяти все, что он проделывал с нею прошлой ночью, чего никогда не позволил бы себе белый мужчина, во всяком случае не в компании. Охотник вырос, бегая без присмотра с другими детьми, мальчиками и девочками, одетыми только в кусок ткани, удерживаемой веревкой. Она была зажата строгими правилами поведения и многочисленными слоями ситца. Для него заниматься любовью было таким же естественным процессом, как еда, когда испытываешь голод, или питье для утоления жажды. Он не испытывал ни стыда, ни застенчивости, ни скрытности. Я хочу — я беру. Это очень просто. Однако это было совсем не просто. Для нее.

Охотник забавлялся, наблюдая за Лореттой. Когда она бросала на него сердитые взгляды, он заметил, что ее зрачки увеличились. Щеки стали малиновыми, а худая шея порозовела. Он подумал, не стало ли у нее все тело розовым, и про себя пожалел, что они не одни, а то он мог бы выяснить это. Скоро. Этой ночью он разведет такой костер, что она не сможет скрываться в тени, и он изучит каждый дюйм ее тела.

Ее застенчивость дразнила его. Он предполагал, что настанет время, когда она придет к нему без оговорок, но он намеревался вкусить от этой стадии их отношений также в полной мере. Как теперь, поддразнивая ее травинкой и наблюдая за ее реакцией, отражающейся на ее лице, он воображал момент, когда он сможет предъявить свои права на все, что она так тщательно охраняла.

— Мы должны возвращаться, — негромко сказала она. — Скоро начнет темнеть. И я устала.

Переполненные кипящей энергией юности, Быстрая Антилопа и Эми вскочили на ноги, готовые тронуться. Когда Лоретта встала, Охотник схватил ее за лодыжку.

— Мы пойдем позже, — осипшим голосом сказал он. На лице Быстрой Антилопы появилась понимающая улыбка, и он взял Эми за руку, чтобы поторопить ее. Лоретта смотрела им вслед. Краска на ее лице и шее стала гуще. Когда она взглянула на Охотника, в ее широко раскрытых глазах была настороженность.

— Почему мы не идем теперь?

— Ты знаешь почему. — Он крепче сжал ее лодыжку и подтащил ближе к себе, переворачиваясь на спину, чтобы лучше видеть происходящее. Он знал, что она не представляет себе, как много открывает юбка, достигающая колен, мужскому взгляду, когда тот лежит на Земле, и старался сохранить нейтральное выражение лица, чтобы она не догадалась. —Иди сюда, маленькая.

— Я хочу вернуться.

Он рассчитывал на то, что она простоит там еще немного, возражая ему.

— Подчиняйся своему мужу.

Она сморщила нос.

— Сейчас еще совсем светло.

— Keemah, иди.

Устав просто смотреть, когда он мог бы трогать, Охотник склонил голову и позволил ей увидеть его хитрую усмешку. Он получил в награду очаровывающий вид изящных бедер кремового цвета и золотисто-медового. Она вскрикнула и упала на колени, словно ее ударили сзади по ногам.

Подобрав юбку под колени, она закричала:

— У тебя совсем нет чувства стыда?

Ответом была его улыбка. Схватив запястье, он притянул ее к себе.

— Стыда нет. Ты моя женщина.

Потеряв равновесие, она упала ему на грудь. Вполсилы извиваясь, она сказала:

— Для всего существует время и место, а это не подходит.

— Нет? — Он просунул руку под блузу. — Я считаю, что это очень хорошее время.

Она дернулась, когда пальцы коснулись ребер.

— Мне щекотно.

Без предупреждения он перекатился с нею, очутившись сверху. Он легко поцеловал ее в губы, передвигая руку с ребер на груди. Маленький бугорок теплого тела абсолютно идеально помещался в его руке. Верхушка стала твердой на его ладони. Щеки ее запылали. Не в состоянии сдерживаться, Охотник поднял блузу и отодвинулся, чтобы посмотреть. Одно бедро он положил на оба ее, чтобы она не двигалась. Он был прав, когда она стеснялась, то становилась вся розовая.

83
{"b":"1507","o":1}