ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да нет, не особо… Я так понимаю, теперь в проекте участвует Люфтваффе?

– Проект в любом случае (Рёстлер подчеркнул слово «в любом») курирует СС и конкретно «Наследие предков»…

* * *

Англичане в эту ночь вели себя очень странно. Уже полчаса как была объявлена тревога, а на город еще не упала ни одна бомба. Хотя кто его знает, как оно должно быть? Полгода назад несколько американских «летающих крепостей» отбомбились по заводам «Зейдель-Науман» и «Хартвиг-Фогель», выбранным ими в качестве запасной цели во время налета на завод в Руланде. Тоже все засели в подвалах, но жилым кварталам тогда ничего не угрожало. Казалось, сам Бог бережет Саксонскую Флоренцию. Люди, как положено спустившиеся в бомбоубежища, не слышали ни одного разрыва. Из этих укрытий не было видно десятков осветительных бомб, висящих на парашютах и заливающих улицы города жутковатым желто-зеленым светом. В 22:10 бомбардировка началась. Колонна из пяти сотен бомбардировщиков «Ланкастер» шла, растянувшись на 200 км. Им нечего было противопоставить. Вся авиация Дрезденского и Берлинского округов атаковала плацдармы на Одере. С десяток истребителей местного ПВО были заправлены последними каплями горючего и подняты по тревоге, но все, что они могли, – это погибнуть первыми. Дальше начался ад, который продолжался трое суток. Осветительные бомбы сделали свое дело и больше были не нужны. Горящие здания и так были достаточно ярким ориентиром. Британцы сбрасывали свой груз, ориентируясь по ним. Жар был такой, что ощущался в кабинах самолетов. Кипшдорферштрассе оказалась в центре огненного смерча. Те, кто прятался в подвалах, оказывались блокированными в собственных укрытиях. Огонь пожирал дом за домом. Выгорание кислорода создавало локальные вихри скоростью 250 км/ч. Тяга создавалась такая, что потоком раскаленного воздуха поднимало в воздух трамваи. Кое-кому посчастливилось вырваться из огненной ловушки – они нашли укрытие в Гроссен Гартене – большом городском парке, который был поначалу вполне надежной защитой, но и этот пробел британцы вскоре выправили. С воздуха парк казался огромным темным пятном в море огня. Следующие волны «Ланкастеров» уже работали по этому темному пятну прицельно, где среди изуродованных деревьев метались обезумевшие люди вперемешку с животными, сбежавшими из разрушенных вольеров зоосада. Истребители сопровождения, расправившись с противодействовавшими им Ме-110, безнаказанно летали над городом, расстреливая улицы из пулеметов.

С 12 по 14 февраля 1945 года уничтожено: 24 банка, 26 зданий страховых компаний, 31 торговая лавка, 6470 магазинов, 640 складов, 256 торговых залов, 31 гостиница, 26 публичных домов, 63 административных здания, 3 театра, 18 кинотеатров, 11 церквей, 60 часовен, 50 культурно-исторических зданий, 19 госпиталей (включая вспомогательные и частные клиники), 39 школ, 5 консульств, 1 зоологический сад, 1 водопроводная станция, 1 железнодорожное депо, 19 почтамтов, 4 трамвайных депо, 19 судов и барж Получили ущерб почти 200 заводов, из них 136 понесли серьезный ущерб (включая несколько предприятий Zeiss по производству оптики), 28 – средний ущерб и 35 – небольшой.

Из сводки полиции г. Дрездена
* * *

Капитан-лейтенант Иоганн Мор – командир гарнизона острова Джерси тоже, как и Карлевитц, был родом из Саксонии, правда, не из самого Дрездена, а из городка Мейссен, что в 20 километрах к северо-западу. Сообщение берлинского радио, в котором сообщалось о 25 тысячах погибших, он воспринял весьма скептически. Сеанс связи со штабом лишь добавил сомнений. Никто ничего толком не знал. Ему сообщили, что сам Мейссен не пострадал и его семья жива, но также усомнились в правильности цифры 25 000. Трупы не на чем вывозить, и их складывают в штабеля прямо на городских площадях. Вероятно, официальная пропаганда занизила потери как минимум в 3–4 раза.

– Можно что-то узнать о семье Карлевитц? – Мор понимал чувства его земляка. Если невозможно запросить данные напрямую – может, получится по его каналам? – Аптека на Кипшдорферштрассе.

– Дом 8, – добавил Карлевитц. После сообщения о бомбардировке он стал как привидение – бледным, во взгляде появилась отрешенность, которой не было раньше.

– Кипшдорфер, 8.

– Постараюсь сделать для вас все, что возможно, – был ответ.

Прошло уже достаточно времени, чтобы не ссылаться на неразбериху, которая обычно возникает сразу же после таких событий. Две недели вполне достаточно для того, чтобы подсчитать потери. Уж во всяком случае, если кто-то остался в живых, должны объявиться – в госпиталях, среди беженцев, но как-то должны.

– Бесит меня наше бессилие! – негодовал Ройтер. – Где все эти асы Люфтваффе? Нас методично сравнивают с землей, а у нас нет даже нормального ПВО! Мейер хренов![20]

Да, Мейер свое слово не сдержал. Очередная глумливая ухмылка судьбы. Харизматический герой крайне редко бывает хорошим администратором.

– У англичан значительное превосходство в технических средствах… – повторил Мор где-то вычитанную фразу, хотя и сам толком в нее не верил.

– Знаете что… Был у меня зенитчик, так вот, пока все уходили от авиации срочным погружением – он атаковал самолеты. Мы погружались только в крайних случаях. Однажды он сбил «Либерейтор».

– Из штатной зенитки?

– Ну не совсем штатной, но у него не было пары «Мессершмиттов» в тайном ангаре под прочным корпусом. Он просто уничтожал самолеты противника. Это была его работа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

вернуться

20

В свое время Геринг заявил: «Я могу заверить германский народ, что пока я являюсь министром авиации, ни одна вражеская бомба не будет сброшена над Германией. Если это будет не так, то моя фамилия не Геринг, а Мейер». Когда бомбы посыпались сотнями в Германии, за ним утвердилась эта фамилия.

14
{"b":"150832","o":1}