ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Анна и Мтеми завтракали вместе со Старой Королевой и членами семейства вождя. Анна узнала Китаму, Патамишу и нескольких младших детей, когда они расселись перед королевскими хижинами и приступили к трапезе. Маленькая девочка обходила всех по кругу с наполненным водой калебасом, сливая на руки каждому из присутствующих. В это время Элия подала огромный глиняный горшок с угали.

— Тебе нужны тарелка и ложка? — спросил Мтеми Анну.

Анна почувствовала, как несколько пар глаз уставились на нее, ожидая ответа.

— Нет-нет, — Старая Королева сама ответила на вопрос сына. — Она с удовольствием будет есть по-африкански. Мы уже разделили с ней вчера трапезу. — Она повернулась к Анне. — Не так ли?

Анна благодарно улыбнулась, чувствуя, что женщина пытается помочь ей стать с ними единым целым и что этот жест является весомым для всех остальных.

— Так.

Мтеми первым взял щепоть угали из горшка, который поставили в середину круга. Вслед за ним этот жест повторили и все остальные — дети сами брали еду, женщины брали угали наравне с мужчинами. Анна знала, что это было довольно необычно. По традиции в Африке мужчины едят первыми, а женщинам и детям достаются лишь объедки. Анна гадала, всегда ли ваганга настолько отличались от прочих племен своего народа, или же это отличие возникло благодаря влиянию извне. Возможно, влиянию Мтеми — или Кики.

После завтрака устроили еще одно собрание племени. И снова Анна напряженно слушала из хижины споры, перемежающиеся переводами Старой Королевы. На этот раз больше всех говорил Мтеми.

— Он утверждает, что белая Королева принесет добро ваганга, — поясняла его мать. — Когда она окажется рядом с вождем, все убедятся, что свести вместе старое и новое, прошлое и будущее, белое и черное — возможно.

Когда она перевела Анне эти слова, той стало любопытно, что сама Старая Королева думает по этому поводу. Если у африканки и были какие-то сомнения, то она умело их скрывала. Всякий раз, когда она пересказывала слова своего сына, в ее голосе не звучало ничего, кроме уверенности в их правоте.

Впервые за долгое время регент перебил Мтеми. Он, разъярившись, кричал все громче и громче, его грубый голос буквально рассекал воздух.

— Что там происходит? — встревожено спросила Анна.

— Мой сын — вождь, — ответила Старая Королева. Эти простые слова были вполне понятны: мой сын — вождь. Регент ничего ему не сделает. Бояться нечего.

Солнце уже почти село, когда решение, наконец, было принято. После того как умолк последний из говорящих, несколько воинов начали петь — с каждым словом их голоса звучали все выше и выше.

— Маджи! Маджи! Маджи!

Остальные присоединялись к ним, один за другим, пока голоса не слились в дружный хор. Старая Королева улыбнулась Анне.

— Они повторяют одно и то же. Дождь! Дождь! Дождь! Это значит, что они согласны, — она гордо вскинула голову. — Мтеми победил. Ты станешь его женой.

Прежде чем Анна успела вполне осознать смысл ее слов, один из воинов вождя появился на пороге, приглашая женщин присоединиться к ним. Он повел их к дереву — Анна шла пешком, а Старую Королеву несли на носилках. Люди расступались, пропуская их. Анна чувствовала на себе множество взглядов, пока шла к месту в центре круга, где стоял вождь.

Лицо Мтеми засияло при виде Анны, идущей к нему. Он смотрел на нее так внимательно, будто хотел запомнить каждую черточку ее лица и изгиб тела. Глаза его излучали глубочайшую радость.

Когда Анна встала рядом с ним, люди снова начали кричать:

— Маджи! Маджи!

Дождь. Дождь.

На этот раз хор звучал для нее. Благословение, переданное в названии того, что ваганга ценили больше всего. Дождь. Кормилец этой земли. Отец посевов. Источник жизни рек. Творец…

Пока хор голосов нарастал, Анна заметила, что регент стоит в стороне и пристально смотрит на нее, сохраняя красноречивое молчание. То, что было принято решение в пользу вождя, означало, как она отлично понимала, его полное поражение. Публичный позор. При мысли о том, что он стал ее врагом, у Анны по спине пробежала дрожь. Она сразу отвернулась от него, пытаясь забыть о его присутствии.

Крики тем временем начали стихать. Мтеми снял нить янтарных бус со своей шеи и надел их на шею Анны. Она задрожала, когда его пальцы легко коснулись ее волос, ушей, а затем и шеи. Но вот он убрал руки, а висевшие на ее шее бусы нежно прикасались к коже. Она чувствовала тепло тела Мтеми, впитавшееся в камешки. Подняв глаза, она встретила взгляд Мтеми. Они долго молча смотрели друг на друга, эта волнующая связь между ними значила намного больше, чем слова.

Затем Зания выступил вперед и преподнес Анне широкий браслет из слоновой кости, на котором были вырезаны простые, но четко различимые узоры. Когда он надел его Анне на руку и тот скользнул по ее предплечью, Старая Королева одобрительно кивнула.

Анна посмотрела по сторонам, останавливая взгляд на лицах людей. Почти все они доброжелательно улыбались. Теперь, когда присутствие белой женщины было одобрено старейшинами, похоже, ее ждал радушный прием. Анна почувствовала, как внутри нее разгорается оптимизм. В тот момент она не могла желать для себя лучшего будущего. Анна представляла, какая жизнь ее ждет: она выйдет замуж за любимого мужчину, будет жить здесь, в этом прекрасном селении у озера. Она сможет любоваться фламинго, когда захочет. Холодными вечерами она будет сидеть у огня в окружении своих близких. Друзей и родных.

И Мтеми — их вождь — будет рядом.

Они будут смотреть друг другу в глаза.

Он будет держать ее в своих объятиях.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Свадьба должна была состояться через несколько недель, чтобы дальним родичам успели передать приглашение. Анне удалось отправить телеграмму родителям в Австралию, в которой она сообщала, что выхолит замуж. Ее будущий муж — адвокат, писала она, закончил Оксфордский университет с отличием. И он — вождь черного племени.

Очень скоро она получила ответ. Элеонора сомневалась в том, что ее дочь не шутит. Ну а если это правда, она может забыть о возвращении в Австралию. Ее черного мужа, кем бы он ни был, там никогда не примут.

Получив телеграмму, Анна угрюмо усмехнулась. Это было так похоже на Элеонору — не уточнять, кто именно не примет Мтеми. Мельбурнское общество? Или родители Анны? Анна понимала, что Элеонора, возможно, и сама не могла ответить на этот вопрос. Перечитав эти строки еще несколько раз, она швырнула телеграмму в огонь, где та медленно съежилась

Тем временем Анне выделили хижину, поскольку до этого ей пришлось ночевать в хижине Старой Королевы. Жилище было подарком ее будущего супруга, но не он, а Патамиша и Старая Королева показали девушке хижину и завели ее внутрь.

Дом, совсем новый и чистый, был обставлен просто — африканская кровать, несколько табуретов и низкий столик. Патамиша указала на отрезы яркой ткани, висевшие на окнах в качестве занавесок.

— Европейцы любят украшать свои дома таким образом, — рассудительно заметила она. — У меня на них ушло несколько отличных китенге.

— Спасибо. Они очень красивые. — Анна была до глубины души тронута этим жестом. Она знала наверняка, что они с Патамишей станут подругами.

Анна медленно поворачивалась, разглядывая свое новое жилище. Все предметы были расставлены симметрично и очень правильно, естественным покрытием пола служили пыль, ветки и солома — все это создавало ощущение покоя и уюта. Она положила руки на крепкую подпорку, установленную в центре комнаты. Свежесрубленное дерево было еще сырым и ощущался сильный аромат живицы.

— Ты довольна? — обеспокоено спросила Патамиша.

Анна улыбнулась:

— Довольна.

Разложив некоторые свои вещи и поместив все остальное в глубине хижины, Анна отправилась на поиски Мтеми. Она шла легким шагом, наслаждаясь ласкающими ее солнечными лучами и вниманием следующих за ней детей. Она нашла Мтеми у дерева, где устраивались собрания. Когда он увидел ее, то присел на срубленную колоду и жестом поманил ее к себе.

76
{"b":"151072","o":1}