ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Но это не одно и то же, правда?

Джоэль глубоко заинтересовалась синей звездой.

— Мы не можем сказать, где сейчас находимся в пространстве, — сказала она негромко. — К тому же в наших условиях эти слова не имеют смысла. Мы попали в юность галактики, за десять-двадцать миллиардов лет до своего рождения.

У Кейтлин перехватило дыхание.

— Мы совершили путешествие во времени?

— Почему бы и нет? Так было с «Эмиссаром». Связывающие Солнце и Феб корабли также совершают его в той или мной степени. Даже Дану, которую обнаружил «Чинук», может находиться в тысячелетнем прошлом или будущем корабля, если отсчитывать от набега на Колесо. Впрочем, с релятивистской точки зрения я весьма не точна в своих словах. Теории, которыми мы обладаем, утверждают, что транспортное поле не способно перенести тебя в прошлое дальше момента собственного рождения. Но сейчас Дану, наверно, не существует. Поэтому вот та Т-машина есть… была или будет чрезвычайно древней… или же поля машин каким-то образом реагируют. Последнее мне кажется более вероятным. В любом случае Иные возникли задолго до этого времени. — Джоэль улыбнулась без всякой радости. — А время-то еще раннее.

— Да, — согласилась Кейтлин, — даже звезды еще не сотворены.

— Пока их еще немного, потому что мало атомов более сложных, чем водород и гелий. Газовые облака до сих пор коллапсируют внутрь себя, образуя галактики. Позже из газа образуются солнца…

— Словно капли росы из утреннего тумана, — Кейтлин загорелась радостью.

— …и в них сформируются более тяжелые ядра…

— …воздух, чтобы дышать, железо, чтоб течь в крови, и золото для обручального кольца и любви.

— Но процесс едва начался. Ты видишь перед собой молодую звезду. Она так велика, что смогла возникнуть с единственным компаньоном из глобулы Бока, а не из скопления внутри туманности — сверхгигант типа О со светимостью, в пятьдесят тысяч раз превышающей возможности Солнца. Окажись мы поближе, излучение звезды сразу убило бы нас. Ей недолго жить на главной последовательности. Несколько миллионов лет — в лучшем случае, — и она взорвется сверхновой. И короткое время будет светить так, как целая галактика, — светит или будет светить — в наши дни… а потом останки звезды сожмутся в нейтронный шар или в черную дыру. Сотворенные в ходе взрыва тяжелые элементы разлетятся по космосу, сделаются частью последующих поколений звезд и планет.

— Но у этой звезды есть небольшой спутник, ты видела его? Пострадает и он. Но если люди и бетане действительно знают астрофизику, он преобразится в пульсирующую новую звезду, не похожую на сверхновую, но также разбрасывающую во вселенную тяжелые элементы.

— Я возьмусь утверждать, что подобная ситуация уже происходила — на чрезвычайно ранней стадии космической истории, — быть может, внутри туманности. Так возникла местная концентрация углерода, азота, кислорода и прочих элементов, необходимых, чтобы могли сконденсироваться планеты, способные породить жизнь, даже раньше чем возникли первые очертания галактики. А одна или несколько образовавшихся там жизненных форм и эволюционировали в Иных.

— Не исключено, — договорила Джоэль, — что малая доля наших с тобой собственных тел образуется сейчас на этой звезде, прямо перед нашими глазами.

Хлопнув в ладоши, Кейтлин сказала:

— Так вот почему Иные сделали здесь Ворота; они прилетают сюда посмотреть…

— Вне сомнения, — Джоэль вздохнула. — Я надеялась, что Иные оставили здесь исследовательскую станцию. Поэтому мы движемся под углом к Т-машине, а не прямо возвращаемся назад. Но я больше не верю тому, что здесь что-то найдется. Подобная станция оказалась бы неподалеку. Ведь все здесь, включая Т-машину, должно быть прислано из прошлого. А это чудовищное предприятие — полубоги они или нет. Конечно, Иных интересовало многое. Кроме того, взрыв гиганта уничтожит здесь все, кроме разве что самой Т-машины. Нет, скажу так: Иные прилетают сюда в кораблях — или в том, что у них заменяет космический транспорт, — чтобы провести наблюдения. Интервал может составлять тысячи лет. — Помедлив, она добавила:

— Но если у них есть здесь что-то, несмотря на все мои догадки, искать можно повсюду. Остается лишь помолиться, чтобы отыскать в столь просторной звездной системе искусственный объект. Итак, мы проведем здесь день или два, посмотрим, пощупаем, послушаем… — а потом предпримем новый прыжок.

Джоэль внимательно глядела на звезду, и Кейтлин спросила:

— А ты была бы счастлива, изучая этот мир?

— Здесь работать трудно, — Джоэль криво улыбнулась. — Израсходовав массу, мы вынуждены будем перейти во вращение, а это ужасно помешает любым исследованиям. Хуже того, нам останется только гадать, от каких возможностей мы отказались. Надо идти дальше. — Она помедлила. — А это пугает. — И выпалила, не справившись с порывом:

— Вселяй же в нас бодрость, Кейтлин.

Квартирмейстер покраснела, ресницы ее задрожали, голос дрогнул, голотевту еще не приводилось видеть ее столь застенчивой.

— Как это сделать? Я… Я всего только бард. Но ты творец, доктор Кай, ты — посвященная, ты — друид. Наши жизни зависят от тебя.

— Нет. От Фиделио… при нынешнем положении дел. И ты понимаешь то, что я не могу… прости меня. — Джоэль повернулась. — Пой. Я вспомнила о делах. — И вышла широким шагом. Кейтлин было видно, как дрожат ее плечи.

Глава 33

Прыжок.

И небо наполнилось звездами. Сердце Бродерсена на миг замерло: Т-машины как будто не было рядом. И только потом обнаружив вдали крошечную иголку, он сумел оглядеться и удивиться.

Солнце казалось отсюда примерно таким же, как земное светило, однако же отливало зеленью — возглас удивления вырвался у него — и было просто усеяно темными пятнами. Прибор утверждал, что светимость единицы поверхности на тридцать процентов превосходила светимость Солнца. Вокруг звезды полыхала лохматая корона, Бродерсен без специального увеличения различал огненные гейзеры протуберанцев, но зодиакального свечения заметить не смог, даже погасив экран почти до предела и включив усиление слабых источников света. Приняв отчеты, он приказал ускорить «Чинук» в орбитальной плоскости транспортного устройства и приступить к исследованиям, поскреб в затылке, а потом посетовал, обращаясь в интерком:

— Эй, там, что случилось? Я не знал, что главная последовательность включает зеленые звезды.

Голотевты не ответили, они были слишком увлечены делом. Через какое-то время к нему пробился робкий голос Сью Гранвиль:

— У меня есть догадка. Зеленые звезды существуют, но в слишком узком диапазоне поверхностных температур, так, что мы слишком редко наблюдаем их.

— И поэтому Иные заинтересовались этой звездой?

— Нет, по-моему, она просто покидает главную последовательность и на короткое время приняла зеленый оттенок. В ядре водород выгорел, зона ядерных реакций продвигается к поверхности.

— Подожди-ка. А почему звезда не превращается в красного гиганта?

— Да, этим дело закончится, но сперва звезда сожмется и значительно разогреется, что укорачивает максимальную длину волны излучения. Фаза расширения уже началась, но необходимо время, чтобы поверхность остыла, свет ее покраснел и возросла полная светимость… — Она разочарованно добавила:

— Но ты же ведь знаешь элементарную астрономию.

— Не надо, Сью, я не сумел сообразить этого сам.

Убедившись, что никто не обнаружил ничего опасного, Бродерсен оставил командный центр. Не имея сил противиться себе, он обошел исследователей, назадавал им вопросов и, постаравшись не быть обузой, отправился на поиски Кейтлин. Она находилась в кают-компании посреди видеоэкранов и восхищалась. Едва он вошел, она метнулась к нему с циклоническим поцелуем и обхватила шею руками.

Бродерсен отвечал соответствующим образом; прервав поцелуй, чтобы набрать в грудь воздуха, она проворковала:

— О, Дэн, какие виды! Сколько мы еще узнаем и сделаем!

— Я сейчас лучше взялся бы за дело, — буркнул он. — Собственная бесполезность действует мне на нервы.

77
{"b":"1511","o":1}