ЛитМир - Электронная Библиотека

Поезд с грохотом мчался вперед. Руперт внимательно следил за показаниями приборов и за рельсами. Его радовало ощущение скорости, биение мотора… Жар и дым казались веселым дыханием свободы. Ни земные, ни небесные силы не могли остановить движение. Принц громко рассмеялся и запел кавалерийскую песню, которую слышал во время войны на континенте, время от времени дергая шнур свистка.

Morgenrot, Morgenrot, Leuchtest mir zum frilhen Tod? Bald wird die Trompete blasen. Dann muss ich mem Leben lassen, Ich und mancher Kamerad!

Уилл Фарвелл, набросав полную топку угля, тяжело вздохнул и отставил в сторону лопату. Потом дотронулся до руки принца.

— Послушайте, мой лорд… — Когда принц оглянулся, он продолжил, стараясь перекричать шум локомотива: — Может, я и некстати об этом, раз уж Господь послал нам этот кипящий чайник для спасения, только вот где мы возьмем для него огоньку, когда он все сожрет? Пожалуй, впереди нас ничего хорошего не ждет, одно гнездо бунтовщиков едва ли лучше другого…

— Верно. Ну, придумаем что-нибудь, я знаю местные дороги.

Уилл вытаращил глаза.

— Знаете? Ну, я никогда не верил россказням о том, что ваше высочество умеет разговаривать со зверьми, но сейчас… вам что, о дорогах местные мышки рассказали?

Руперт, поглядывая на пульт управления, объяснил:

— Видишь ли, я всегда интересовался искусством механики не меньше, чем искусством гравировки и алхимии. В этом мы с сэром Мэлэчи оказались похожи. И он был просто счастлив поговорить о том, что он уже сделал и что планирует. Без сомнения, он-то думал, что это может помочь обращению меня в его веру… — Взгляд принца стал темнее сажи, покрывшей его лицо.

— Ну да, — заметил Уилл, — а потом бы они во имя Духа Святого уморили вас голодом.

Руперт кивнул.

— Все может быть… Ну, — продолжил он, — среди многого другого Шелгрейв дал мне множество сведений о железных дорогах для его личных поездов и позволял водить паровоз, когда мне того хотелось — ну конечно, солдаты постоянно держали меня под прицелом. И мы много говорили о том, что делают сам Шелгрейв и его друзья-магнаты и на что надеются в будущем. Не могу отрицать, замыслы у них грандиозные. Я видел карты, расписания, счета за доставку грузов; и, естественно, я знакомился с подобными вещами раньше, когда готовил нашу военную кампанию. Железных дорог в Англии не так уж много, а полководец обязан иметь хорошую память. Короче говоря, я знаю всю эту паутину, как никто другой. Ну а если учесть, что лишь мне известно, какие участки путей взорвали Рыцари… даже Шелгрейву это неведомо.

— Так, значит, у генерала уже есть план? — Уилл поскреб щетинистый подбородок. — Глупый вопрос, да. У генералов всегда есть планы. Или наготове хитрость, или заговор, или еще что-нибудь в этом роде.

— Может быть, Господь посодействует нам… Я верю, он хочет нам помочь, ведь позволил же он строителям проложить эти дороги — как раз перед тем, как началась война… и мы можем обойти стороной такие опасные для нас большие города, как Манчестер или Шеффилд. Мы можем пополнить запасы угля и воды в Бакстоне, он уже недалеко. Вряд ли в это тревожное время тут ходит много поездов, так что я полагаю — на станции будет немного служилого люда, и мы вполне сможем с ним управиться. И нам необходимо еще передать вперед сообщение, а ему поверят только в том случае, если оно пойдет с крупного узла.

— Сообщение, сэр?..

— Ну да, мы просемафорим в Сток-Трент, там нам снова понадобится утолить голод и жажду этой железной скотины. Я передам, что мы едем со специальным заданием и что нам обязаны оказывать всяческую помощь, несмотря на нашу внешность. В Сток-Тренте мы свернем на линию, ведущую на запад. Та ветка, что идет к Честеру, разрушена, а даже если ее и восстановили — она в руках неприятеля. Но та, о которой я упомянул, заканчивается в Лланголене. Оттуда я рассчитываю отправиться на юг — там планировали провести дорогу, связывающую Уэльс, точнее, его угольные шахты, с мидлэндскими мануфактурами. Война остановила это строительство, и Лланголен остался маленькой станцией, мало кого интересующей… а Уэльс остался для короля.

— Мудро задумано, ваше высочество, — просиял Уилл. — Достойно завоевателя Повик-Бриджа, Эджхилла, Брентфорда, Бирмингема, Уайтбриджа — где вы разгромили неприятеля еще до завтрака, а потом спокойно вернулись к себе, чтобы закончить бритье… и еще Бристоль, Ньюмарк… — Внезапно у него перехватило в горле. — Ох, мой лорд, простите меня, я бы не хотел… ну, в общем… Ох, смотрите!!!

— В чем дело? — резко спросил Руперт. Уилл ткнул пальцем сквозь летящую вокруг золу. Далеко впереди виднелся плюмаж белого дыма; он быстро приближался. Руперт схватился за подзорную трубу.

— Ого, другой поезд на нашей линии! — проворчал он. Мускулы его напряглись, вздув рукава истрепанной, почерневшей рубахи. — Да, я боялся чего-то в этом роде… Но странно, что это случилось именно здесь. Впрочем, мы ведь идем вне расписания — хотя эта ветка сейчас почти не эксплуатируется…

Уилл плюнул на лопату.

— Ну, по крайней мере, мне не придется пока что махать тобой! — И тут же обратился к принцу. — Ваше высочество, я ведь… э-э… старый лесничий… если это можно так назвать… а вон там, сразу за ржаным полем, неплохой лесок, и, если мы туда быстренько отправимся, вряд ли мы кого-то встретим по пути.

— Э нет, ты не покинешь нашего преданного железного коня, верно ведь? А с тем, что наступает на нас, я сам разберусь. — Руперт расхохотался. — Кидай уголек! — И он вернулся к пульту управления.

Уилл, хотя и выглядел изрядно напуганным, принялся за работу.

— Ну, — пробурчал он, — если мы собираемся поиграть в Робина Гуда на мосту, то вам впору назваться Малюткой Джоном.

Машинист встречного поезда дал отчаянный свисток и резко затормозил. Паровоз, громыхая и скрежеща, остановился. Руперт остановил машину более плавно, и так, что скотосбрасыватели обоих поездов почти соприкоснулись.

— Ты кто такой, наглый бродяга, негодяй! — заорал машинист встречного поезда. — Какой ненормальный диспетчер отправил тебя сюда? Назад, осади назад!

Руперт ответил так же громко, но куда более спокойно:

— Мы ведь уже совсем рядом с Бакстоном. И будет куда лучше для нас обоих, если ты уступишь дорогу.

Дородный рыжеволосый машинист взмахнул кулаком; похожий на медведя кочегар повторил его жест.

— Болван! — закричал машинист. — Прочти надпись на моем котле: «Вестминстер, Бирмингем — Манчестер»! А ты, местная шушера, имеешь наглость просить, чтобы я вышел из расписания?!

— Ну, война оставила от вашей важной линии одни обломки. Веди себя разумно, дай задний ход. У меня дело куда более важное, чем доставка тканей или даже пива, если оно есть в твоих вагонах.

Машинист схватил гаечный ключ.

— Я тебе покажу важное дело!

— Ох, да неужели, приятель? — И Руперт взмахнул мечом. Он бросился вперед, как тигр, в мгновение ока перепрыгнул на встречный локомотив и встал, возвышаясь над машинистом и кочегаром, неторопливо размахивая грозным лезвием.

— Мне казалось, это было бы по-христиански, если бы ты сделал мне одолжение, — промурлыкал принц. Гаечный ключ и лопата кочегара с грохотом упали на пол. Паровозная бригада с разинутыми ртами уставилась на гиганта с мечом в руке. — Ну, если вам так уж противно оказывать мне любезность, что ж, я сам это сделаю, и даже позволю вам прокатиться в одном из ваших вагонов, правда, хорошенько запру дверь. Ну, спускайтесь вниз, да не пытайтесь удрать. У меня ноги подлиннее ваших, это нетрудно заметить.

Уилл снял запор с двери одного из багажных вагонов, открыл его и заглянул внутрь. После этого Руперт загнал пленников в вагон.

— Я так понял, мой лорд, что вы решили сменить поезд. — (Руперт кивнул.) — Прошу вас, одну минутку. Я хочу тут посмотреть… — Он заглянул в следующий вагон и издал радостный вопль. — Э, тут и в самом деле пиво, полные бочонки, настоящий темный эль! Пожалуй, мы не помрем от жажды, хотя, конечно, вполне можем уписаться!

18
{"b":"1514","o":1}