ЛитМир - Электронная Библиотека

— Эй, Коуди, ты здесь? Выкладывай свои карты!

…Спустя некоторое время приятели стали прощаться. Все столпились перед домом, с наслаждением вдыхая чистый, насыщенный прохладой вечерний воздух.

— Какие шансы на то, что вы с Маргарет снова закрутите романчик, а? — спросил Джесс, подходя к своей машине.

— Нулевые, — резко бросил Коуди.

— А я готов поставить на то, что ты сам себе врешь.

— Что? На мою личную жизнь теперь делают ставки? — возмутился Коуди, оглядывая приятелей.

— А почему бы и нет? — ухмыльнулся Вилл. — Мы все готовы поспорить. А ты?

— Никогда не отказываюсь от лишних денег. Ставлю сто долларов.

— О’кей, — обрадовался Вилл, доставая из кармана блокнот.

Когда к дому Коуди подъехала машина Маргарет, мужчины уже прощались.

— Похоже, нам надо поторопиться, — громко заметил Харрис. — Что же ты нам не сказал, что у тебя ночное свидание?

— Можете не обольщаться на мой счет, — парировала Маргарет, подходя к компании друзей. — Я всего лишь привезла Коуди почту.

— В такое-то время? Он так популярен?

— Фото в «Одиноком ковбое» сотворило чудо. Кстати, кто хочет подписаться на следующий месяц? У нас специальное предложение. Мы гарантируем результат, а в противном случае возвращаем деньги.

— Мы сначала поглядим, чем все закончится у Коуди, — кивнул Барт в сторону друга. — С нетерпением ждем развязки.

— Да-да, мы даже заключили пари, что все закончится удачно, не так ли, Коуди?

Коуди лишь покачал головой, игнорируя насмешки приятелей и старательно избегая озадаченного взгляда Маргарет.

Мужчины наконец уехали, а Маргарет осталась стоять у своей машины, любуясь ночным небом. Прислонившись к двери, Коуди наблюдал за ней. Он не видел ее лишь несколько дней — не месяцев. До этого он спокойно жил без нее шесть лет. Так почему же сейчас, черт возьми, один день без Маргарет приравнивался в его сознании ко дню без солнца, без чашки кофе или даже без воздуха?

Не в силах противиться порыву, Коуди подошел к девушке и прислонился к машине рядом с ней. Он коснулся ее плеча, ощущая восхитительное тепло, исходившее от ее тела, вдыхая запах роз, который всегда напоминал ему о ней. Но этого было мало. Ему мучительно хотелось быть еще ближе. Впиться в ее губы и почувствовать их сладкий вкус. Запустить пальцы в облако ее волос. Заключить ее в объятия и не отпускать…

Коуди сжал кулаки. Если она действительно «неровно дышит» к нему, почему смотрит не на него, а на небо? Почему не повернется к нему, чтобы он смог увидеть, как напрягается от дыхания ее грудь? Почувствовав легкую дрожь в теле девушки, Коуди резко обхватил ее за плечи и развернул к себе.

— Я скучала по этому, — прерывисто прошептала она.

— Я тоже. — Коуди сжал пальцы на ее плечах. Значит, она все-таки скучала по нему.

— Я о звездах, — добавила Маргарет слегка дрогнувшим голосом.

— Что, в Чикаго нет звезд? — сухо спросил Коуди, отстраняясь от девушки.

— В городе они не такие, совсем не такие. — Из-за облаков величественно выплыла луна. — Какая же она красивая, — восхитилась Маргарет.

— Такая же, как ты, — пробормотал Коуди и тут же пожалел о сказанном — взгляд девушки сразу же стал настороженным.

Но она действительно была красива, безумно красива в нежном свете луны, с отражающимися звездочками в глазах. Красива настолько, что на нее больно было смотреть. И больно было думать о том, сколько они упустили за прошедшие шесть лет и как мало знали друг друга. Но ее это не тревожило, она с мечтательной полуулыбкой созерцала луну, возможно думая о каком-нибудь лунном мужчине. Но точно не о нем.

— Ты впервые со дня своего возвращения тепло отозвалась об этом месте, — с легкой досадой в голосе заметил Коуди. — Сказала, что небо красивое.

— Правда?

— Да. Ну так где же мои письма?

Девушка открыла заднюю дверцу машины и вытащила три больших почтовых мешка.

— О, Боже!

— А ты как хотел?

— И что мне делать с этим богатством?

— Прочитать и ответить.

— Я один не справлюсь.

— Мы могли бы вместе просмотреть и рассортировать письма.

— Сейчас?

— А ты что, занят?

Коуди в ответ лишь пожал плечами, взял один набитый мешок и понес к дому. Маргарет вошла вслед за ним в гостиную. Вернувшись с двумя оставшимися мешками, он заметил, что Маргарет критически изучает комнату.

— Оставь мысли о перестройке моей гостиной, — предупредил Коуди.

— Как ты узнал? — Маргарет улыбнулась, и в глазах у нее сверкнула озорная искорка. Если бы этот взгляд предназначался лично ему…

— По блеску твоих глаз, он мне уже знаком. Но сначала ты закончишь спальню.

— Ладно, давай начнем, — кивнула девушка в сторону мешков.

— Куда деваться, — вздохнул Коуди, вытряхивая содержимое одного мешка на пол. — А знаешь, у тебя есть деловая хватка. Ты даже моих карточных друзей готова использовать в целях бизнеса!

Маргарет вызывающе скрестила руки на груди.

— Подожди, подожди, не ты ли убеждал меня остаться здесь и помогать одиноким ковбоям искать свое счастье вместо того, чтобы декорировать дома в Чикаго? Вот я этим и занимаюсь.

— Кстати, о декорации. Ты еще не видела свой разрекламированный потолок.

— А ты еще не видел своих писем. Неужели тебе не интересно прочитать их?

— Слишком много, — запротестовал Коуди, — я не смогу.

Девушка посмотрела на холодный камин. Тот самый, в котором так ярко пылали дрова зимой. Той зимой… Когда они лежали вдвоем на медвежьей шкуре, любовались искорками и строили радужные планы… Маргарет села на пол спиной к камину.

— Послушай, что часто говорила тетя Мод. «Письма нужно раскладывать в три стопки. Первая — конкретные возможности, вторая — пятьдесят на пятьдесят, а третья — абсолютное нет».

Коуди плюхнулся на ковер напротив девушки, мрачно оглядывая груду писем.

— И вообще, ты должен радоваться, что пользуешься такой популярностью, — заметила Маргарет, бросив на мужчину быстрый взгляд.

— О, я без ума от счастья. На самом деле радоваться должна ты. Объявление составила ты, фотосъемку организовала тоже ты. Ты говорила мне, что надевать на себя, а что не надевать. Я не прав?

Оставив вопрос без ответа, Маргарет вскрыла первый конверт, пробежала глазами и отбросила в сторону.

— Что-то не так с первой кандидаткой? — поинтересовался Коуди.

— Все не так. Она не может и двух слов связать, не говоря уже о том, чтобы составить нормальное предложение.

Мужчина взял фотографию, прилагавшуюся к письму.

— Это она? Подожди-ка, а при чем тут, собственно говоря, ее грамотность?

— Ни при чем, абсолютно ни при чем. Если она тебе нравится, можешь положить послание в стопку пятьдесят на пятьдесят. — Маргарет не понимала, почему ей стало так грустно. Она не ревновала Коуди, уж тем более не к этой пустоголовой блондинке. Нет, ее просто разочаровал его вкус. Она быстро просмотрела еще четыре письма и безо всяких комментариев отбросила их в стопку «нет». Девушка сжала губы, почувствовав, как к горлу подступил комок. Мысль о том, что Коуди будет переписываться с этими женщинами, а возможно, и женится на одной из них, беспокоила ее больше, чем она сама была готова признать. Скомкав пустой конверт, она взглянула на мужчину. Он, казалось, полностью погрузился в чтение длинного письма.

После бесплодных попыток прочесть хоть одно перевернутое слово, Маргарет не выдержала.

— Уж не думаешь ли ты действительно жениться на ком-нибудь из них? — поинтересовалась она, стараясь придать голосу безразличие.

— Нет. А что?

— То, что ты уже минут пять читаешь одно письмо.

— А ты вот послушай. «Я мечтаю сделать жизнь любимого мужчины радостной и счастливой. Я разведенная, привлекательная зеленоглазая блондинка тридцати с небольшим лет. У меня прекрасное чувство юмора и, судя по твоему объявлению, у тебя тоже». Коуди ухмыльнулся. — Ну за это тебе спасибо, ведь ты составитель рекламы.

20
{"b":"151999","o":1}