ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лодочник широко ухмыльнулся, затем выражение его лица вдруг стало серьезным.

— Джои, куколка, прости, я не имел в виду ничего плохого, честно, детка, — извинился он.

Джои? Куколка? Это что-то новенькое. Джоанна спрашивала себя, а понял бы Лодочник профессиональный жаргон и намеки, звучавшие в ее редакции лет десять назад. Может, он и бандит-громила, но себя он все-таки считает джентльменом.

И он старался соответствовать. Джо заставила себя сосредоточиться на том, чем он занимается, зарабатывая на жизнь. Откуда у него такая кличка. Он переправлял людей с этого света на тот. И особенно на том, что он — если это был он — сделал с Джимбо О’Доннеллом. Джоанна радовалась, что О’Доннелл мертв. Она радовалась даже тому, что он умер ужасной, мучительной смертью. Но было как-то странно, что она сидит в хорошем ресторане с обаятельным, безупречно одетым мужчиной, который, возможно, отрезав другому мужчине его достоинство, заживо похоронил его.

— Лодочник, это же вы сделали его, да? — наконец спросила она. — Так считает полиция. Работал профессионал. И почерк похож на ваш.

Артур Ричард Браун умоляюще протянул к ней обе руки:

— Клевета все это. Ну разве я способен на такое злодейство? — И он улыбнулся своей самой широкой улыбкой, обнажая крупные зубы с желтоватым налетом и золотыми пломбами. — Дорогая, я чист, как младенец, и больше мне добавить нечего, — сказал он ей.

А затем, совсем как Майк Филдинг, когда они встретились в самый первый раз, неприлично подмигнул ей.

Глава четырнадцатая

Через месяц Лодочника арестовали во второй раз. Все было просто. Полиция нашла его «форд-транзит», а в нем, несмотря на то что машина была вымыта, вычищена и даже перекрашена, улики, подтверждающие, что в салоне перевозили Джимбо О’Доннелла. Скорее всего — принудительно. Любительская покраска автомобиля сыграла роковую роль в крушении Лодочника.

Тим Джонс разузнал в Скотланд-Ярде подробности. Оказалось, что один молодой зоркий констебль заметил, что красный «форд-транзит» местами небрежно покрашен: едва заметные брызги красной краски попали на задний и передний бамперы, на нижнюю часть одного из боковых окон и даже на угол лобового стекла. Констебль пробил регистрационный номер по базе и выяснил, что он принадлежит другому автомобилю. В то время в столице орудовала банда, угонявшая машины, и молодой полицейский получил приказ обращать особое внимание на подозрительные машины и своевременно делать проверку. С прилежанием новичка он четко следовал инструкции, хотя видавший виды «транзит» вряд ли мог заинтересовать профессиональных угонщиков. И уж конечно, констебль не предполагал, что выйдет через проверку на какое-то гораздо более серьезное преступление.

Водителя «транзита» допросили. Выяснилось, что это мелкий преступник по имени Колин Феррис, владелец мусорной свалки в местечке Грейвсенд. В прошлом его подозревали в причастности к угону машин.

А тем временем по «транзиту» провели дальнейшую проверку. Машина оказалась зарегистрированной на Лодочника. Феррису пригрозили, что его бизнес прикроют, и он признался, что Лодочник пригнал ему эту машину и заплатил, чтобы тот уничтожил ее в своей мусородробилке. Но Феррис не выполнил свою работу. «Тачка еще приличная, а мне как раз были нужны колеса, — объяснил он. — Лодочник совсем недавно поставил почти новый мотор. Но машина выглядела неказисто, а таких „транзитов“ кругом труд пруди, все старые. Вот я и решил, что перекрашу да поменяю номера, „фордик“ еще и побегает. И никто ничего не узнает».

В конце концов, Феррис был всего лишь мелкой сошкой. Если он и знал или догадывался, почему Лодочник хочет уничтожить свою машину, то так ничего и не сказал.

Лодочника арестовали сразу. На этот раз против него были основательные улики. К тому времени, когда у Колина Ферриса обнаружили машину, по идее, улик не должно было остаться. И все-таки их было достаточно в век, когда наука дошла до того, что легко извлекала ДНК даже из влаги, оставленной дыханием на стекле. На полу и стенках задней части салона «транзита» обнаружили маленькие пятнышки засохшей крови. Экспертиза показала, что это кровь О’Доннелла.

Лодочник сдался. Он был преступником старой закваски и посчитал, что с такой уликой ему не выкрутиться. К тому же у него за спиной не стояла команда лучших адвокатов, как это бывало у человека, которого он убил. И он верил, что суд смягчит ему приговор, если он сознается и признает себя виновным. Поэтому Лодочник пошел на сотрудничество. Он знал, когда игра проиграна. Его карьера подошла к концу, только сам он называл это другими словами.

Тодд Маллетт допрашивал его лично. Суперинтендант считал, что даже сейчас следствие не подошло к развязке, и сам хотел активно участвовать в проведении расследования.

Лодочник упорно не говорил, кто его нанял, но признался, что этот человек действительно хотел отомстить за смерть и унижение Анжелы Филлипс. Лодочнику всегда нравилось выступать десницей судьбы. Однако оставалось еще несколько вопросов, ставивших Маллетта в тупик.

— Но зачем же использовать свою собственную машину? — спросил детектив.

— Ну видите ли, мистер Маллетт, никогда не знаешь, как лучше поступить в сложной ситуации, — начал сосредоточенно объяснять Лодочник. Он говорил так, словно читал полицейскому лекцию по криминологии. — Мне надо было доставить Джимбо в Дартмур, туда, где нашли тело Анжелы Филлипс, это входило в условия сделки. И привезти его туда надо было живым, и разделаться с ним уже на месте. Примерно так же, как он поступил с бедной девчонкой. Ну вот, я бы угнал тачку, а меня остановили бы, верно? Поэтому я решил, что безопаснее поехать на своей машине. Мой «транзит» уже давно пережил лучшие времена, и я подумал, что после я его просто уничтожу. Мне платили хорошо, и я вполне мог купить себе что-нибудь достойное. Если бы не эта крыса Феррис. Он меня подставил, так? Я заплатил, чтобы гаденыш уничтожил машину, а его жаба задушила. Решил сделать по-своему. Эх, мистер Маллетт, оставьте меня всего на пять минут с ним наедине, не буду говорить зачем…

— Да и не надо, но, боюсь, тебе придется долго ждать, — безрадостно усмехнулся Тодд.

— Понимаю, мистер Маллетт, — ответил Лодочник.

Тодд предпринял последнюю попытку вытащить из него ту информацию, которая его действительно интересовала:

— Лодочник, сказал бы ты нам, кто тебя нанял, а? Срок бы поменьше получил.

Все это Лодочник отлично знал и сам. Он кивнул, но не уступил. Если честно, то детектив-суперинтендант и не ждал, что тот сдаст клиента.

— Ничего я вам не скажу, мистер Маллетт, — бесцветным голосом произнес Лодочник.

Джоанна позвонила Филдингу на мобильный, снова пытаясь выяснить, кто бы мог нанять Лодочника. К тому же для нее это был хороший повод. Она боялась признаться себе, но ей безумно нравилось слышать его голос. Пусть старый и усталый и ноет о пенсии, словно говорит не Филдинг, а кто-то другой. Каждый раз, когда она видела его, говорила с ним, она вспоминала, каким он был прежде. Именно таким оставался он в ее мыслях, и она упорно не желала замечать перемены.

Майк сказал, что будет в Лондоне через пару дней.

«Как ты смотришь на то, чтобы вместе пообедать?» — поинтересовался он.

Джоанна ответила не сразу. Как она на это смотрит… Идея пообедать с Майком была очень заманчива. Что и говорить. И, нарушая свое принципиальное решение навсегда порвать с ним, она услышала, словно со стороны, как соглашается встретиться с ним в том же самом итальянском ресторанчике, приткнувшемся на выезде из Стрэнда, где они так часто обедали двадцать лет назад.

Она удивилась, что Майк до сих пор помнит об этом ресторанчике. Каждый раз, проходя мимо, Джоанна тоже вспоминала их встречи там.

«Нам обоим известно, о каком ресторане идет речь», — будто вскользь заметил Филдинг.

И она снова согласилась с ним, словно поверила, что причина только в этом — выбрать удобное место для встречи. Когда она вошла в обеденный зал, он уже сидел за столиком для двоих в дальнем углу. Джоанна отметила, что Филдинг выглядит гораздо приличнее, чем когда она видела его в Девоне. В голове промелькнул вопрос: может, теперь свой лучший костюм он бережет для поездок в Лондон? Или для нее? Нет, она льстит себе. Но несомненно, выглядел он шикарно, точно так, каким она запомнила его с тех старых добрых времен. На нем были модный легкий пиджак, светлая рубашка и шелковый полосатый галстук в тон. Взгляд по-прежнему оставался разочарованным, но не настолько усталым, будто на плечи Филдинга легли все тяготы мира. Майк поднялся поприветствовать Джоанну. Его не поймешь: то воспитанный и очаровательный, а то вдруг просто свинья.

57
{"b":"152007","o":1}