ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Продолжайте, Мария Васильевна, мы вас внимательно слушаем, — Купер скрестил руки на груди.

К нему склонились Бэн и Рэй — слушать перевод.

И колдунья стала рассказывать:

— Болото имеет Сердце, где и живет древний, могущественный полубог-полудемон. Обозначается Сердце Болота изваянием этого демона…

Купер в данный момент посмотрел на Ананьева и чуть заметно подмигнул ему.

— Насчет изваяния ты, как в воду глядел, — тихо-тихо произнес, скорее для себя, Борис Михайлович.

— К Сердцу Болота ведет тропа, — говорила дальше старуха. — Начинается тропа около так называемой Деревни Колдунов.

— Деревня? В такой глуши? — опять не удержался от возгласа Лёга.

— Да, — невозмутимо продолжала ведьма. — Но, в свое время, те места не были глушью. Там проходила старая прямая дорога на город, — аккурат возле болотного края, через лес. Раньше по ней купцы, с товаром и за товаром — во все близлежащие и дальние волости ездили. Разумеется, и окольный путь тут находился, — чтоб огибать топь далеко-далеко, — за семьдесят верст от трясины, — где и грязи меньше и места не столь глухие, но на том пути сначала князья, а потом царь-батюшка, заставу держали, — купцам оброк приходилось платить. Вот, скупость и гнала их дальше ходить старым путем. А насчет опасностей, скрытых в болоте, — это я вас о них сейчас предупреждаю… Они же не знали нужных заповедей, нарушали их. Понятно, что дорога прослыла опасной.

Купер снова посмотрел на Ананьева и тихо сказал:

— Краеведы Чичваркин и Устинов… Помнишь?

— Однако, потом, советская власть наступила. Купцы, понятное дело, исчезли. Что же касается обычного люда, так они, во-первых — по привычке, — им-то и раньше прятать от князей или царя было нечего, а во-вторых, из-за страха дьявольской топи, где нерадивые торговцы гибли, окольного направления продолжили придерживаться. Потому старая дорога начала зарастать… Это же не как ныне — асфальтова покрышка на земле лежит, — не, — обычная грунтовая лента вилась по наиболее крепким местам, — где люди пройдут, да обозы не застрянут, — без излишеств. Свято же место — пусто не бывает. Ведь, и через асфальт росток, иной раз, пробивается. А земля и вовсе такой жажде жизни противостоять не может, наоборот — благоволит ей. Ко всему прочему, в 30-х годах, при Сталине, через Череповец мощеную автомагистраль построили… С тех пор, естественно, и окольный путь забросили. Про старую же дорогу вообще никто не стал вспоминать. Потому в наши дни невозможно не то, что отличить — где там когда-то люди ездили, но и спросить об этом, — не у кого. Окольное полотно местами булыжником выкладывали. Булыжные отрезки сохранились, но для вас они — бесполезны, ибо очень далеки от тех мест, куда вам надо, да еще и в другую сторону ведут, — как я и говорила, — за семьдесят верст топь обходят. Но вы не бойтесь. Путь к деревне колдунов все-таки есть! До нее вы сможете добраться, если поедите вперед по колее в лесу, по которой уже ездили к повороту на свой лагерь. Надеюсь, понятно? В общем, сворачивать к старой лесопилке — вам не надо. Вместо этого вы отправитесь, минуя перекресток, дальше, — через холм. Колея идет в пределах полосы вырубленных деревьев, — лесного просека. Деревья полосой вырубали несколько лет назад, чтобы прокладывать затем в тех местах высоковольтную линию электропередач. Она должна была проходить в аккурат мимо болота — прямиком с юго-востока, на северо-запад. Но, как только прокладка линии, точнее, — подготовка к прокладке, — вырубка, в деревню уперлась — работа встала, потому что кое-кто сделал опрометчивый поступок…

— Извините, что перебиваю, — вставил Купер. — Но я, наверное, выскажу всеобщий интерес. Что за деревню вы имеете в виду? Название нам мало, о чем говорит. Судя по вашим рассказам о дорогах, я прихожу к выводу, что там уже давно никто не должен жить. А как насчет развалин домов?

— Никаких остатков домов, вы там теперь тоже не найдете. И я их не видела, — настолько давно все обратилось в прах, — объяснила старая ведьма. — Сейчас — это просто особое место, наделенное черной колдовской силой, — могуществом тьмы. Все в округе о нем знают и просто так туда не суются.

Юля перегнулась через подлокотник кресла и взяла Виктора под руку.

— Выглядит деревня колдунов как поляна, окруженная сухими деревьями. Трава там растет, а вот деревья — нет, — гибнут и засыхают, словно виной тому величина растений, — чем они больше, — тем им хуже. Эту деревню, построили и заселили когда-то настоящие колдуны. Откуда они пришли — никому не ведомо. Легенда гласит лишь о том, что те появились в здешних местах и жили тут с незапамятных времен, где-то по 1840-й год. Потом, местные люди, не желавшие такого соседства, — страшно, ведь, собрались отрядом, да и сожгли колдунов, вместе с их женами, отпрысками, прямо в домах, которые те построили. Ходить там следует, только пока светит солнце. Не дай бог сунуться туда ночью. Подобная неосторожность, кстати, и повлияла на прекращение вырубки леса под высоковольтную энерголинию. Вечером, да ночью там, правда, дела никто не вел. Зато, однажды, трое рабочих решили выпить после трудового дня и, понятное дело, — припозднились. А вырубка леса тогда именно до поляны дошла. Они прямо на нее трактором и въехали. Ну, им-то вроде чего, — трактор работает, в его кабине тепло. Без тепла они, собственно, в тот день, так долго и не продержались бы, — осень глубо-о-окая, помнится, была. Фары тьму рассеивают, запас водки — радость в душу поселяет, одним словом, — красота. Однако пробило двенадцать ночи, и спустился к ним с небес кто-то закутанный во все черное.

«Черный Маршалл», — подумалось Виктору, вспомнившему о своем вестерне, который он еще читал Ире…

— Этот гость в черных одеждах сказал тем мужикам: «Уходите с поляны, нечего вам тут делать». А мужики, по пьяной храбрости, уходить отказались. «Черный» гость просил их уйти ровно три раза. Но, рабочим, видно, водка уже здорово в мозги ударила. Они лишь обложили его матом и все. И, тогда, «черный» гость бросил им напоследок: «Кто первый из вас покинет поляну, тот первым и умрет».

— Этот гость в черных одеждах являлся духом одного из сожженных когда-то там колдунов? — спросил вдруг Купер.

— А как вы сами думаете? Если приписывать все каждому явлению, как вы предлагаете, то можно и про высохшие деревья сказать, — будто на них ночами души тех чернокнижников, которые с неба спускаются, свое зло за то, как с ними при помощи пылающей древесины обошлись, срывают, — увильнула от ответа старая ведьма. — На чем я остановилась? Ах, да! Значит, бросил он им напоследок: «Кто первый из вас покинет поляну, тот первым и умрет». Правда, работягам было уже без разницы, о чем он их предупреждает. Они заглушили трактор, опять послали его на три буквы, и пошли к своим строительным вагончикам, которые у них возле колхозного поля размещались, — не меньше чем в полутора километрах от деревни колдунов. Причем пошли только из-за того, что действительно было «пора». Выспаться перед завтрашней сменой им, сами понимаете, тоже не мешало. И первый, кто за круг погибших деревьев вышел, еще даже смеялся: «Вот, дескать, полюбуйтесь, я живой и ничего со мною не случилось». Другие тоже побахвалились. Но, на самом деле, не много им на этом свете веселиться оставалось. Буквально через неделю все и произошло. Прокладчики тогда, кстати, дальше поляны пока не стали двигаться, — и тут еще много дел было: напиленные деревья обработать и вывезти, подлесок убрать, короче — план на этот участок выполнить. Первый работяга, покинувший в ту ночь поляну, вскоре угодил под лопнувший трос, когда стволы напиленных деревьев в лесовозный прицеп загружали, — разрубило его пополам. Через сутки после гибели первого рабочего, второго нашли возле его вагончика мертвым. Оказывается, он напился водки до беспамятства, упал в грязь, трактором намешанную и, видать, «отключившись» при падении, этой грязью захлебнулся. Ну а еще через день с третьим оказия приключилась, — в реке начал тонуть. Только его, в отличие от предыдущих двоих, спасли. Спас случайно проходивший по берегу бригадир этих олухов. Много тогда народу той глупости удивлялось: выдумал, недотепа, по неокрепшему, осеннему льду до полыньи тянуться, — руки захотел помыть перед обедом. В общем, третий остался жив. Зато бригадир, искупавшийся из-за него в ледяной водичке, схватил крепкое воспаление легких и даже до больницы его не довезли, — околел по пути. Как потом врачи объяснили: мокрота в бронхах перекрыла ему кислород.

80
{"b":"152034","o":1}