ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Чепрасов! — крикнул он вахтенному. Передай радисту, чтоб немедленно сообщил Владивостоку… Держать постоянную связь, ясно?!

Андрееву сначала показалось, что вертолеты намерены пролететь в стороне от «Иртыша» — западнее метров на триста. Но когда головная машина, чуть заметно качнувшись, неожиданно повернула прямо к их кораблю, Александр Михайлович ощутил смутное беспокойство. С палубы доносились возбужденные голоса: больше половины экипажа высыпало наверх. Задрав головы, прикрывая ладонями глаза от солнца, матросы следили за полетом загадочных вертолетов.

Но вот одна из гигантских стрекоз, сделав размашистый круг, повисла на высоте около ста метров прямо над «Иртышом». Разговоры сразу же смолкли. Все напряженно ждали, что будет дальше. Другой вертолет резко взмыл вверх и, также подравняв скорость со скоростью судна, казалось, остановился в воздухе. Тем временем первый стал снижаться. Сильный поток воздуха ударил по надраенной палубе «Иртыша».

— Что они, рехнулись? — Щербатов скрипнул зубами. — Сигнальщик! Запрети посадку!

Но те, кто находился в вертолете, не обратили на мелькание флажков ни малейшего внимания. А когда до палубы осталось около пяти метров, а серебристом брюхе машины открылись три квадратных отверстия, из которых, разматываясь на лету, на палубу «Иртыша» гулко шлепнулись концы эластичных канатов. Еще через секунду во всех трех дверях появились вооруженные автоматами люди в черно-желтых рубахах и брезентовых круглых шлемах.

«Десант!» — мелькнула у Щербатова обжигающая, молниеносная догадка.

— Полундра! — прорвался сквозь оглушительный рокот моторов зычный голос Чепрасова. Сшибая друг друга, матросы — все, кто был в этот момент на палубе, ринулись на корму — к спущенным с вертолета канатам. И тотчас:

— Та-та-та-та…

Будто свирепые осы впились в палубу «Иртыша»: это из иллюминаторов вертолета хлестнули короткие предупредительные автоматные очереди, перекрестив корму цепочками дымящихся точек. Воспользовавшись тем, что часть экипажа «Иртыша» под пулями залегла, а часть откатилась от кормы, первая тройка солдат в полосатых рубахах скользнула по канатам вниз. Коснувшись ногами палубы, они мгновенно вскинули автоматы на изготовку.

Стиснув кулаки, матросы угрюмо наблюдали, как на корму ловко спускаются все новые тройки черно-желтых рубах. Не хотелось верить, что происходит нечто подобное захвату танкера «Туапсе» — мысль об этом казалась дикой. Скорее всего, какое-нибудь недоразумение.

Капитан понял: наступил критический момент. Сейчас может произойти все что угодно.

— Внимание! — крикнул он. — Это провокация! Всем оставаться на местах!

И тотчас же прозвучала другая команда. Ее отдал узкоплечий, длиннолицый офицер. Держа на изготовку автоматы, несколько солдат быстро двинулись вдоль левого борта. Они шли прямо на моряков.

— Повторяю: не поддаваться на провокацию! — снова раздался голос Щербатова.

Провожаемые недобрыми взглядами, черно-желтые поднялись по трапу и направились к радиорубке.

Капитан не мигая смотрел на приближавшегося к нему офицера.

— Я требую объяснений! — гневно крикнул он по-английски. — Вы ответите за это, слышите?!

Офицер приложил руку к козырьку, поджал бесцветные губы.

— Вы вошли в запретную зону, — сухо произнес он. — Все объяснения получите на берегу. При малейшем сопротивлении будем стрелять.

— Мы не знаем ни о каком запрете, — резко возразил Щербатов.

— На берегу вам объяснят, — бесстрастно повторил офицер. — Предупреждаю еще раз: будем стрелять!

Давая понять, что разговор окончен, он повернулся к Щербатову спиной.

Николай Иванович стиснул зубы. Ничего, ничего. Наверняка радист уже поставил в известность Владивосток. Такая наглость даром не пройдет.

— Товарищ капитан!

Отталкивая направленные ему в грудь стволы, радист Алик Федоровский старался пробиться к Щербатову. Три низкорослых солдата с трудом сдерживали его натиск.

Щербатов сделал шаг к офицеру. Тот, поймав его взгляд, торопливо сказал что-то солдатам, и те расступились.

— Товарищ капитан! — Лицо Алика было бледным. — Товарищ капитан, связи нет… Эфир забит. Сверхмощная радиостанция где-то рядом… Весь диапазон, будто нарочно…

— То есть как это — нет связи? — Щербатов почувствовал, как кровь прилила к голове. На мгновение он растерялся. — Ты не… не передал?..

Щербатов не видел, как иронически скривились губы тощего офицера, искоса наблюдавшего эту красноречивую сцену, Капитан смотрел на рубку штурвального, где место Байкова заняли два вооруженных солдата.

«Иртыш» поворачивал к острову.

Глава VI

ФЛАГ НА ГОРИЗОНТЕ

Экскурсия подходила к концу: впереди, метрах в десяти, уже проглядывала шахматная облицовка задней стены оранжереи.

Сузи была рада, что через минуту-две она, наконец, покинет подводное царство Брэгга — странный мир уродливых, гипертрофированных водорослей. За полчаса, проведенные в оранжерее, Сузи успела не раз пожалеть, что согласилась на подводную прогулку. Если бы не данное Брэггу обещание познакомиться с его бассейном, Сузи вынырнула бы и покинула оранжерею в первые минуты — сразу после того, как к горлу подступила тошнота.

В чем дело? Почему так угнетающе, так неприятно действуют на ее психику подводные джунгли? Этого девушка никак не могла понять. Необъяснимое отвращение овладело ею при виде химерических форм, какие приняли здесь плоские ленты ламинарий, тонкие пленки морского салата, бурые, широколистые и пузырчатые туры. Знакомые с детства. Наверное, в этом и дело… Когда-то маленькая девочка Судзико любила играть выброшенными на берег водорослями. Еще в Японии… В забытой-перезабытой, совсем нереальной и, пожалуй, теперь уже совсем чужой.

Сузи не любила воспоминаний. То есть не самих воспоминаний, а их неизбежного следствия: размагниченного состояния духа, сентиментальной жалости к себе. Раз и навсегда она выбрала манеру поведения: сдержанность, спокойствие, уравновешенность. Покой и воля — прочитала она у какого-то поэта. Сузи считала, что давно уже обрела покой и обладает волей, достаточно сильной, чтобы этот покой сохранить. Тревожащие эмоции, непрошенные волнения — их она старалась гнать от себя. Покой и воля.

И сегодня Сузи решила устроить маленькое испытание своей воли. Девушка храбро погрузилась в призрачный мир водяных уродов. Она выдержала испытание, но… хорошо, что оно уже кончается.

Сильно оттолкнувшись ластами, Сузи брезгливо обогнула большой круглый куст, похожий на клубок бесцветных спрутов. Ей оставалось сделать до стены бассейна всего несколько гребков, когда что-то заставило ее посмотреть на дно. Взглянув, девушка оцепенела от ужаса: безжизненные щупальца вдруг ожили и, извиваясь как змеи, тянулись к ней. Холодным ожогом тронуло ногу.

Рванувшись, она отчаянно заработала ластами и выскочила на поверхность. Стенка бассейна была в двух шагах. Наверху, облокотившись на поручни лесенки, стоял Курт Ульман.

Девушка изо всех сил вцепилась в его протянутую руку.

— А я жду вас, Сузи, — сказал Ульман, помогая ей снять акваланг. — Брэгг сказал, что вы осматриваете его болото. Да что с вами? — Он изумленно смотрел на ее дрожащие пальцы. Девушка никак не могла расстегнуть ремешок.

— Ничего. Я сейчас. Подождите, Курт, — отрывисто сказала Сузи и, сорвав маску, направилась в кабинку.

Выйдя из оранжереи, они устроились в шезлонгах.

— Дайте мне сигарету, — попросила Сузи.

Она неумело закурила. С тревогой глядя на девушку, Курт ждал, когда та заговорит.

— Какая мерзость, — сказала Сузи дрогнувшим голосом. — Как в кошмаре… Безжизненные плети, наросты, противные, скользкие, гадкие… Знаете, Курт, я по-настоящему струсила.

Она коротко рассказала Ульману о том, что пережила под водой. Курт улыбнулся.

— А-а… Это вы познакомились с одним из любимых произведений Брэгга. Кстати, оно так и называется: спрут. Очень тонкая, чувствительная водоросль. Все естественно. Находилась в состоянии покоя. Вы проплыли мимо, вызвали движение воды. Стебли расплелись, потянулись за вами. Только и всего. Пугаться необязательно.

25
{"b":"152052","o":1}