ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Потом, после нескольких небольших технических задержек, с фонтана сдернули покрывало и толпа загудела, засвистела, разразилась громкими «ахами» да «охами», которые далеко не все были ироническими. Господин Джеймс пригласил достопочтенных гостей попробовать воду, они попробовали и доложили, что вода холодная но вкусная, а пока важные персоны толклись у фонтана со своими стаканами и чашками, многие из собравшихся воспользовались паузой, чтобы выплатить свои проигрыши. Вспыхнуло несколько споров, мальчишки шныряли взад-вперед с деньгами и фляжками, заново наполненными в «Лебеде». Вскоре звон маленького колокольчика призвал всех к порядку, теперь настала очередь преподобного мистера Арчибальда Гренна обратиться к народу.

Преподобный говорил не по бумажке — в доказательство этого он поднял и показал пустые руки, прежде чем заложить два пальца в жилетный карман, чтоб было удобнее расхаживать по помосту. Сначала он поздравил господина Джеймса с превосходным выступлением, сказав что сам он со своей непритязательной речью покажется рядом с ним натуральным пигмеем. Со скромнейшей улыбкой преподобный Гренн признал, что он не мистер Диккенс. Он не станет пускаться в долгие тирады, не будет прерываться, чтоб закатать рукава рубашки или промокнуть пылающий лоб платком, и уж конечно не станет шататься от изнеможения покидая сцену. Преподобный пристально смотрел в толпу, не поглядывая ни налево, ни направо, ни тем более назад, на предыдущего оратора, но создавалось впечатление, что все его замечания обращены к господину Джеймсу.

Затем преподобный повернулся и воззрился на фонтан с выражением добродушного восхищения на лице. На ум приходит Вильгельм Оранский, сказал он.

Господин Джеймс, до сего момента смотревший себе под ноги, вскинул изумленный взгляд. Да-да, подтвердил преподобный, на ум приходит именно Вильгельм Третий, который — а это мало сознается — был не только великим полководцем и политиком, но также искусным садовником, питающим любовь к разного рода экстравагантным водопроводным сооружениям и да, фонтанам вроде этого. Преподобный Гренн признался, что еще не имел счастливого случая посетить знаменитые сады Вильгельма Оранского при дворце Хет Лоо, но он дважды посещал Хэмптон-Корт и видел там множество великолепных фонтанов, пускай чуть более замысловатых, нежели этот, хотя (сказал он) всем в округе известны большие финансовые возможности мистера Рейда.

Тут преподобный сделал паузу и улыбнулся толпе. Господин Джеймс позади него хмурился и косил глазами по сторонам, словно почуяв дурной запах. Преподобный подошел к самому краю помоста и театральным шепотом сообщил, дескать, если кто не знает, мистер Рейд хочет последовать примеру его славного брата, мистера Дункана Гренна, и заняться политикой. Иные люди, сказал он, держатся мнения, что благотворительные дела вроде установки общественных фонтанов совершаются единственно с целью купить народную поддержку. Преподобный покачал головой и помахал пальцем. Сам он не такой человек. В доказательство этого он отвесил низкий поклон в сторону господина Джеймса и пожелал ему удачи во всех начинаниях. В заключение преподобный выразил страстную надежду, что однажды мистер Рейд добьется таких же успехов и популярности, как его наставник мистер Дункан Гренн. Затем священник отступил в глубину помоста, откуда милостиво поблагодарил публику за аплодисменты помаванием руки.

Господин Джеймс скованно поклонился и поблагодарил преподобного за добрые слова. Потом он пригласил славных жителей Соплинга в порядке очереди подойти к фонтану и попробовать воду. Дело дошло чуть не до побоища, когда все разом ломанулись вперед, чтоб занять первые места в очереди. Господин Джеймс поставил своего старшего работника Аласдера навести там порядок, а сам повлек Дункана Гренна с женой на другую сторону Перекрестка, подальше от столпотворения.

Примерно тогда миссус была замечена разговаривающей с преподобным Гренном. Немногим раньше, во время его выступления, несколько человек обратили внимание на женщину, которая стояла с краю толпы, устремив на священника холодный напряженный взгляд из-под полей капора. Она что-то бормотала себе под нос, а один мужчина видел, как она громко выругалась и погрозила кулаком в сторону помоста, но такое поведение не показалось очень ужнеобычным среди всеобщего оживления. В любом случае ее выкрик потонул в шуме толпы.

Похоже миссус старалась не попадаться на глаза своим знакомым, ибо никто из них впоследствии не вспомнил, чтобы видел ее на церемонии. То есть кроме преподобного Гренна. Он стоял в одиночестве рядом помостом, глядя на пьющий из фонтана простой люд с такой теплой снисходительной улыбкой, словно (по замечанию одного из очевидцев) он самолично доставил и раздал страждущим воду.

Преподобный, по собственным словам, не сразу признал миссис Рейд. Не забывайте, со времени последнего визита мистера Гренна в «Замок Хайверс» она сильно исхудала и вдобавок была в потрепанной одежде, никак не вязавшейся у него с ее образом. Кроме того он вообще не ожидал увидеть ее в тот день, поскольку ему (как и всем) сказали, что она слегла с мигренью и не будет присутствовать на церемонии. Поэтому появление миссус оказалось для него полной неожиданностью. Преподобный утверждает, что она заговорила тихо «как мышь в сыре» и ему пришлось наклониться к ней, чтоб разобрать слова. Немного погодя он понял, что она хочет кое-что показать ему и просит последовать за ней. Несколько озадаченный, но ничего не заподозривший священник выполнил просьбу, предположив что она собирается показать какой-нибудь секретный подарок, купленный для мужа по случаю знаменательного события.

К удивлению преподобного миссус завела его в проулок сбоку от лавки Хендерсона. Там их заметила некая миссис Энни Белл, жена углекопа, сидевшая у окна на втором этаже. Из него открывался вид не только на переулок но и на Перекресток, и именно оттуда миссис Белл, недавно перебравшаяся в Соплинг из Леденхилза, предпочла наблюдать открытие фонтана, потому что погода стояла холодная, а она «рассопливилась». Она сказала, что женщина в капоре провела священника во двор бакалейной лавки прямо под ее окном и там они остановились поговорить. Устанавливавшие фонтан рабочие использовали двор в качестве временного склада, и сейчас он был загроможден трубами, каменными плитами, инструментами и прочей всячиной.

До этого момента, по словам преподобного, миссус держалась очень мило, почти угодливо. Однако едва они оказались во дворе, вдали от людских глаз, она вдруг впала в бешенство и принялась допрашивать его насчет какой-то дамы, о которой он слыхом не слыхивал. Имя дамы преподобный толком не запомнил, что-то вроде Уилан или Финнеган или Гиллиган. Миссус стала обзывать его лжецом и шарлатаном, даже обвинила в том, что он прикидываетсясвященником! Он решил прекратить неприятный разговор и предупредить мистера Рейда о странном поведении жены. Сообщив, что его присутствие требуется у фонтана, преподобный повернулся прочь с намерением поспешить обратно на Перекресток.

Тут миссис Белл потеряла интерес к происходящему. Она наблюдала за сценой внизу с легким любопытством, поскольку там явно разгоралась ссора, но теперь эти двое судя по всему собирались покинуть двор. Однако едва отвернувшись от окна, она услышала громкий звук удара. Миссис Белл снова выглянула в окно и увидела, что священник стоит на коленях, с окровавленной головой, а женщина держит в руках лопату, которую должно быть схватила из груды инструментов, сложенных у стены. Миссис Белл запомнила, что кровь стекавшая по лицу преподобного казалась ярко-красной.

Она остолбенела от потрясения и потому увидела, что произошло в последующие секунды. Женщина вскинула лопату и обрушила град ударов на голову и плечи преподобного. Он повалился на четвереньки и пополз прочь, взывая о помощи, но слабым, еле слышным голосом. Женщина шла за ним, продолжая колотить его лопатой, выкрикивая проклятия и обзываясь ужасными словами (какими именно миссис Белл не уточнила, сказала только, что они начинались на букву «х» и «ё»).

82
{"b":"152060","o":1}