ЛитМир - Электронная Библиотека

Он знал, что привлекателен. Об этом ему часто говорили. Шутки, что он растрачивал впустую свою мужественность, не прошли незамеченными; некоторые женщины думали, что он гей. Но были и другие, более впечатлительные. В роли дающего советы страждущим ему был предоставлен большой простор для нарушения обета Целибата. Ищущим поддержки и утешения молодым вдовам, отвергнутым своими дружками и мужьями женщинам он был нужен в качестве доказательства, что они все еще привлекательны. Другие – маленькие напористые кокетки, для которых он представлял собой некий вызов, еще одного мужчину, которого можно записать свой актив. На пороге каждого искушения он резко останавливался, постоянно сопротивляясь. Даже когда искушение плоти было таким сильным, что он часами поочередно окунался в холодную воду или стоял на коленях на холодных камнях своего алтаря, моля о силе сопротивляться приглашениям, направленным в его адрес. Ему всегда это удавалось.

Если не считать жены его брата.

Даже сейчас он закрыл глаза и ощутил стыд.

Еще несколько дней назад он с гордостью думал, что больше не нарушит обета целибата.

И бог в очередной раз доказал ему, насколько он слаб духом.

Ибо это было до того, как он заглянул в золотистые глаза Оливии Бенчет. И теперь он боялся, что обречен на новый грех.

Глава 22

– ...точно... святая Филомена. Одиннадцатое августа, – говорил Бенц в трубку своего сотового. – Посмотри, не сообщалось ли примерно в это время о пропаже каких-нибудь студенток. – О господи, ему было невыносимо думать о связи между этими девушками. Студентками. Такими, как Кристи. И она была не так уж далеко. Это пугало его до смерти.

– Я уже начал искать, – сообщил Монтойя, его голос был таким отчетливым, словно тот сидел в машине Бенца, а не говорил с ним по сотовому телефону. – А ты действительно думаешь, что эти убийства связаны с праздниками святых?

– Да я бы поставил на это служебный револьвер своего отца.

– Проклятье.

Последние три часа, с тех пор как покинул церковь Святого Луки, Бенц провел в попытках найти зацепки в убийстве Стефани Келлер. Сейчас он въезжал во Французский квартал.

– Я говорил с механиком, который видел Стефани Джейн Келлер после того, как ее приятель высадил ее из машины. Он был на работе до девяти – они работают допоздна, – и в девять пятнадцать он уже был дома с женой и детьми. Он ничего не помнит, за исключением того, что она спешила на учебу. Но, по словам ее преподавателя, она на нее так и не попала. Так что на данный момент механик – это последний человек, видевший ее живой.

– Черт.

Бенц именно так и думал.

– Я обзвонил нескольких ее друзей. Никто из них не думает, что она могла пойти не на занятие, а куда-то еще, и ее книжки и тетрадь по этому предмету не были найдены ни в ее машине, ни в квартире. Я разговаривал с группой, которая осматривала ее вещи. Ее друзей тоже проверяют, и до Таунсенда ее парнем был ее коллега по работе, но они разошлись, потому что его перевели в Бостон. Его алиби тоже проверено.

– Замечательно, – пробормотал Монтойя приглушенным голосом, словно он делал затяжку. – А что насчет ее машины?

– Сейчас с ней как раз работают. Ищут отпечатки пальцев и даже следы крови.

– Может, мы что-нибудь узнаем.

– Сомневаюсь, – ответил Бенц. – Мне кажется, что этот тип ждал, пока она не пройдет пять кварталов, отделяющих автосервис и университет, и схватил ее, а может, даже предложил подвезти. Думаю, убийца знает своих жертв. Она наверняка доверяла этому человеку. У меня есть список ее группы, и я сейчас обзваниваю всех, чтобы выяснить, не помнят ли они, что она пришла на занятия. И представляешь, никто не делает перекличку.

– Очень жаль.

– Да. – Бенц уставился в темноту.

Пока больше не было никаких зацепок относительно смерти Стефани Джейн Келлер, и каждый прошедший час делал раскрытие преступления менее вероятным Где Стефани встретилась с убийцей? Что произошло? Каким образом ее доставили в шотган в районе Сент Джон?

– Держи меня в курсе, – сказал Бенц. – Я сейчас заеду на «Дабл-Ю-Эс-Эл-Джей», чтобы убедиться, что там больше никому не звонят никакие психи. Затем я хочу снова подумать над этими праздниками святых – посмотрю, не было ли сообщений, что кто-либо пропадал в праздники святых летом или ранней осенью.

– Все еще думаешь, что вернулся Религиозный Убийца? – спросил Монтойя.

– Не знаю. Но мне не нравится связь между убийствами и католической церковью. Слишком похоже на дежа-вю. То есть насколько это вероятно? Серийные убийцы встречаются довольно редко, а этот тип оставляет свою визитную карточку.

– Но подпись другая, – напомнил ему Монтойя, затем выругался, когда в трубке раздался гудок автомобиля.

– Знаю, но я считаю, что если это не он сам, тогда это, вероятно, тот, кого он знал.

– Что?

– Ментор или что-то в этом роде.

– Эй, стой – тебе не кажется, что ты слишком разошелся?

– Может быть, но я инстинктивно чувствую, что в одном городе не может быть двух серийных убийц, каким-то образом связанных с церковью, которые бы не знали друг друга.

– Это не значит, что они принадлежат к одному и тому же загородному клубу.

– Нет? Что ж, свяжись с профайлером и ФБР и расскажи о святой Филомене людям, которые пытаются разгадать этот чертов код.

– Ладно. Господи! Этот придурок меня подрезал! – Послышался приглушенный неприятный звук, затем он снова заговорил: – Эй, Бенц, угадай, кто мне сегодня звонил?

Бенц повернул руль и пересек две дорожки.

– Сдаюсь. Кто?

– Марлен, секретарша Оскара Кантрелла. Помнишь ее? Наверное, мой разговор о том, как нехорошо чинить препятствия правосудию, наконец возымел эффект. Как бы то ни было, она дала мне номер сотового телефона Кантрелла. Я оставил ему сообщение. Пока он ничего не ответил.

– Попробуй еще раз.

– О, обязательно, – сказал Монтойя. – Я дам тебе знать, что говорит этот парень. Знаешь, Бенц, если кто-то убивает женщин в праздники святых, мы попали. Этих праздников целая куча.

– Значит, мы должны остановить его, – сказал Бенц, когда увидел здание, в котором размещалась «Дабл-Ю-Эс-Эл-Джей», и припарковался на погрузочно-разгрузочной площадке. Время уже было нерабочее, и ему было наплевать. Он поднялся на лифте и был встречен охранником – это напоминало, что не так давно эту самую станцию терроризировал сумасшедший убийца, зациклившийся на докторе Сэм.

– Приемные часы окончены, – грубым голосом сказал охранник, но Бенц показал ему свой значок.

– Я ищу Саманту Лидс.

– Ее здесь нет, – продолжал настаивать охранник, не сдвинувшись ни на дюйм.

– Все в порядке, Чарли, – раздался голос из-за спины охранника, и Бенц за плечом здоровяка увидел женщину с осиной талией, короткими черными волосами и заостренными чертами лица. – Я Триш Лабелль, детектив. Я узнала вас по фотографии в газете. – Она взглянула на охранника. – Это полицейский, который раскрыл дело Религиозного Убийцы. – Затем снова на Бенца: – По расписанию Сэм должна прийти не раньше одиннадцати. Я могу вам чем-то помочь? – Триш улыбнулась. – Знаете, я бы хотела взять у вас интервью в своей программе, когда у нас разгулялся еще один убийца... О, так вот, значит, в чем дело, да? – Ее глаза сузились, и Бенц представил, что у нее в голове все завертелось. – Минутку. Вы пришли к Саманте – зачем? Это имеет какое-то отношение к Религиозному Убийце? – Она щелкнула пальцами. – Его тела так и не нашли, верно? – Прежде чем он ответил, мысли у нее в голове стали проноситься со скоростью света. – Да точно! Вы думаете, что Религиозный Убийца воскрес. – Это предположение не ужаснуло ее, а скорее вызвало любопытство. – Пожалуйста, детектив, я бы хотела взять у вас интервью.

– Не сейчас.

– Может, в ближайшие вечера? Нам нужно объявить об этом в моей программе и в программе доктора Сэм, конечно, и даже во время нескольких рекламных объявлений в программах Аллигатора и Болтливого Роба.

47
{"b":"152078","o":1}