ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Действие стратегии. Как производится стратегическое нарушение равновесия положения противника? В физической или «материально-технической» сфере это результат операции, которая (а) приводит в расстройство диспозицию противника и, вынудив неожиданное изменение фронта, нарушает дислокацию и организацию его войск; (b) расчленяет его войска; (с) создает угрозу его поставкам на фронт; (d) угрожает пути или путям, которыми тот может отойти в случае необходимости и прийти в себя на своей базе или на родной земле. Дислокация (нарушение устойчивости противника) может быть произведена одним из этих способов, но чаще она возникает как следствие действия нескольких из них. Дифференциация между ними вообще-то затруднительна, потому что операция, нацеленная в тыл противника, как правило, сочетает эти способы. Однако их соответствующее влияние меняется и менялось в истории согласно размерам армий и сложности их организации. В случае армий, живущих за счет сельской местности, снабжая себя на месте либо путем грабежей, либо реквизиций, линии коммуникаций имеют пренебрежимо малое значение. Даже на более высокой ступени развития небольшой отряд меньше зависит от линий снабжения и может в течение ограниченного периода везти свои запасы с собой. Чем больше армия и чем сложнее ее организация, тем более скорая и серьезная, по сути, угроза возникает ее линиям снабжения.

Там, где армии не были так зависимы от вышеперечисленных условий, стратегия, соответственно, отставала, а тактические вопросы боя играли более значительную роль. Тем не менее даже перед лицом таких помех мастера стратегии часто завоевывали решающий перевес до сражения, угрожая вражеским путям отхода, устойчивости его группировки или его местным линиям снабжения.

Для того чтобы быть эффективной, такая угроза, как правило, должна применяться к пункту, который ближе во времени и пространстве к вражеской армии и где создается угроза неприятельским коммуникациям, и, таким образом, на начальной стадии боевых действий часто бывает трудно найти отличие между стратегическим и тактическим маневром.

В психологической сфере нарушение устойчивости противника — это результат воздействия на мысли командира физических эффектов, которые мы перечислили. Впечатление это значительно усиливается, если осознание того, что он оказался в невыгодном положении, происходит для него неожиданно и если он понимает, что не в состоянии противодействовать вражескому маневру. Психологическая дислокация в самом деле фундаментально проистекает из этого чувства, что ты оказался в ловушке. Именно поэтому физическое воздействие на тылы противника чаще всего вызывает психологический эффект. Армия, как и человек, не может надежно защитить свой тыл от удара, не развернувшись, чтобы использовать свое оружие в новом направлении. «Поворот» временно выводит армию из равновесия, как это происходит и с человеком, и в первом случае период нестабильности неизбежно длится много дольше. Как следствие, мозг намного чувствительней к любой угрозе со спины. Напротив, прямое наступление увеличивает устойчивость противника как в физическом, так и в психологическом отношении, что приводит к увеличению силы его сопротивления. При фронтальном давлении противник отступает назад к резервам, базам снабжения и подкреплениям, тем самым восстанавливая свои силы. В лучшем случае таким фронтальным ударом достигается напряжение сил противника, а не его разгром.

Таким образом, обходная операция вражеского фронта и выход противнику в тыл имеет целью не только избежать сопротивления на своем пути, но и решить всю задачу. В самом глубоком смысле она выбирает линию наименьшего сопротивления. В психологической сфере этому есть эквивалент — линия наименьшего ожидания. Это две стороны одной и той же монеты, и, чтобы осознать это, надо расширить наше понимание стратегии. Потому что если мы изберем то, что явно похоже на линию наименьшего сопротивления, ее очевидность также будет заметна и оппоненту, и эта линия уже может перестать являться той, где сопротивление наименьшее. При изучении физического аспекта мы никогда не должны терять из виду аспект психологический, и только когда они оба сочетаются, тогда мы получим истинную стратегию непрямых действий, рассчитанную на то, чтобы лишить противника устойчивости.

Таким образом, мы видим, что простой факт марша войск непрямым курсом в направлении противника и в тыл его войск не представляет собой стратегии непрямых действий. Искусство стратегии — не столь простая вещь. Вначале движение может быть непрямым по отношению к фронту противника, но, разгадав замысел — выход в его тыл, — противник может перегруппировать свои войска, и тогда движение снова станет прямым по отношению к новой линии фронта.

Из-за риска, что враг может осуществить такое изменение фронта, обычно, а часто и обязательно, этой дислоцирующей операции предшествовала операция или операции, которые, возможно, лучше всего классифицировать как «отвлекающие», или в прямом смысле «разделяющие на части». Цель этого «отвлечения» состоит в том, чтобы лишить противника свободы действий; и это отвлечение должно производиться как в физической, так и в психологической области. В физической области действия по отвлечению внимания должны привести к рассредоточению сил противника или к использованию их на второстепенных направлениях с тем, чтобы эти силы не могли оказать эффективного противодействия нанесению удара на решающем направлении. В психологической области тот же самый эффект должен получаться с помощью эксплуатации страха и обмана противостоящего командования. «Каменная стена» Джексон понял это, когда сформулировал свой стратегический девиз — «мистифицируй, вводи в заблуждение и изумляй». Потому что мистифицировать и вводить в заблуждение и есть «отвлечение», а внезапность — важнейшая причина потери равновесия. И за «отвлечением» мыслей неприятельского командира следует отвлечение его войск. Потеря им свободы действий — это последствие потери им свободы концепции (образа мыслей).

Более глубокая оценка того, как психология пронизывает и доминирует над физической сферой, имеет косвенное значение. Потому что она предупреждает нас об ошибочности и поверхностности попыток анализировать и создавать теории о стратегии в математических терминах. Рассмотрение ее в количественном отношении столь же ошибочно как если бы вопрос состоял лишь в превосходящей концентрации сил в выбранном месте, так и в представлении ее геометрически в виде задачи с линиями и углами.

Часть вторая

Мировая война 1914–1918 годов

Предисловие

Когда эта книга впервые появилась в черновом виде, я воздержался от включения в нее каких-либо исследований по теме войны 1914–1918 годов, чувствуя, что, хоть и имеется в избытке материал из архивов или личных свидетельств, атмосфера была все еще слишком накалена противоречиями в обществе и личными интересами, чтобы позволить надеяться на бесстрастный прием любой попытки вынести вердикт. Я стремился к тому, чтобы то, что я считал жизненно важными и истинными уроками, очищенное от прошлого для будущего, не было испорчено такой атмосферой. Моя цель состояла не в том, чтобы разжигать противоречия, а в том, чтобы стимулировать научный дух поиска.

Кроме того, я не считал, что детальное изучение этого периода истории совпадало с моими целями. Надо было использовать стекло прошлой истории — некую амальгаму из опыта как древнего, так и современного мира, — чтобы создать микроскоп, благодаря которому читатель мог бы сам извлечь для себя уроки из войны 1914–1918 годов. А увеличительная сила этих линз представлялась достаточно мощной, чтобы он смог четко усвоить эти уроки.

Но дружественные мне критики, которым я разослал этот первый вариант, призвали меня включить и анализ событий 1914–1918 годов, чтобы координировать прошлое с этим опытом, и на том основании, что все еще мало студентов и курсантов имели удовольствие и возможность просеять массу исторического материала. Если, действуя в согласии с их предложениями, я потревожу какие-то старые раны, то это будет из-за ошибочности моего суждения, а не из-за того, что я имел такое намерение. Но, ограничивая исследование простым анализом того, насколько далеко применялось, соответственно, прямое и непрямое действие, а также фактических последствий, я надеюсь, что смогу успешно провести свой корабль между отмелями эмоций и предрассудков. А чтобы оградиться от зон противоречий, это исследование будет ограничено главным образом областью стратегии, стратегии в различных кампаниях с совсем немногими экскурсами в область военной политики.

35
{"b":"152099","o":1}