ЛитМир - Электронная Библиотека

— Это намек на мои занятия с Кайсе? — смутилась Соланж. — Найт тебе рассказал?

Рейвин кивнул.

— Многие сгорали, так и не раскрыв до конца заложенных в них природой талантов. Магия смерти тебе не доступна, она подчиняется лишь темным, связь со стихиями у тебя тоже весьма посредственная, ровно настолько, чтобы защитить от собственных подданных и не потеряться в вихре бесконечного поиска новых возможностей. Ты — якорь, удерживающий Алайю, тсарям и не положено быть сильными магами.

Наследница уныло слушала бодрые речи Дэйда и отстраненно любовалась холодной сталью в руках. Деймин говорил много хороших и на первый взгляд правильных слов, но сомнения все равно оставались. Как можно забыть о тех фактах, которые говорили явно не в ее пользу? Она страшная трусиха, впадает из крайности в крайность, мечется между осознанием себя и той забитой, заклейменной жестоким хозяином рабыней, в которую ее превратили скитания по родной стране. Об одной мысли о новом свидании с отцом внутри происходила страшная борьба между ужасом и злостью, разрывавшая девушку на части. Проще было бы стать такой же холодной и смертоносной, как этот прекрасный клинок. Как Морган, которому не было разницы, с кем бороться, с чужачкой в оплоте, с чудовищами в чащобах Сумрачного Эйда или с собственным реем, заставлявшим упрямца делать то, чего он не хотел. Вряд ли эрл мучился такими сомнениями, как его бесталанная подопечная.

— Будь добра, сломай сейчас меч, который ты держишь в руках, — прервал печальные размышления Дэйд, чутко улавливавший изменения в настроении собеседницы.

Пока она не научилась закрываться или пользоваться защитными амулетами, ее эмоции были для него слышны довольно четко. Искренность и чистота невинной души, сохранившиеся вопреки всем злоключениям, подкупали. И рейвин считал, что немного уверенности тсаревне не повредит. Конечно, неожиданная абсурдная просьба застала ее врасплох.

— Что, прости?

— Я хочу, чтобы ты сломала этот клинок. Да, ты намного слабее меня физически, да, мыгия тут не поможет, но все равно такое тебе по силам.

— Все еще пытаешься мне показать наглядно мои скрытые таланты? — скептически улыбнулась Сола, но все же внимательно осмотрела оружие на предмет трещин или слабых мест.

Их не было: кто бы ни сковал прекрасный темный меч, в нем не оказалось изъянов.

— Ага. Вот сейчас ты убедилась в том, что клинок достаточно тверд, красив и совершенен с виду. Такими же будут твои противники отныне и до конца твоего пути. Сильные, непреклонные, непобедимые, прекрасно обученные побеждать и не щадящие никого.

Тсаревна слушала, как завороженная, подобная аналогия ей и в голову не приходила раньше.

— Но тот дар, который сокрыт в тебе, дает возможность из тысяч возможных вероятностей и вариантов выбирать именно тот, который приведет к цели. Не полагаясь на силу, коварство или подготовку, хотя с ней будет немного легче.

— Почему же этот дар не привел меня сразу в Сумрачный Эйд? — скептически скривилась девушка. — Вместо того, чтобы пойти той дорогой, которую предлагала мне Хранительница, меня понесло в противоположную сторону, это ли не опровергает твои слова?

Деймин загадочно щурил карие глаза.

— Ты пробуй, пробуй, — подбодрил он Соланж. — Не бойся, не порежешься, сталь зачарована, чтобы не причинить боли своим.

Шейса, наконец, решила, что терять ей все равно нечего, и попыталась плашмя ударить мечом о наковальню. Раздался звон, руки бедняжки загудели от отдачи, а на металле не осталось и следа. Рейвин улыбался. Если бы на его месте был тот же Морган, можно было бы подумать, что мужчина просто издевался над ней, но в его улыбке было только удовлетворение от подтверждения собственных догадок.

— Ты не веришь, — просто сказал он. — А это обязательная составляющая успеха. Знаешь, почему я дал тебе его, почему не до конца оплетена рукоять? Да, он красив и тверд, совершенен на твой взгляд. И в этом его изъян. Уже в самом конце ковки выяснилось, что технология была нарушена, железо получилось слишком твердым.

— Но разве это плохо? Он ведь разрежет любое тело, любой доспех! — воскликнула Сола.

— Излишняя твердость и отсутствие гибкости делают оружие ломким. И если знать слабую точку, можно сломать его легко, применив минимум усилий. Это ничего или никого тебе не напоминает?

Девушка стояла, словно пораженная молнией. Конечно, о чем ей могли сказать слова «излишняя твердость и отсутствие гибкости»'? Отец именно таким и был, тиран и жесткий властитель в своем государстве и своей семье, не признававший компромиссов. Но и у него были слабые точки, на это ли намекал Дэйд? И на то, что даже такого шейса, непобедимого на первый взгляд, можно призвать к ответу?

— Дело не в силе, а в умении использовать даже небольшой потенциал правильно. Это и является твоим даром, просто верь в себя.

Подарив собеседнику весьма странный взгляд золотистых глаз, Соланж снова обратила внимание на меч. Вера, да? Слабое место, слабое место…

Сами собой всплывали в памяти события прошлого, когда она вела себя совсем не так, как мог бы кто-нибудь ожидать. Самый первый выстрел, тот воин так и умер, не веря, что тощая замарашка сможет нажать на курок, но ведь она смогла! Или волшебная властность в голосе, которым она скомандовала Роди отступать во время схватки в Алайе. Приказала, хотя никогда до этого не заставляла кого-то повиноваться своим приказам. И, если подумать, даже окольная тропа, доставившая ей немало горестных моментов и шрамов на душе, оказалось по-своему полезной. Наследница на собственной шкуре убедилась, что в ее стране жестокость и бессердечие давно вытеснили нормальные отношения между шейсами, у нее полностью отсутствовали иллюзии насчет будущих подданных. А ведь всего этого она могла бы и не узнать.

Так возможно, Дэйд все же прав?

Холодный металл леденил кожу, но уже не казался таким совершенным. Соланж заставляла себя быть тверже стали, совершенней произведения чужих рук. И резко ударила ребром ладони наискось, почти у самой рукояти.

Звон, больше похожий на стон раненной души, сопровождал распадавшиеся куски слишком жесткого железа. Это было невероятно, почти настолько, чтобы заставить тсаревну забыть о дикой боли в руке.

— Оу! — она выронила обломок и затрясла кистью, стараясь удержать слезы. — Проклятье, проклятье!

— Ш-ш-ш, давай я немного сниму боль, — сказал Дэйд, сжимая огромными горячими ладонями руку девушки. — Не всегда будет так больно, милая. Лучше?

Затуманенными от слез глазами тсаревна смотрела на рейвина. Боль стихала, но воспоминания о ней все еще жили в теле. Было страшно и…удивительно. Она это сделала!

— Но как? Просто голыми руками?

Мужчина не выдержал и расхохотался.

— Давно мне не попадались такие упертые экземпляры! Упрямство и умение выбираться из любой ситуации живой — тоже таланты, которые ты недооцениваешь, девочка! Иначе твои преподаватели давно бы уже бросили занятия с тобой. Конечно, голыми руками! Ты ведь осознанно искала слабые стороны, и нашла!

Боль почти ушла, и тсаревна улыбнулась все еще веселившемуся деймину. Она так до конца и не верила в случившееся, но определенные крошечные подвижки в ее разуме все же происходили, Дэйд это сразу заметил. Что ж никто и не говорил, что с ней будет легко!

— Но справиться с отцом будет не настолько просто, — неожиданно мрачно добавила она. — В его распоряжении вся сила Алайи и шейсов, как думаешь, сколько времени понадобится мне и моим странным талантам, чтобы найти его слабые точки?

— Возможно, меньше, чем ты думаешь, Сола, намного меньше, — мастер тоже посерьезнел и поднял с земли обломки меча. — Звездные пути запутаны даже больше, чем могут вообразить себе Хранители дорог, поэтому не будем терять времени даром. Идем.

Часть вторая. Мир во время войны

Найт

Темный рей озадаченно вертел в пальцах простую короткую стрелу, едва не стоившую ему жизни. Как и все загадочные попытки неизвестных злодеев его убить в последнее время, эта была молниеносной, непредсказуемой и от того почти удачной. Если бы не великолепная реакция и странное чувство тревоги, Сумрачный Эйд остался бы сегодня без правителя.

28
{"b":"152102","o":1}