ЛитМир - Электронная Библиотека

Флавий улыбнулся. Драконьи повадки слегка напомнили ему его величество в молодости, когда наставник спокойно и рассудительно указывал на ошибки, а будущий правитель не желал их признавать, предпочитая пользоваться силой и властью. У такого непередаваемого существа, которое сидело перед ним, пользуясь чужой личиной, могло быть множество сторон и граней, и оно безошибочно выбрало ту, которая помогла эффективно воздействовать на упрямого Флавия.

— Время бездействия закончилось, — пророкотал создатель. — Ты должен поддержать Соланж и Кирана во всем, что они будут делать. Кстати, девочка даже почти умудрилась влюбиться в темного, насколько я понял, вот уж прогрессивный для светлых взгляд на вещи! Айвин же пусть хотя бы попробует раскрыть глаза на то, что в его собственном тсарстве он уже давно не владыка!

— Но кто…

— Не могу же я открыть вам все карты и предоставить решение на блюдечке! — зло прошипело высшее существо, выпустив тонкую струйку дыма из чужого рта. — Мое прямое вмешательство так же погубит Пайвану, как и гибель династии. Все, я дал тебе достаточно информации. Свяжись с Сиан, и выработайте план! Я появлюсь тогда, когда в дело вступит меч, предопределяющий дальнейшую судьбу всех вас. Работай, маг!

По комнате пронесся ураган, снося остатки барьеров, когда божественное сознание покидало тесную оболочку. Флавий слишком поздно спохватился, чтобы прокричать вслед:

— А что с ямой, о которой твердили сумасшедшие?

— Не…твоя…забота… — прошелестело издалека, затем все прекратилось.

Маг остался единственным разумным существом в палате умалишенных волшебников. Пришлось по быстрому выставить новые заклинания, замести следы чужого вмешательства и покинуть помещение, едва заметным усилием открыв наружный замок изнутри. Когда мужчина уходил, больные вели себя вполне соответственно своем состоянию: пялились в потолок и издавали только несвязные звуки.

Видимо, придется возобновить походы в храм, чтобы Дракону не приходилось больше пользоваться столь экстравагантными способами выйти на связь. Даже если он и объявится через неопределенное время. Соланж, о, девочка, лучше тебе и дальше оставаться в неведении. И что это за намеки на чувства, неужто и впрямь случилось небывалое? Нет, лучше все узнать из более определенного источника, чем создатель Пайваны. Пора было вспомнить, как это делается, и отправить птичку верховной жрице Сумрачного Эйда!

Они встретились, как в былые времена, на нейтральной территории туманной приграничной зоны. Сквозь старинное зеркало в живой деревянной раме, являвшейся частью старого мудрого дерева, Флавий ступил на землю, закрывая за собой пространственный коридор. Он чувствовал присутствие старой знакомой, тянулся к ее сознанию, шел навстречу, чтобы увидеть, изменилась ли она за прошедшие десятилетия.

— Все так же прекрасна, — улыбнулся маг, увидев Сиан сидящей на стволе поваленного дерева.

— А в твоих волосах прибавилось седины, — вернула ему улыбку жрица, чувствуя, как его губы коснулись нежной кожи руки. — Что-то небывалое случилось с тобой, Флавий, раз ты использовал старые каналы связи. Хотя, признаюсь, и у меня уже появилось такое желание.

— Дракон вернулся в Пайвану, — просто ответил светлый, усаживаясь рядом. — И говорил со мной.

— Значит, настало время сбыться пророчествам, — опустила глаза Сиан, разглядывая капли росы на бледных травинках.

— Ты не выглядишь удивленной.

— Нет. Если он пришел ко мне, то должен был добраться и до тебя.

— Когда это было? — поинтересовался маг.

Они слишком давно знали друг друга и слишком важные тайны этого мира хранили, чтобы прятаться еще и друг от друга. Темная и светлый, небывалый в Пайване союз. Женщина была только настоятельницей в небольшом храме, а Флавий только прошел ритуал принятия в придворные маги, когда им обоим открылась обратная сторона их пути. Хранить то, что могло спасти или навредить, воспитывать тех, кто на самом деле творил историю, оставаясь в тени. Жрице суждено было стать возлюбленной рея, чародею — наблюдать и учить, но вот уже долгое время они вдвоем решали, какой путь выбрать для обоих настороженно застывших государств.

— Зимой после зимней мессы, — ответила деймина, поправляя распущенные по плечам черные волосы. — Сказал, что мир застыл на краю, а наши поступки решат, в какую сторону он будет двигаться дальше, имея в виду не столько нас с тобой, сколько детей. Соланж должна прийти ко всему без вмешательства со стороны. И велел идти к тебе, но ты успел первым.

— Сейчас весна.

— А у меня разлом и бездна, — возразила жрица. — Ничего не слышал о том, что делать с ним?

Флавий пожал плечами.

— Про глубокие ямы за последнее время узнал только одно: яма пожирает Пайвану, пока не готов избавитель, который закроет ее своей кровью. Тебе это что-то говорит?

— Пока не знаю. Это ведь не Соланж?

— Определенно, нет. Но яма — не моя забота, это все, что сказал Дракон на вопрос о ней. Проверь знаки и другие знамения, может, что-то об избавителе найдется.

— Обязательно.

Они некоторое время сидели молча, каждый размышляя о своем. Как помочь близким и не нарушить уготованное им? Слишком большие силы были даны обоим, чтобы их действия не имели далеко идущих последствий.

— У тебя есть что-то еще, о чем мне следует знать? — спросил Флавий. — Начался отсчет времени, любая мелочь важна.

Сиан подумала и рассказала о гадании с камнями, которое проводила больше года назад, маг — о пророчестве Мар, считавшееся принадлежавшим только светлым. Старые знания повернулись новыми гранями в свете последних событий.

— Значит, Соланж, — задумчиво произнесла жрица, накручивая на палец смоляную прядь. — Найту она нравится, да и вся семья ее уже приняла, словно свою.

— Она пойдет по волшебной тропе в твой храм? — испытующе спросил шейс, зная о традициях темных.

— Да, и это правильно. Она справится, я это чувствую, время на подготовку есть до тех пор, пока официально не объявлена война, потом нам придется не дать им всем упасть. Все-таки характер у девочки истинно тсарский, с той разницей, что не успел испортиться от вседозволенности.

— У нас другие традиции, ты ведь знаешь, не нам их судить. Кстати, об этом! Соланж в кого-то влюблена?

Жрица звонко расхохоталась, волосы ее заблестели в случайных лучах проскользнувшего через кроны света.

— Мальчишки! — воскликнула она. — Никогда не знают, чего хотят! Не волнуйся, дорогой мой друг, она не потеряла головы. Новые чувства открывают ей мир, но ни с одним из темных ее дорога не пересекается. По крайней мере, в том будущем, которое пока доступно моему видению.

Флавий понял, что дышать стало немного легче. Способность Сиан с помощью божественной магии Дракона предвидеть некоторые вещи превышала все ожидания, значит, тсаревна в безопасности. Хотя можно ли это утверждать, когда мир на краю пропасти вместе с собственными создателями и спасителями?

Часть третья. Жертвы

Сола

Тсаревна еще раз переспросила ненавистного наставника, верно ли она его поняла, и как бы невзначай провела пальцами по локтю недавно зажившей руки. Несмотря на то, что Морган прекрасно скрывал свои чувства, оставался отстраненным и равнодушным, девушка как-то понимала, что ему некомфортно вспоминать о том случае на катке. После которого она снова попала в больничное крыло.

— Хорошо, — наследница пожала плечами и выполнила то, о чем ее просили.

Отношения с эрлом стали еще хуже, если это только можно было себе представить. Улавливая постоянную неприязнь к себе, Соланж устала бороться с ней. Ей казалось, что проще игнорировать тот факт, что кто-то видит в ней врага темного народа, чем доказывать, что это не так. Спасал Форс, во всем поддерживавший подругу. После откровенного разговора, случившегося между молодыми людьми вскоре после выздоровления Солы в конце Рождественской луны, их отношения стали еще крепче.

54
{"b":"152102","o":1}