ЛитМир - Электронная Библиотека

Слуги кланялись высокородному господину, торопясь закончить уборку до пробуждения остальных. Кто-то вытирал пыль с многочисленных зеркал, другие открывали тяжелые шторы. Распахивали окна, чтобы длинные коридоры поскорей наполнились свежим осенним воздухом. Морган даже улыбнулся, вдохнув полной грудью, но потом вернулся к своим мыслям и вновь помрачнел. Нет, ну как они могли с ним поступить подобным образом, будто уважаемому эрлу пять лет от роду!

Их с Шейном почти триумфальное возвращение в компании странной девицы меркло на фоне последующего визита Айвина в оплот Арвахо. Сколько лет здесь не было ни одного светлого, и тут вдруг сразу появление правителя и его доченьки. Слухи о той ночи ходили самые разнообразные, но правда так и не просочилась наружу, не даром они приняли повышенные меры безопасности. Не удивительно, что за всей этой суетой и ожиданием справедливой кары за выходку Морган не сразу узнал, что во время их отсутствия твари почти разгромили оплот Молари. А дальше его ярость уже не имела значения.

Понятно, что после самовольного ухода в Алайю от него ждали новых безумных поступков. Оба кузена делали вид, что заняты более важными делами, но Морган знал о том, что Найт обязательно припомнит ему постыдную глупость, недостойную руководителя тайной службы. И сделает это, как только найдет подходящий способ по-настоящему озадачить братца. К крепости, где жила Ута, ему запретили приближаться сразу же, несмотря на то, что он не успел даже высказать подобное желание вслух. Оставалось только гордо задирать нос и кривить губы в надменной полуулыбке, бесившей всех без исключения знакомых.

Тренировочный зал оказался занят.

— Доброе утро, брат! — улыбнулся кузену Дэйд, размахивая огромным мечом с невероятной скоростью. — Составишь мне компанию? Тебя кто-то уже успел взбесить или я ошибся?

Морган тихонько вздохнул. Отлично! Из всех родственников столкнуться именно с тем, кто в миг считает твое состояние и выдаст диагноз, несмотря на обычное каменное выражение лица, многообещающее начало!

— Ошибся, — хмуро ответил он брату, здороваясь. — Мне приснился кошмар, вот от чего я не в духе, и хорошая тренировка это быстро исправит. Ты сегодня выступаешь по тяжестям?

Обычно рейвин отдавал предпочтение излюбленному полуторнику, которым орудовал с ловкостью, даже не предполагавшейся в таком огромном воине. Более длинные и тяжелые мечи были не в его вкусе, но это не значило, что при случае мастер не смог бы накрошить ими в мелкую капусту парочку вражеских отрядов. Даже фламберг — неудобное для большинства оружие самых крупных рыцарей подчинялось Дэйду без усилий. В отсутствие других противников, он сражался с учебным фантомом, на котором яркими зелеными пятнами отмечались места поражений.

— Сола была в кузнице, спрашивала про мечи и боевые приемы, вот я и решил вспомнить старые времена, — усмехнулся рейвин. — Интересная девушка, разговаривая с ней каждый раз забываю, что росла и воспитывалась она в Алайе, когда своими вопросами малышка ставит меня в тупик. Ты бы пообщался с ней как-нибудь, ведь с момента вашего прибытия вряд ли обменялся с ней хоть парой фраз.

— Как-нибудь и пообщаюсь, — проворчал Морган. — Не до нее сейчас. Насколько вижу, ей уделяет внимание вся наша семья, зачем бедняжке тратить свое время на угрюмого зануду вроде меня? Нет, тсаревне надо привыкать к будущему величию и учиться правильно носить корону.

— Злой ты, — засмеялся Дэйд, развеивая фантом.

Братья взяли тренировочные мечи, какое-то время заново привыкали к их весу и длине, затем сделали несколько пробных выпадов.

— Готов быть загнанным, сказочный злодей? — грозно спросил рейвин, проводя неожиданную атаку, от которой Морган, впрочем, успел увернуться. — Почему ты ее невзлюбил? Подумаешь, скрыла от тебя свое происхождение! Ты бы на ее месте поступил бы так же, а может и вообще прирезал бы ее во сне.

Слова звучали отрывисто, словно удары, между короткими вдохами. Дэйд старался дышать правильно, но не мог отказать себе в желании вывести кузена на чистую воду. Морган зубасто ухмыльнулся, отскакивая в сторону от несшегося к нему клинка.

— Она — враг, — рыкнул он, подныривая под рукой брата, чтобы пребольно двинуть ему по ребрам. — Открылся! Нечего было отвлекаться на разговоры о светлой. Вы все забываете о том, что она принадлежит Алайе, в ее крови заложена ненависть к Сумрачному Эйду. И быть с ней дружелюбным — совершенно лишнее.

Некоторое время братья тяжело дышали, пытаясь достать друг друга. Дэйд был сильнее и хотел отыграться за коварный удар кузена, зато эрл крутился вокруг него змеей, оказываясь более проворным и избегая заслуженной взбучки.

Легкие тренировочные доспехи частично гасили силу ударов, обозначая места повреждений таким же мертвенно-зеленым светом, как и на учебном фантоме. Каждый новый выпад, каждая атака противников встречала сопротивление, ведь схлестнулись почти равные по мастерству бойцы.

— Дружелюбие не означает, что мы забываем об опасности, — пожал плечами рейвин, восстанавливая дыхание в шаге от опустившего клинок брата. — Твоя надменность и показная гордыня создают тебе не лучшую славу среди высшей знати.

— Что ж, пойду всплакну в объятиях какой-нибудь аристократки, — едко ухмыльнулся Морган. — То-то они мне на шею вешаются пачками, а впереди меня слава бежит, оказывается!

Дэйд фыркнул, их мечи снова скрестились. При братьях эрл позволял себе показывать эмоции, и не всегда демонстрировал их даже родителям. Суровое воспитание Зигмунда сказалось на его характере не лучшим образом.

— Ты ведь знаешь, что Найт заключил с Соланж соглашение. Лучше иметь на троне Алайи эту милую девушку, обязанную нам жизнью и короной, чем склочного старика, выжившего из ума.

— Согласен. Но милая девушка, заняв трон, в следующий же миг забудет о нас и поступит так, как делают все светлые по отношению к дейминам! Объявит священную войну темным выродкам!

Рейвин сделал подсечку, молниеносный выпад вперед, оставляя на боку Моргана длинную царапину. Доспехи смягчили удар, но синяка явно не избежать. Сила инерции оказалась настолько велика, что эрла отбросило на несколько шагов назад.

— Это мне за последние слова? — криво улыбнулся он, чувствуя, как воздух с трудом входит в легкие от боли. — Брось, меня просто раздражает та легкость, с которой девчонке удалось проникнуть в твое сердце, втереться в доверие к Найту. Разве это не странно?

Мастер протянул поверженному брату руку, помогая подняться. При этом он недовольно хмурился, что бывало с ним довольно редко.

— Морган, ты сам меня удивляешь! Я могу читать чужие эмоции достаточно четко, если мой собеседник специально не экранируется, знаешь же. А она — нет. И все, что я вижу в этой девушке — это душевную чистоту, боль, упрямство, которым она, кстати, не уступает тебе, и страх. Постоянный не прекращающийся страх за свою жизнь, честь, душевное здоровье. Потому что мир вокруг нее встал с ног на голову, а ожившие кошмары заполнили не только дни, но и ночи, навещая ее в снах. Подумай о том, как бы сам поступал, окажись ты в Алайе без прикрытия на самом виду один на один со светлым двором. А ведь за все время общения с ней я не увидел лжи и притворства, хотя кому как нам не знать о том, насколько портят власть и могущество некоторых дворян. Продолжим или я переборщил?

Эрл скривился, абстрагируясь от боли в боку. Тренироваться с Дэйдом всегда было невероятно познавательно, но слегка опасно, поскольку увлекшийся поединком рейвин мог не соразмерить своих сил и причинить несколько больший ущерб спарринг-партнеру, нежели намеревался.

— Нормально, — Морган раскрутил клинок и провел несколько ложных атак, пытаясь застать брата врасплох. — Твоя невинная овечка поддерживает связь с родиной, ты знал об этом?

Мастер в недоумении приподнял брови, но удар все же отразил, не поддаваясь на провокацию. Раздался звон металла, мечи скрестились, а воины сошлись ближе, тяжело сопя друг другу в лицо.

— Этого не может быть, — ответил Дэйд, отскакивая назад, когда противник попытался лягнуть его. — Граница блокирует связь между нашими странами, это просто невозможно. Да и с кем ей там общаться? Она и с родным отцом-то и часа не выдержала. У тебя профессиональная паранойя!

7
{"b":"152102","o":1}