ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда Юсуф выехал их загона, проводник уже ждал на дороге, позади него был Наср.

— Быстрее, — прошипел проводник и пустил свою лошадь галопом, остальные последовали за ним в ясном вечернем свете на восток.

В общем, подумал Юсуф, они покинули ферму за меньшее время, чем требуется, чтобы спокойно дойти от дома до дороги. Мул наблюдал за их отъездом с любопытством, но благоразумно хранил молчание.

2

Поднимаясь к вершине густо поросшего деревьями холма, проводник перевел лошадь на шаг. Все последовали его примеру и остановились недалеко от вершины.

— Хорошо бы узнать, что делается позади нас, — сказал проводник. — Если кто заинтересуется нашим отъездом, по другую сторону холма есть еще одна дорога, по которой мы могли поехать. Предлагаю заехать в лес, чтобы не выделяться на фоне неба на гребне, и я посмотрю, что смогу увидеть.

— Беда с этим очаровательным лесом, — сказал Наср, когда они поехали между деревьями, — нам ничего не видно, кроме деревьев и друг друга.

— Как только надежно скроемся из виду, — сказал проводник, — я влезу на эти камни. Оттуда открывается превосходный вид.

— Будет быстрее, если я влезу на это дерево, — сказал Юсуф, указывая на толстую ель с частыми ветвями. — Вид оттуда должен быть почти таким же.

— Господин, вы умеете лазать по деревьям? — спросил с легким удивлением проводник.

— Превосходно. Умение прятаться на деревьях много раз спасало меня от плена, — ответил Юсуф. — И зрение у меня хорошее.

Он спешился и начал взбираться, как обезьяна, по ветвям. Когда дерево начало качаться под его тяжестью, остановился.

— Что видите, господин?

— Кажется, вижу ту ферму. Отсюда она выглядит иначе, но на склоне есть еще только одна, гораздо меньшая, вижу и ее. — Юсуф пополз дальше по ветви, на которой сидел. — Да, там сад. В доме зажжены лампы. Или огонь. Он перемещается с места на место.

— Дом горит? — спросил Наср ровным, сдержанным голосом.

— Не думаю, — ответил Юсуф. — Свет перемещается с места на место, словно кто-то ходит с лампой из комнаты в комнату. Не распространяется, как пожар. Кажется, есть еще лампы во дворе, и люди ходят в одной или двух комнатах.

— Всадников видишь?

— Нет, но вижу пелену тумана, возможно, это поднятая пыль. Ага! — сказал Юсуф, повысив голос. — Всадники скачут галопом. Они были за холмом, — добавил он извиняющимся тоном. — Их шестеро или семеро — семь всадников, на этой дороге, быстро скачут к нам.

Говоря, он спускался быстро, как только мог, не обращая внимания на царапины.

— Это нам сигнал уезжать, — сказал проводник.

Они поднялись к вершине, двигаясь гуськом, близко к деревьям, но как только перевалили ее, пустились медленной, осторожной рысью вниз по крутому склону.

— Ну, вот, господа, — сказал проводник. — Левая дорога приведет нас к границе в другом месте, дальше к северу, но, пожалуй, надежнее. Гораздо надежнее.

— Они не догадаются, что мы должны были ехать в этом направлении, возможно, по этой дороге? — спросил Наср.

— Может, догадаются, — ответил проводник. — Может, и нет. На этой местности можно сбиться с толку. Вот увидите.

Дорога шла через лес. Пока они медленно, осторожно спускались, их окружила темнота, заполненная смутными очертаниями. Неожиданно она кончилась. Склон сгладился, лес поредел, и они увидели впереди в оранжевом свете заката неровную, поросшую травой местность. Юсуф оглянулся на холм, с которого они спустились, и удивленно покачал головой. По обе стороны лесной дороги, которой они ехали, вздымались крутые утесы с грудами камней у подножья. Теперь каждый шаг был опасным.

— Здесь нужно ехать шагом, — сказал проводник. — Будем держаться как можно ближе к утесам слева. Не отставайте, господа.

Они осторожно ехали по грубой, растущей пучками траве, огибая груды камней, спускались в сухие русла, по которым еще текли струйки воды. Ландшафт вокруг менялся, но они продолжали ехать по каменистой равнине. На смену сгущавшимся сумеркам пришла высоко поднявшаяся в небо луна. Она была достаточно яркой, чтобы освещать им путь, и Юсуф решил, что по крайней мере половина ночи уже позади. Проводник свернул в сухое русло и остановился.

Сделав знак молчать, он спешился и скрылся. Остальные ждали, напряженно прислушиваясь и вглядываясь в темноту. Через несколько минут проводник появился и встал у стремени Юсуфа.

— Проведем ночь здесь, — сказал он обычным негромким голосом. — Здесь впереди вода, трава и укрытие под утесами.

— Откуда ты все это знаешь? — спросил Наср.

— Я родился и вырос примерно в миле отсюда. Двигайтесь осторожно. Перед нами глубокое озерцо. Вода хорошая, но холодна для купания, — сказал проводник, и Юсуф не понял, всерьез или с легкой насмешкой.

Юсуф крепко спал, пока его не разбудил щебет готовящихся встретить день птиц. Он перевернулся на спину. Под ним оказалось что-то твердое, острое. Что-то раздражающе касалось щеки. Открыл глаза и увидел над собой тусклые очертания скалы.

Юсуф осторожно сел и огляделся. Он находился в неглубокой пещере. Справа было отверстие, довольно большой овал серебристого цвета, между ним и отверстием лежал мирно спавший на боку Наср. Юсуф очень осторожно встал, нагнувшись, чтобы не удариться головой, и перешагнул через предполагаемого зятя. Присел и спрыгнул с небольшой высоты на землю.

Проводник и Ахмед, их оставшийся стражник, сидели между озерцом и маленьким железным котлом, от которого шел очень аппетитный запах.

— Откуда эта посудина? — спросил Юсуф.

— От доброты соседей, — ответил проводник. — Они живут неподалеку отсюда. У меня еще есть хлеб, творог и фрукты, их нам дал живущий поблизости фермер. У нас есть вода для питья и умывания, у лошадей есть трава. Жаль, что мы не можем остаться здесь, это было бы очень неразумно.

— Что было бы неразумно? — послышался голос сверху.

— Оставаться здесь, господин Наср, — ответил проводник. — Я не единственный, кто знает это место.

Они съели почти всю еду, которую проводник ухитрился раздобыть поблизости, оставили только часть хлеба и фруктов, чтобы поесть потом.

— А как же котел? — спросил Юсуф, хорошо знавший, какой скандал может вызвать на кухне исчезновение котла.

— За ним придут те добрые люди, которые дали его нам на время, — ответил проводник. На лице его появилась улыбка, но тут же исчезла, и он вновь стал серьезным. — Позвольте объяснить, что у меня на уме, а вы, разумеется, можете принять решение, которое покажется вам наилучшим. — Он разровнял клочок сухой земли и взял прутик. — Вот дорога, по которой мы ехали, и ферма, которую покинули, — заговорил он ничего не выражающим голосом. — Мы бы выехали на дорогу к Лорке, идущую через эти долины, за час или меньше, если б не спустились сюда. Я не знаю, что за люди ищут юного господина, но, думаю, ехать прямо на север и искать помощи в крепостях может быть так же неразумно, как поиск отдыха и уюта у Джабира.

— Ты настоящий дипломат, — сказал Наср. — И я согласен с тобой. Если не знаешь лица врага, то не сможешь узнать лицо друга. Но я перебил тебя.

— Да, господин, — сказал проводник, быстро водя по земле прутиком. — Я предлагаю ехать на северо-восток, где есть брод через речку, а потом направиться прямо к перевалу в этих холмах. По нему ездят редко, проще обогнуть холмы, но на этом пути у нас будут вода, продукты и по крайней мере один-два надежных друга.

— То есть более надежных, чем мой брат Ибрагим, — с горечью сказал Наср.

— Мы не знаем, что было на уме у господина Ибрагима, — сказал проводник. — Возможно, то была ловушка, устроенная Джабиром по наущению других.

— Кого других? — спросил Наср.

— Любого, кто видел наш приезд в Гуадикс, — ответил проводник, — и понял, что мы, скорее всего, поедем по дороге, ведущей к ферме Джабира.

— Хотелось бы верить тебе, — заговорил Наср. — Но мой брат, получивший приказ Его Величества двигаться как можно быстрее, умышленно останавливался в каждой деревушке, давая достаточно времени всей Гранаде приехать на ферму Джабира раньше нас. Думаю, он посылал сообщения с теми двумя стражниками. Мне было сказано от имени эмира, что они должны оставаться с нами, пока не достигнем границы. А когда эти всадники прискакали на ферму, к дому, полному спящих, надежно запертых людей, они должны были найти одну комнату с незапертой дверью, а в ней четверых нас, спящих, как убитые.

33
{"b":"152198","o":1}