ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Постой, Мэл, – оборвал Руин, куда более искушенный в интригах. – Продолжайте, Банга. У меня уже появлялась мысль, что все происходящее ведет только к одному финалу.

– К какому, Руин?

– Подожди, Мэл.

– Я с вами согласна, Руин. Законы Центра таковы, что кланы могут бороться с Блюстителями Закона только одним легальным способом – отстранить от занимаемой должности – поскольку войну, следующий шаг, никак нельзя считать легальным.

– А декланирование, лишение статуса клана?

– А основания?

– Их предостаточно.

– Чтоб декланировать, необходимо превратить клан Блюстителей Закона в обычный рядовой клан, – мрачно произнес Руин, опережая Бангу. – Ты понимаешь, что ни один здравомыслящий патриарх, у которого к тому же рыло в пуху по самые уши, никогда не позволит осуществить подобное? От власти не отказываются так просто. Достаточно нашим патриархам встретиться, обсудить хотя бы предположительную возможность подобного шага – и все они окажутся на Звездных каторгах, бьюсь об заклад. Ты пойми, что бить надо однажды и насмерть. А то, о чем говорит Банга, это, – Руин зашарил вокруг себя руками, будто искал недостающее слово, – это все равно что отобрать у волка зарезанного ягненка и повернуться к хищнику спиной. Мэл, ты же понимаешь...

– С другой стороны, – продолжала невозмутимая Банга, – война – шаг крайний и нежелательный для любого клана Центра. Наши патриархи решатся на него лишь в крайнем случае.

– Так что же ты думаешь по этому поводу?

– Только одно – война все равно будет. Вопрос лишь в том, когда именно.

– По мне, так лучше поскорее, – проворчал Мэлокайн. – Чем дольше тянешь, тем труднее добиться своего.

– Войну надо начинать тогда, когда есть возможность при малых затратах добиться наибольшего успеха, – назидательно ответил Арман. Говорил он, как по писаному – должно быть, вспомнил уроки тактики и стратегии в Провале.

– Как бы там ни было, решать этот вопрос будут патриархи. По большому счету это и правильно, ведь именно им предстоит за все отвечать, – рассмеялась Банга и потянулась в кресле – томно, как кошка.

В этот момент Дэйн, который почти полностью влез в дымоход, неловко ступил и обвалился внутрь, прямо в очаг, на тонкий слой пепла. Темно-серая взвесь выпорхнула из камина и наполнила собой воздух в комнате. Мэлокайн и Руин повскакивали с мест, лишь Банга осталась сидеть – она лишь слегка прищурилась, отчего стала еще больше похожа на кошку. Младший Арман завозился в очаге, пытаясь сделать последствия своего падения менее разрушительными, но в результате выгнал из устья камина еще одно серое облачко.

– Дэйн! Ёлки-палки! – крикнул Руин. – Что ты творишь?! Немедленно выбирайся оттуда... Нет, оставайся там. – Он лихорадочно копался в памяти, пытаясь отыскать подходящее случаю заклинание, но ничего не находил.

– Ты определись, – послышалось из камина, – выбираться мне или нет.

– Я тебя выпорю, Дэйн, – пообещал ликвидатор, с огорчением следя, как пепел оседает на дорогой парче дивана и кресел, как забивается в щели инкрустаций на столике и шкафах. – Ты что сделал с гостиной Банги?

– Обломишься, корявый, не догонишь!

– Я не догоню? – искренне удивился Мэл.

– Прекратите! – оборвал Руин. – Дэйн, не двигайся. – Он наконец составил подходящее заклинание и прочел его, следя, чтоб облако чар накрыло всю комнату, проникло в любой ее закоулок. Магия извлекла пепел из всех складок и закоулков, собрала его в большой шар и стала сжимать. Арман прекратил действие заклинания, когда у него перед глазами парил камень размером с мелкий мандарин. Он подставил руку, поймал булыжник в ладонь и вопросительно взглянул на Бангу. – Куда его можно кинуть?

– Какое замечательное заклинание, – похвалила она и указала на большую хрустальную пепельницу. – Туда, пожалуйста... Я вижу, вы настоящий мастер своего дела. Магистр?

– Еще нет. Но, надеюсь, скоро буду.

– Не сомневаюсь, что будете. Уверена, что подниметесь и выше... Еще наливки?

Заклинание Руина очистило и одежду, и волосы Дэйна, так что на трубочиста он походил только лицом и ушами, что, впрочем, быстро исправил с помощью мягкой салфетки. Он с радостью прыгнул на диван и в ответ на предложение Банги закивал головой.

– Спасибо, – поблагодарил Руин. – А тебе, Дэйн, на сегодня достаточно. Ты что-то слишком разыгрался.

– Чем больше я пью, тем задумчивее становлюсь! – обиженно заявил младший Арман. – Алкоголь стимулирует мою мозговую деятельность.

– Ох, лучше б ее ничего не стимулировало...

Спор прекратила хозяйка дома, подав Дэйну полный бокал. Не забыла она и остальных гостей. В гостиную вошла служанка, которая принесла огромную вазу нарезанных экзотических фруктов и другую – с маленькими, размером с конфету пирожными. Поставила то и другое на стол и, не произнеся ни слова, вышла. Она была так же чернокожа, как ее хозяйка. Тоже довольно привлекательна и молода, но полное отсутствие живости и грациозности делало ее почти уродливой. Ни один из мужчин и не подумал на нее посмотреть, если рядом находилась Банга.

– Банга, ты что-нибудь знаешь о происшествии с девушкой из клана Драконов Ночи? – спросил Мэл. – В последнее время отношения между нашими кланами стали довольно тесными, но Эндо ничего не рассказывает о том, что деется у него в клане.

Женщина усмехнулась, и в ее усмешке было глубокое понимание.

– А ваш патриарх, конечно, очень хочет знать, что именно произошло.

– Он хочет иметь представление.

– Можешь успокоить его. В душе Эндо расцветает такая ненависть к Блюстителям Закона, что, думаю, именно он станет инициатором войны.

– Что случилось, Банга?

– Законники захватили его младшую потомицу, Аэль Изумрудную Змейку. Проверять, решатся ли они что-нибудь сделать четырнадцатилетней девочке или нет, Эндо не стал. Он был вынужден обменять ее на другую участницу программы, Эрлику Тар Туманную, с которой, насколько я понимаю, и сделали все, что законникам было необходимо. Кроме того, Эндо пообещал, что последний, третий участник Программы из его клана, Гэр по прозвищу Некромант обязательно встретится с предложенной ему в пару девушкой и попытается наладить с ней отношения.

– Пообещал?

– Да.

– И как?

– Насколько я знаю, Гэр встречался с этой девушкой и честно пытался уговорить ее выйти за него замуж. За ним следило очень много народу, и не только люди Блюстителей.

– Что же за девушку ему предложили?

– Окаду Накамура.

– Что? – вскрикнул Мэл и подскочил на месте. – Окаду? Внучку главы клана? Она же правая рука патриарха по внешнеполитическим делам. А что по этому поводу сказал сам Эдано Накамура?

– Он заявил, что за кого там внучка пожелает выйти, за того и выйдет. Сейчас этот вопрос еще решается. Но можно сказать с уверенностью, что без брака Окада не станет заводить с Гэром отношений.

– Скорей уж сделает ему сеппуку, – заметил Дэйн, из чего братья сделали вывод, что разговор он слушает весьма внимательно.

– Сеппуку – это ритуальное самоубийство. Само-убийство. Не болтай ерунды.

– Уверен, таланты Окады таковы, что она может...

– Заткнись!.. Интересно, насколько подобный брак, если он осуществится, испортит отношения между кланом Накамура и Драконами Ночи.

– Все может быть. Я не слышала о Гэре ничего плохого. С чего бы Эдано злиться на него, если молодой человек будет обращаться с Окадой вежливо и уважительно?

– Но все-таки брак в какой-то степени вынужденный...

– Никакие силы не могут заставить девушку Накамура сделать то, что противоречит ее представлениям о правильном. Равно и юношу тоже. Я слышала, что Блюстители оставили клан Накамура в покое после того, как один из захваченных законниками молодых людей в ответ на угрозу сделать ему инъекцию «гормонального взрыва» умудрился за три секунды оскопить себя широкой шпилькой. Законники успели только оказать ему медицинскую помощь, но помешать не смогли.

– Шпилькой? Откуда у парня шпилька? – вскрикнул Дэйн, вскакивая на ноги.

64
{"b":"15221","o":1}