ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Не знаю.

– Ты ведь сам только что сказал про копию, свидетельства о рождении ребенка. Значит, надо выяснить, как она попала к Виктору.

– По-твоему, это так просто? Мы уже с Людмилой ломали голову над этим вопросом. Моя родственница не делала никаких копий и свидетельства не теряла, официантку Люду, хрупкую сероглазую девушку с характерным вологодским оканьем, он называл родственницей. Она была из тех, чье лицо невозможно восстановить в памяти.

Марк позвонил Виктору через неделю после визита кузена в аптеку. К тому времени Майринг немного остыл, и дальнейшая судьба брата была ему небезразлична. В трубке он услышал тихий девичий голосок: «А Витя скончался…»

Так он познакомился с Людой. Смерть бывшего любовника она перенесла спокойно, потому что давно уже похоронила его в своем сердце. Квартира в центре Питера явилась для нее подарком судьбы, ни она не знала, что делать с этим подарком.

Продать ее нельзя. Разве что сдать жильцам? «Зачем? – возмутился Майринг. – Привозите мальчика и живите с ним здесь. А работу я вам подыщу, и в садик устроим Андрейку». Так Люда сделалась официанткой, а у Андрейки появился-"дядя Марк".

Усевшись за их столик, она покраснела и от волнения долго не могла вступить в разговор. Люда стеснялась не Марка, с которым крепко сдружилась за последний месяц. Ее смущало присутствие , Аиды, о которой ходили разные сплетни. Как, например, объяснить, что молодой девушке нравится смотреть женский стриптиз?

– Я не делала копии, – подтвердила она. – С меня никто не требовал копии. А свидетельство лежало в папке с другими документами.

– А кто-нибудь из твоих домашних не мог сделать копию и послать ее Виктору? – начала допрос Ада.

– Мои домашние не знали, кто отец ребенка. И уж тем более никто не знал нового Витиного адреса.

– Может, кто-нибудь гостил у вас в последнее время?

Люда сразу хотела ответить отрицательно, но вдруг запнулась.

– Что ты вспомнила? – встрепенулся Марк. – Не стесняйся! Здесь все свои.

– В мае приезжал дядя Коля, – с трудом вы давила из себя официантка. – Это папин брат. Он обычно приезжает осенью, в сезон охоты, а тут явился по весне. Мы с мамой его недолюбливаем. Где дядя Коля – там всегда пьянка…

– Уже теплее, – улыбнулась Аида. Ее улыбка всегда создавала ощущение комфорта. Люда тоже ответила ей улыбкой.

– Вряд ли дядя был способен на такой поступок. Они с отцом не просыхали всю неделю, что он у нас гостил. А главное, зачем?

– Где живет твой дядя Коля? – поинтересовался Майринг.

– В Питере. Он всю жизнь проработал на заводе имени Кирова, а два года назад уволился. Зарплату все равно не платят, так чего задарма горбатиться?

Устроился электриком в РЭУ. На бутылку в день наскребает. А больше от жизни ему ничего не надо. А уж мой ребенок и вовсе до лампочки.

– Вот именно! – подхватила Аида. – Сама говоришь, что за бутылку он готов на все.

– Не может такого быть! – стояла на своем Людмила. – Дядя Коля копается в папке с моими Документами? Не смешите меня! – она не на шутку разволновалась и забыла о своей застенчивости.

– А с Виктором он был знаком? – снова вмешался Марк.

– Несколько раз сталкивался, когда мы торговали альбомами на Невском. И всегда с одной и той же просьбой: одолжить на бутылку. Витя одалживал, пока сам не залез в долги.

– Дядя Коля знал об этом?

– Кажется, знал. Точно уже и не помню… Визит к подозреваемому дяде Коле решили не откладывать в долгий ящик. Люда позвонила в его РЭУ и узнала номер дома, на котором он устанавливает телевизионную антенну.

– Поехали! – скомандовала Марку Аида. – Его надо брать трезвым, а то к вечеру он лыка не будет вязать!

Марку показалось, что все происходящее для нее не более чем забава, желание весело провести время.

Люда со скептическим видом пожелала им удачи.

Николай Степанович Чернобровкин еще не успел опохмелиться и потому пребывал в недобром здравии и дурном расположении духа. Срочная работа, да еще на крыше нового девятиэтажного дома, вопреки здравому смыслу повергла электрика в состояние ступора. Пальцы не слушались, мозг дремал, и только язык время от времени вяло выдавал очередную порцию привычного мата. Двое его коллег, казавшихся помоложе да половчее, горячо обсуждали последний матч «Зенита», припоминали предыдущие матчи вплоть до тысяча девятьсот шестьдесят пятого года и прогнозировали матчи будущие. В общем, работа не спорилась.

Появление на крыше молодого человека в приличном костюме было расценено всеми как добрый знак.

– Кто здесь Николай Степанович? – обратился к электрикам молодой человек. – Меня направили к вам из РЭУ. Работа пустяковая, на десять минут.

– Что случилось? – набычился дядя Коля. С жильцами окрестных домов он держался очень строго, давал почувствовать свою незаменимость.

– У меня дверной звонок сломался, а я сегодня жду гостей.

– А постучать слабо твоим гостям? Или тоже сломаются? – Николай Степанович запросто переходил на «ты» с незнакомыми людьми и ни с кем особо не церемонился.

– Не достучатся. Дверь тамбурная, да еще железная. Да вы не сомневайтесь, не обижу. На две поллитровки хватит.

– Валяй, Степаныч! – бросил один из коллег.

– Принеси нам в клюве добычу! – поддержал Другой.

Дядя Коля пробурчал что-то малоцензурное, однако оторвал седалище от гудрона и побрел за незнакомцем.

Все шло по Аидиному плану, хотя Марк и сомневался в его целесообразности Он мог бы сам поговорить со стариком. Прямо на крыше. И тот а вряд ли отказался бы от денег. От денег никто не откажется.

– Далеко живешь, парень? – поинтересовался Николай Степанович, когда они спускались вниз – Через три двора.

Дядя Коля присвистнул.

– А это разве наше РЭУ?

– Да вы не волнуйтесь, я на машине. И обратно могу вас доставить…

Электрик плюхнулся на сиденье рядом с водителем, зацепив краем глаза девушку в глубине салона и пробурчав что-то типа: «Здрэст».

Аида действовала молниеносно, заблокировала дверцу и приставила к уху дяди Коли пистолет.

– Поговорим по душам, старый козел!

Майринг, вряд ли ожидавший такого поворота, хотел сказать: «Аида, мы так не договаривались», но успел произнести только имя девушки и услышал в ответ: «Заткнись!»

– Надеюсь, ты не сомневаешься, что я могу вытряхнуть все твое маразматическое дерьмо?

У Николая Степановича что-то громко засвистело внутри, пожилой электрик явно страдал одышкой. Он только кивнул в ответ, растеряв от страха все слова.

– Хорошо, – довольствовалась она произведенным впечатлением. Дядю Колю трясло как в лихорадке. Майринг, положив голову на руль, отключился, предоставив ей полную свободу действий. – Тогда напряги остатки своих высохших мозгов. В мае ты гостил у брата в Бабаеве, так? – Леха… брат… – Дар речи постепенно возвращался к Николаю Степановичу. – Молодец! Делаешь успехи, маразматик, – похвалила Аида. – А племянницу как зовут?

– Люда.

– А сына племянницы? Вспоминай быстро! Ведь ты снимал копию с его свидетельства о рождении!

– Ничего я не…

– Склероз? Ах ты, дерьмо! – Она ударила Чернобровкина рукояткой пистолета. – Вспомнил?

– Аида, прекрати! – встрепенулся Марк.

– Успокойся, Марик. С такими иначе нельзя. Я тебя предупреждала…

– Беда с этими бабами, молодой человек, – пожаловался Майрингу дядя Коля, вытирая кровь с поцарапанной щеки, – одна другой чище! А я ведь, между прочим, под Сталинградом врукопашную…

– Кому ты заливаешь, мудило? – засмеялась девушка. – Да в сорок третьем тебе еще и пяти лет не было! Иначе сидел бы на пенсии, а не лазал по крышам! А что ты там насчет баб проблеял? «Одна другой чище?» Тебе баба заказала эту копию? Ну что, в рот воды набрал? Еще раз врезать?

– Так я и говорю, что баба.

– Уже теплее, дядя Коля. Как зовут бабу?

– А я почем знаю? Она не называлась. Нож к горлу приставила, езжай, говорит, и привези, а иначе хана. Правда, оплатила поездку и на вознаграждение не поскупилась. Пятьсот «зелененьких» на дороге не валяются!

6
{"b":"15229","o":1}