ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Помолюсь. — Во тьме глаза Дахут были огромные, как луна.

Комнату освещал подсвечник с семью ветвями. Воздух спертый и полный мрака; он так отвратительно смердел, что девушка почти давилась. Недавно смененная постель снова намокла от пота, мочи, грязи, выделявшейся наружу несмотря на то, что Фенналис не ела несколько дней. На пятнистом лице лежали жидкие волосы. Кожа на скулах обвисла, и нос теперь выступал. Женщина дышала неровно. То и дело издавала мяукающие звуки. Было невозможно определить, узнала ли она склонившуюся над ней Дахут.

Девушка подняла взгляд на образ в нише в ногах кровати. Это была Белисама в виде Старухи, но не такой отвратительной, как обычно; эта пожилая госпожа безмятежно улыбалась с поднятой в благословении рукой. Дахут жестикулировала и бормотала. Бодилис почтительно сложила руки.

Тысячелистником Дахут стегнула по Фенналис и положила растение ей под голову. Но принцесса не смогла скрыть отвращение, обнажив вздутое тело и проводя по нему пальцами; слова ее запинались.

Тем не менее, пока она совершала богослужение, Фенналис успокаивалась, закрыла глаза и мирно улыбнулась. Дахут выпрямилась.

— Надеюсь, ты сделала это, — в страхе прошептала Бодилис. — Сила Прикосновения принадлежит тебе. Какую еще силу ты в себе несешь?

Ликование звучало мягко:

— Я рада. Богиня выбрала меня.

В комнате был кувшин с водой, таз, полотенце. Дахут поспешно вымыла руки.

— Спи спокойно, — сказала она Фенналис, но не поцеловала перед уходом.

Бодилис проводила Дахут до двери.

— Пожалуйста, завтра приходи пораньше, — попросила королева.

— Конечно. У меня этот день свободен.

— Где ты остановилась?

— У Малдунилис. Ты не знала? — В прошлом году Дахут завела привычку жить в доме той, очередь которой была вести Бдение. Одежда и пожитки хранились во дворце, а слуги приносили то, что требовалось. Вместе с тем она все чаще говорила о том, чтобы завести свой собственный дом.

— Я забыла, такая уставшая. — Галликены по очереди заботились о своей сестре. Однако несколько дней лихорадка держала взаперти Ланарвилис и Гвилвилис. Это было не смертельно; говаривали, будто завтра они встанут на ноги; тем временем на остальных ложились двойные обязанности. Бодилис взяла на себя весь уход, как только смогла отложить некоторые привычные обязанности, такие как управление библиотекой или помощь по эстетике в общественных делах. Дахут крепко ее обняла.

— Желаю тебе поскорее освободиться.

— Пусть освободится Фенналис. Спокойной ночи, дорогая.

Когда дверь за девочкой и подсвеченными луной сумерками закрылась, Бодилис слегка наклонилась к больной, спрятав глаза в изгибе локтя.

— Семурамат — Тамбилис, — пробормотала она, — надеюсь, тебе в эту вечернюю пору хорошо. — И выпрямившись: — Нет, это не сожаление. — Она засмеялась тому, что говорит сама с собой и вернулась в спальню. — Мальти, — позвала Бодилис, — ты нам снова нужна.

Служанка с неохотой пришла помочь вымыть Фенналис, сменить постель, вынести испачканные вещи. Пациентка смогла немного подсобить, сонно переворачиваясь, как надо, но не показывая боли.

— Думаю, можешь пойти поспать, — сказала Бодилис в завершении работы.

— А вы, моя госпожа? — осведомилась служанка.

— Я понаблюдаю некоторое время. — Бодилис ночевала в соседней палате, оставляя дверь между ними приоткрытой. — Мне нужно кое о чем подумать до прихода слепой Богини.

Она уселась на стул и достала одну из тех книг, что держала сбоку на столе. Королева сказала правду. Надо было обдумать некоторые волнующие вопросы после того, что сейчас произошло. Но сначала ей хотелось поудобнее устроиться. Книга была покрыта слоем трехсотлетней пыли; не важно; ее неумолимое спокойствие по-прежнему действовало.

Все вещи служат и подчиняются законам вселенной: земля, море, солнце, звезды и растения, и животные на земле. Наше тело тоже подчинено этому порядку, больное и здоровое, молодое и старое, и претерпевая другие установленные изменения. Поэтому разумно то, что зависит от нас самих. Поскольку Вселенная могущественная и высшая, она совещается с лучшими из нас, направляя нас вместе с целым. И дальше, противоречие, помимо своей нерациональности, ничего не создаст кроме напрасной борьбы, приводит нас к боли и сожалению.

— Бодилис.

Она уже почти ничего не слышала, но часть ее все-таки оставалась бдительной. Королева отложила книгу и подошла к кровати. Фенналис при виде ее улыбнулась.

— Как ты? — спросила Бодилис.

— Чувствую покой, — прошептала Фенналис.

— О, чудесно. Это сделала Дахут.

— Я помню ее сквозь сон, но тогда все было так спутано. Теперь мир ясен. Ясен как священный пруд. — Слова постепенно исчезали.

— Я могу тебе что-нибудь принести? Воды, молока, супу, хлеба?

Фенналис слабо покачала головой.

— Спасибо, нет. — Собралась с силами, прежде чем смогла сказать: — Мне хотелось бы… ты помнишь рассказ про… девочку, птичку и про менгиры? Моя мать рассказывала мне ее, когда я была маленькой…

Бодилис кивнула.

— Сказку венета, да? Хочешь снова ее услышать?

— Этот мир… славный…

Бодилис поднесла свой стул к кровати и снова уселась.

— Ну, — начала она, — давным давно жила-была девочка, и жила она возле Места Старых, где стояли высокие кромлехи, да нависали дольмены, да менгиры выстроились сотнями, и рядам их не было конца и края. Так давно это было, что на месте огромной бухты там была сухая земля. Густые леса росли на ней. Это было уединенное место для житья, уединеннее нельзя было бы отыскать, потому что была она единственным ребенком у своего отца, жена которого умерла, а сам он был лесожегом, и его хижина стояла в лесах сама по себе. Девочка старалась изо всех сил следить за домом. Поскольку из друзей у нее были лишь ветра, маргаритки, солнечные зайчики, что порхают по лесной земле, когда ветер колышет ветви, да бабочки, танцующие с ними. Она часто мечтала о друзьях и очень хотела пойти к Месту Старых. Отец ей никогда не позволял. Когда она просила, он говорил, что оно обитаемо. Но она мечтала о народе эльфов неземной красоты, еще более грациозных, чем бабочки, посреди серых камней.

Однажды, когда отец ушел на работу, девочка пошла с кувшином на родник, бивший неподалеку от их хижины. Она не прошла и три раза по три шага, как услышала писк. Она посмотрела, и там на земле увидела птенчика, выпавшего из гнезда, такого крошечного, тощего и печального. Он вскоре неминуемо погибнет, если до этого его не обнаружат лиса или барсук. Девочка пожалела птичку. Она ее подняла. Оглядевшись, увидела высоко над головой гнездо…

Бодилис замолкла, потому что Фенналис закрыла глаза и дышала ровно.

— Ты еще не спишь? — тихо спросила Бодилис. Ответа не последовало. Спустя минуту-две Бодилис была уверена, что женщина заснула.

На нее навалилась усталость. Она зевнула, сощурилась, решила, что тоже может найти немного забвения. Взяла из подставки свечу осветить себе путь.

Королева проснулась. Через окно неправдоподобно ясный струился лунный свет, образуя на полу лужицу. Свеча совсем оплыла. Должно быть, прошли часы, больше, чем она хотела. Вздохнув, она поднялась и зашаркала взглянуть, как там ее пациентка.

Когда она туда вошла, Фенналис открыла глаза. Бодилис заметила, что зрачки расширены. Запахло потом. Дыхание участилось.

Миг Бодилис стояла не шевелясь.

— Ты ждала меня? — пробормотала она. Она присела на край кровати, склонилась над лицом Фенналис. То молилась, то вполголоса напевала, пока не утихла предсмертная борьба.

Наконец смогла встать, чтобы закрыть глаза, соединить челюсти, поцеловать в бровь. Потом на ощупь подошла к окну и долго стояла, всматриваясь в безжалостный белый лунный свет.

VI

Сон ускользнул и от Дахут. В конце концов она куда-то поплыла.

Она стояла в Заброшенном Замке, Гаргалвене, на внешнем краю. За громадными курганами — разрушенными домами, вставали гребни, — обвалившиеся стены. В провалах лежала густая тьма, но вдоль вершин на траве и камнях мерцал иней. Под девушкой почти отвесно падал утес. С наступающей волной гудел и рычал прибой. На черных волнах сиял свет от склонявшейся к западу луны, вспыхивая белым там, где волны разбивались о скалы. Из-за него звезды в той стороне тускнели, но над холмами их было множество: Возничий, Близнецы, вечно девственные Плеяды, Телец с налитыми кровью глазами. Бродил ветер, неся первый укус осени. Одежда Дахут колыхалась. Она не замечала ни ветра, ни холода. Так она взывала ко времени вне времени.

36
{"b":"1524","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Мастер Ветра. Искра зла
Иллюзия греха
Игра в возможности. Как переписать свою историю и найти путь к счастью
Мужчины с Марса, женщины с Венеры. Новая версия для современного мира. Умения, навыки, приемы для счастливых отношений
Круг женской силы. Энергии стихий и тайны обольщения
Хватит ЖРАТЬ! И лениться. 50 интенсивных тренировок от тренера программы «Свадебный размер»
Презентация ящика Пандоры
Сам себе плацебо: как использовать силу подсознания для здоровья и процветания
Я боюсь собеседований! Советы от коуча № 1 в России