ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Десант князя Рюрика
Неймар. Биография
Дневник слабака. Предпраздничная лихорадка
#Я хочу, чтобы меня любили
Каждому своё 2
Необходимые монстры
Лесовик. Вор поневоле
Девушка из кофейни
Проклятие Пражской синагоги
Содержание  
A
A

Ответ из Ленинграда пришел скоро. Сообщались условия приема в художественный техникум. Были они нелегкими. «Нет, мне не подготовиться, – думал я. – Да если б и подготовился, вряд ли удалось бы поехать».

И отец сказал:

– Я так думаю, Ваня: дюже далеко ехать, расход большой да и одет ты плохо. Я болею. Мать тоже. Куда от нас, стариков, поедешь? Что делать, сынку… Ты еще молод, и рисование от тебя не уйдет. – И он снова пообещал: – Вот выздоровлю, на завод тебя пристрою.

На том мы и порешили. И я пошел к Нине Васильевне – поговорить с ней, посоветоваться.

– Ну что ты, Ванюша, решил? Что будешь делать? – спросила она, угощая меня чаем, как семь лет назад.

Я рассказал о нашем решении и добавил:

– Техника мне нравится, Нина Васильевна. Вот изучить бы ремесло, а потом подготовиться в техникум. А после на большое строительство поехать, в Кузбасс например. Да мало ли мест! Может, в экспедицию куда-нибудь на пароходе вроде «Челюскина»… Вот это интересно!

Нина Васильевна с доброй улыбкой посмотрела на меня.

– А мне бы хотелось, Ваня, чтобы ты учителем стал. Я наблюдала, как ты с товарищами занимаешься. Вспомни-ка, ведь ты любил эти занятия.

– Любил, Нина Васильевна. Даже сам подумывал – не стать ли учителем, но ведь не примут меня ни в педрабфак, ни в техникум. Мал – скажут.

– Ты сначала в школу рабочей молодежи поступи. А там видно будет.

И я тут же у Нины Васильевны написал заявление и снова отправился в Шостку. Решил так: все узнаю, тогда уж и уговорю отца.

ПЕРЕБИРАЮСЬ В ШОСТКУ

Заявления принимали директор и завуч. Они просмотрели мои документы, и директор сказал:

– У нас учится рабочая молодежь без отрыва от производства, а ты ведь нигде не работаешь.

– А мне тоже хочется учиться и работать, – отважился сказать я.

Директор улыбнулся, стал расспрашивать о семье, о том, как я учился, вел ли общественную работу в школе, в колхозе. После недолгого разговора с завучем он сказал:

– Раз тебе так хочется учиться, зачислим тебя в школу. Может, и на работу устроим.

На этот раз я вернулся домой, весело напевая. Но когда я сообщил радостную весть отцу, он нахмурился. Я поспешил сказать про обещание директора. А мой батька, вздохнув, заметил:

– Упорливый ты у меня, Ваня. Что ж, учись!

Я побежал к Нине Васильевне. Узнав о новости, она обрадовалась, поздравила меня и сказала:

– Помни, Ваня, знания тебе для любой профессии пригодятся.

Занятия начались с осени. В школе училась рабочая молодежь с заводов. Но было несколько человек из пригородных колхозов. Поступил туда и Ивась, за которого я дрался в классе.

Уроки кончались в одиннадцать часов вечера. Два наших односельчанина учились на педагогическом рабфаке, и мы возвращались в Ображеевку вчетвером. Наши дороги расходились за километр до села. Товарищи сворачивали в сторону – на противоположную окраину, и я шел дальше один, долго перекликаясь с приятелями.

В слякоть, в пургу и мороз мы ежедневно ходили по семь километров до Шостки да по семь обратно.

Учиться было нелегко, особенно много приходилось заниматься русским языком: у нас в сельской школе занятия шли по-украински.

Мы с Ивасем были всех младше в школе и, попав в незнакомую обстановку, первые дни стеснялись и робели. Учащиеся – молодые рабочие – заметили это и отнеслись к нам внимательно, по-товарищески. Никто ни разу не позволил себе посмеяться, подшутить над нами. Напротив, все нас подбадривали, поддерживали:

– Да вы не робейте, ребята! Учение – дело хорошее. Подрастете – на завод поступите.

Мы с Ивасем быстро освоились и вошли в дружный круг молодых рабочих. Любознательные, начитанные ребята были в курсе всех событий тех дней, всем интересовались: и делами новаторов производства, и авиационными рекордами. Они часто обсуждали газетные статьи о реконструкции народного хозяйства, об успешном осуществлении второй пятилетки, принятой на XVII съезде партии. С интересом и пользой для себя слушал я их разговоры. Уже не робея расспрашивал о производстве. А как-то, совсем осмелев, сказал, что мне хочется и нужно работать. Товарищи охотно вызвались меня устроить учеником на производство.

– Вот подожди: на завод тебя поведем, все тебе покажем. Подучишься, подрастешь – будем вместе работать.

Через некоторое время меня вызвал директор:

– У нас организуется библиотека. Хочешь работать библиотекарем?

– Да вот ребята обещали мне на заводе работу найти…

– В библиотеке у тебя тоже работа будет. И еще какую тебе пользу принесет! Ведь недаром говорят: книга – лучший друг. Сколько книг прочтешь! Товарищи будут спрашивать, что им почитать.

– Мне зарабатывать надо: отцу помогать.

– Не беспокойся, будешь у нас зарплату получать. Ну, согласен?

– Согласен! Согласен!

Мне дали двухнедельный испытательный срок.

В канцелярии стояло несколько книжных шкафов – это и была наша библиотека. Книг еще было немного, но они все приходили и приходили. Все надо было начинать сначала. Как же приступить к делу?

Леня Дмитриев, секретарь учебной части, вручил мне ключи от шкафов, помог разобраться в книгах. В городской библиотеке меня познакомили с библиотечным делом, несколько дней терпеливо со мной занимались.

Работа оказалась сложной. Приходилось ездить за книгами, заприходовать их, заносить в каталог, расставлять по полкам. Но вот все приведено в порядок, заведены учетные карточки, и я начинаю выдавать ребятам книги, каждый раз напоминая, как меня учили в городской библиотеке: «Книгу надо беречь!»

Неизгладимое впечатление произвела на нас книга Николая Островского «Как закалялась сталь». Не раз я перечитывал это удивительное произведение и всегда находил что-то новое, полезное для себя. Павел Корчагин стал моим любимым героем.

С увлечением прочел я «Разгром» Фадеева, «Чапаева» Фурманова. Все эти книги пробуждали желание сделать что-то полезное, нужное для Родины.

Пристрастился я и к научно-популярной и технической литературе, к чтению газет.

Вечерами после уроков я приводил в порядок библиотеку. Заводские ребята охотно помогали, допоздна засиживались за книгой. А мне нередко приходилось ночевать в канцелярии; спал на столе, подложив под голову пачку книг.

Испытательный срок прошел. Меня зачислили приказом на должность библиотекаря. Весело я шел домой с гостинцами, купленными на первые заработанные деньги.

Два года я проучился в школе. Мне исполнилось шестнадцать лет, и я получил паспорт. Надо было решать – куда поступить учиться, кем быть? Все было интересно: и техника, и медицина, и рисование, и педагогика. Хотелось все знать. Но уезжать далеко от дома я не мог. Решил учиться в Шостке. И подал заявление в техникум и в педрабфак. Сдал экзамены. Чему же отдать предпочтение?

– Иди в техникум, – посоветовал отец. – Закончишь – станешь работать на производстве: сам ведь этого хотел. А пока учишься, приработок найдешь.

– Пожалуй, тату, так и сделаю. И ребята советовали. Решено: буду учиться в техникуме!

Я попал на химико-технологическое отделение. Заниматься приходилось много, а на дорогу домой я тратил немало времени. И я решил переселиться в общежитие. Отец согласился на это сразу, а мать молча заплакала.

– Полно, мамо! Ведь я буду на выходной день домой приходить, – говорил я, хотя и сам чуть не плакал.

Наконец мать, вздыхая, согласилась, что так будет лучше, и стала собирать мои скромные пожитки.

УТРАТА

Рано утром я уходил с котомкой из дому. Мать смотрела мне вслед, пригорюнившись. Я оборачивался, махал рукой, пока не завернул за угол.

Перед выходным сразу после занятий пошел домой. Соскучился по матери и беспокоился о ней: последнее время она все чаще хворала. Казалось, никогда не дойду до села.

У дверей меня ждал отец.

14
{"b":"15259","o":1}