ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

СПОРТ СМЕЛЫХ

Начальник аэроклуба Виноградов представил нам инструктора по парашютному делу Науменко. На груди у него значок парашютиста с цифрой 100.

Начиная первое занятие, он сказал:

– Парашют – надежнейшее средство спасения. Пока вы будете летать на «У-2», он вам не пригодится. Но владеть им необходимо. К тому же парашютный спорт – спорт смелых – вырабатывает быстроту реакции, отвагу, решительность, умение управлять своим телом. А эти качества должны быть присущи летчику.

Он рассказал нам об истории развития парашютизма. Узнаем о замечательном изобретателе Котельникове, о том, что русский человек первый в мире создал ранцевый парашют для летчика.

Инструктор учит нас, как нужно обращаться с парашютом, как его укладывать. Движения у него точны, быстры – ни одного лишнего жеста.

В теплые апрельские дни во дворе аэроклуба соорудили батут – сетку из резиновых амортизаторов. И мы начали подготовительную тренировку к прыжкам с парашютом.

Первым на батут легко вскочил инструктор Науменко. Он высоко подпрыгнул, при этом несколько раз успел сделать такое движение рукой, будто дергал за кольцо парашюта. Затем он уверенно встал на сетку и сказал:

– Вам необходимо отработать это движение: оно понадобится при настоящих прыжках.

И вот на батуте учлет – ему никак не удается удержать равновесие. Наконец он кое-как подпрыгивает, делая забавные движения руками, и под общий смех вдруг грузно падает на сетку.

– Ну и учеба – один смех! – замечает кто-то из ребят.

И действительно, смех не умолкает.

У меня прыжок не получился: боком лечу вниз, все внимание сосредоточено на одном – только бы встать на ноги. О воображаемом кольце и думать нечего. Чуть не вываливаюсь за сетку под неудержимый хохот товарищей.

– Да ничего у нас не выйдет! – говорят учлеты.

Призвав нас к порядку, инструктор сказал:

– В первый раз, прыгая на батуте, я вылетел за сетку. А сейчас я вам покажу, чего добился благодаря упорной тренировке.

Он снова высоко подскочил, уверенно управляя своим телом. Мы замерли: какие чудеса можно на сетке делать!

Вот он подпрыгивает, раскинув руки, переворачивается в воздухе через спину и после целого каскада кульбитов и сальто становится на ноги, балансируя на сетке.

– Такая тренировка вам, будущим летчикам, необходима, – говорит он, ловко и легко соскочив на землю. – Она пригодится вам, когда вы будете выполнять фигуры пилотажа. Она способствует укреплению вестибулярного аппарата.

Я стал каждый вечер упорно тренироваться на батуте. И частенько приходил в общежитие в синяках.

В конце концов мы научились делать несложные движения и, оторвавшись от сетки, по два-три раза уверенно дергали за воображаемое кольцо парашюта.

А вскоре начали тренировку в прыжках с парашютом с вышки, стоявшей на крыше дома культуры. Кто-то из учлетов, готовясь к прыжку, уныло проговорил:

– Ребята, честное слово, не прыгну! Даже смотреть вниз страшно – голова кружится.

Науменко подошел к нему, похлопал по плечу:

– Не робей: прыгнешь, а потом сам проситься будешь.

Меня высота не пугала: недаром в детстве я столько лазил вперегонки с ребятами на высокие деревья в Ушинской Дубине и на сельскую колокольню. Но вот подошла и моя очередь прыгать. Взглянул на землю, и тоже стало страшновато. Виду не подаю, но никак не могу застегнуть лямки. Подходит инструктор и помогает мне. Еще раз посмотрел вниз – там собралась толпа зрителей. До меня доносится спокойный голос инструктора:

– Смотрите вперед, вдаль и шагайте.

Шагнул – дух захватило. Не успел оглянуться, а земля уже под ногами. Во второй раз я прыгнул хладнокровней. Думал об одном: приземлиться, как учил инструктор, – встать на обе ступни. Инструктор был прав: оказалось, прыжок – это настоящая радость. И ничего тут нет страшного!

«ЖИВЫЕ» САМОЛЕТЫ

Приближались экзамены по теории авиации и авиатехнике. После экзаменов самое интересное – выезд на аэродром. Нас разделили на летные группы. В нашей, четвертой, двенадцать учлетов. На каждую группу будет выделен самолет, во главе каждой будет инструктор, который должен научить нас летать. Мы уже знали, что от инструктора во многом зависит будущее учлета, его «почерк» в воздухе.

Во время подготовки к экзаменам к нам иногда заходили летчики-инструкторы. Их интересовали наши знания. Но инструктора нашей группы, Александра Семеновича Калькова, мы еще не видели: он в отпуске. Ждем его со дня на день. Нам уже известно, что коммунист Кальков – прежде модельщик киевского завода «Ленинская кузница» – в авиации с 1933 года, был военным летчиком, отлично владеет техникой пилотирования. Говорили, что он хороший методист, один из лучших инструкторов: умелый, опытный, требовательный, даже придирчивый – спуску не даст; человек он прямой – о недостатках скажет резко, без обиняков.

И вот однажды, когда мы готовились к экзамену по знанию мотора, в аудиторию вошел высокий, широкоплечий человек в реглане, в летных кожаных рукавицах с отворотами. Мы переглянулись и встали. На вид ему лет за тридцать. Походка чуть вразвалку. Подстрижен бобриком, нос орлиный с горбинкой, взгляд испытующий. Мне показалось, что у него уж очень строгое лицо. Это и был инструктор Кальков. Поздравив нас с окончанием теоретических занятий, он пробасил:

– Хорошо сдать экзамены – теперь для вас главное. Но помните, о каждом из вас будут судить по полетам. Предупреждаю: я требую бережного отношения к самолету, исполнительности, внимания и аккуратности.

С того дня Кальков стал часто заходить в аудиторию: с каждым беседовал отдельно, наблюдал за нами, словно изучал.

…В середине апреля мы сдали все экзамены. Наша группа – на «отлично». Впервые выезжаем на аэродром.

Наконец-то мы увидим «живой» самолет!

Мы думали, что сразу начнем летать, но оказалось, сначала надо пройти наземную подготовку, научиться на земле обращаться с самолетом, правильно подходить к нему, садиться. Долго придется отрабатывать последовательность и четкость движений, распределение внимания. Надо уметь заправлять машину, помогать технику подготавливать ее.

Едем на грузовике – аэродром находится на окраине города среди полей. Староста нашей летной группы Кохан запевает, а мы подхватываем свою любимую песню:

Там, где пехота не пройдет,
Где бронепоезд не промчится,
Тяжелый танк не проползет,
Там пролетит стальная птица…

С песней незаметно подъезжаем к аэродрому. Выстраиваемся на линейке по группам. С нами здороваются комиссар, инструкторы. Начальник аэроклуба Виноградов, поздравив нас с выходом на аэродром, говорит:

– Самолеты, на которых вы будете летать, всю зиму простояли на хранении в ангаре. Поэтому каждая летная группа под руководством техника должна тщательно осмотреть свой самолет и привести его в порядок.

Строем идем к ангару. Кальков знакомит нас с худощавым человеком в замасленном комбинезоне:

– Это товарищ Образцов – техник самолета нашей группы. У Виталия Образцова большой стаж работы. Он научит вас любить, уважать самолет. Научит бережно ухаживать за ним, чистить и драить его. Вы должны безукоризненно знать технику – каждый винтик, каждый болт, каждую гайку. Самый незначительный дефект может привести в воздухе к тяжелому летному происшествию. И ваша задача: тщательно готовить самолет и на земле обнаруживать любую неполадку – вам летать на нем.

По приказу инструктора открываем дверь ангара. В тени видны контуры самолетов. Вот они, наши «живые» самолеты, с которыми мы пока знакомились только по учебникам и по отдельным частям!

Нас подводят к «У-2» с хвостовым номером «4».

Осторожно притрагиваюсь к плоскости. Немного разочарован: самолет не такой массивный, как я представлял себе. Очевидно, у всех ребят такое же впечатление от первого знакомства с машиной. На лицах недоумение. Только круглая физиономия Петракова сияет:

19
{"b":"15259","o":1}