ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Чтобы окончательно понять существо дела, обратимся к судьбе взрослого населения СССР в период с 1929 по 1939 год — в десятилетие, которое нередко называют периодом «геноцида». Согласно тщательным новейшим подсчетам (см.: Народонаселение. Энциклопедический словарь. — М., 1994. С. 620–622), в начале 1929 года взрослое (18 лет и старше) население СССР насчитывало 85,8 млн, а в начале 1939 года — 98,7 млн человек, из которых 30,1 млн составляли те, кому в начале 1929-го было от 8 до 17 лет. Таким образом, из взрослого населения начала 1929 года «уцелели» к началу 1939-го 68,6 млн (98,7–30), а утрачено было 17,2 млн человек (85,8–68,6), то есть 20 % — не намного более значительная доля, чем в 1990–1999 годах! Словом, «деколлективизация» 1990-х обошлась почти столь же дорогой «ценой», как коллективизация и борьба с «врагами» в 1936–1938 годах (впрочем, нынешние СМИ крайне, даже фантастически преувеличивают количество жертв этой борьбы; в годы коллективизации потери были примерно в 10 раз больше, чем в 1936–1938 годах).

Но, рассуждая о чрезмерно дорогой «цене», нельзя не сказать и о том, что если в течение 1929–1938 годов промышленность страны совершила небывалый рывок, а сельское хозяйство к концу этого десятилетия преодолело свой вызванный коллективизацией резкий упадок, то к концу 1990-х мы имеем, увы, совсем иное положение в экономике… В своей «программной» статье «Россия на рубеже тысячелетий» («НГ» от 30.12.99) Владимир Путин констатировал: «За 90-е годы объем ВВП (Валового внутреннего продукта) России сократился почти в два раза».

* * *

Сопоставляя итоги выборов 1993 и 1995 годов[209] с итогами последних выборов в декабре 1999 г., можно более или менее достоверно выяснить изменения пристрастий избирателей.

Партии и движения, участвовавшие в выборах, достаточно обоснованно разграничивают на 1) демократические или правые («Выбор России», «Яблоко», «Союз правых сил» и т. п.), 2) центристские (ДПР, «Гражданский союз», ОВР и т. п.), 3) левые или коммунистические (КПРФ, «Трудовая Россия» и т. п.), 4) патриотические (ЛДПР, КРО и т. п.); необходимо также выделить и 5) партию власти, с разговора о которой мы и начнем.

Определенная доля избирателей склонна голосовать именно за наличную власть, что подчас выражается в несколько абсурдной форме. Так, во время президентских выборов 1996 года на телеэкране показали женщину, которая на вопрос о том, почему она, в отличие от своих соседей, голосовавших за Зюганова, отдала свой голос Ельцину, ответила:

— Так ведь Ельцин у нас власть! Станет властью Зюганов — буду за него.

Все знают, что в 1995 году партией власти являлась черномырдинская НДР, за которую проголосовали 10,13 % избирателей, а в 1999-м, когда Черномырдин уже не был «властью», НДР получила всего лишь 1,19 %. Но немногие знают (или забыли), что ранее, в 1993 году, партией власти был «Выбор России» во главе с «первым вице-премьером» Гайдаром; она получила 15,51 % голосов. В 1995 году Гайдар возглавлял, в сущности, ту же партию с несколько измененным названием «Демократический выбор России», но поскольку ее вождь уже не являлся властью, партия получила всего лишь 3,86 % голосов — на 11,65 % меньше. Особенно существенно в связи с этим, что другие демократические партии, набравшие в 1993-м 18,67 %, спустя два года, в 1995-м, потеряли немного — 1,65 % — и получили совместно 17,02 %.

Между прочим, если считать, что все избиратели «Выбора России» голосовали за нее не как за партию власти, а как правую, окажется, что уже к 1995 году (а не к 1999-му — см. ниже) правые партии получили тяжкое поражение, ибо в целом за партию Гайдара и других правых голосовало в 1993-м 34,18 %, а в 1995-м — 20,88 %, и потери составляли, значит, почти 2/5 электората правых! В действительности правые понесли большие потери только в 1999 году (см. ниже).

Естественно сделать вывод, что за партию Гайдара как таковую в 1993-м отдали голоса только четверть ее избирателей (15,51: 3,86 = 4), а остальные три четверти голосовали за нее как за партию власти… и в 1995-м большинство избирателей, по-видимому, «отошло» к НДР.

Рассмотрим теперь результаты всех трех избирательных кампаний (учитывая «двойственность» гайдаровского электората):

1993 1995 1999

1. Партия власти

11,65[210]

10, 13 (-8,94)

2. Правые партии

22, 53 (-1,65)
20,88 (-6,43)
14,45

3. Центристские

18, 29 (-6, 74)
11, 55 (+8,91)

20,46[211]

4. Патриотические

22,92 (-2,39)
20, 53 (-13, 57)
6,96

5 Левые

21,09(+11,75)
32,84 (-4,46)
28,38

(в том числе КПРФ)

12,40 (+9,90)
22,30 (+1,99)
24,29

«Единство — Медведь»

23,32

Очевидно, что с 1993 по 1995 год произошел сдвиг избирателей «влево»: прирост электората левых почти соответствует совместным потерям других партий — 11,75 и 12,30 %; «лишние» 0,55 % — это, надо думать, избиратели, проголосовавшие в 1995 году против всех (таковых было 2,77 %).

Это, разумеется, не означает, что доля избирателей, утраченная той или иной партией, отошла непосредственно к левым. Так, потерянные правыми 1,52 % избирателей голосовали в 1995-м, по всей вероятности, за центристов, которые, следовательно, потеряли более 6,74 %, но пополнили свой электорат за счет правых. Тем не менее приведенные цифры демонстрируют вполне определенную тенденцию — сдвиг влево.

В 1999 году, на первый взгляд, иная картина: потери понесли и правые, и (хотя и намного меньшую долю) левые. Но последнее имеет вполне определенное объяснение. Часть членов Аграрной партии во главе с ее наиболее популярным лидером Лапшиным перешла в центристский блок ОВР, притом, как представляется, не в силу своего «поправения», а в надежде играть в составе ОВР более весомую роль, чем в блоке с КПРФ. И в самом деле в ходе предвыборной кампании АПР в рамках ОВР была более «заметной», чем в блоке с КПРФ, и, скорее всего, большинство (если не все) ее избирателей (в 1995 году их было 3,78 %) голосовало за ОВР.

Левые потеряли в целом 4,46 %, то есть на 0,66 % больше, чем электорат АПР, но есть основания полагать, что утраченные ею избиратели — это «крайне» левые, которые, разочаровавшись в своих партиях, голосовали «против всех» (таких в 1999 году оказалось 3,30 %). Словом, за исключением «интриги», предпринятой АПР, говорить о «поправении» нет оснований — тем более, что с 1995 года электорат КПРФ вырос почти на 2 % (т. е. почти на 1/10), а электорат правых партий уменьшился на 6,43 %: они потеряли треть голосов.

Обратимся теперь к «Единству-Медведю». Она воспринималась, во-первых, как партия власти, партия главы правительства Владимира Путина и, во-вторых, как партия заостренно патриотическая, притом, так сказать, не только на словах, но и на деле, что подтверждали ежедневные телерепортажи с Кавказа. И едва ли можно усомниться в том, что за нее голосовали бывшие избиратели прежней партии власти НДР и ряда патриотических партий (ЛДПР, КРО и т. д.). Первая потеряла 8,94 %, вторые — 13,57 %, что в сумме составляет 22,51 %, а «Единство-Медведь» набрала 23,32 % — всего на 0,81 % больше.

Нельзя утверждать, что абсолютно все бывшие избиратели указанных партий перешли к «Единству». Но тенденция вполне очевидна. Особенно важно отметить, что 3/5 электората «Единства» — это бывшие избиратели патриотических партий.

вернуться

209

Сведения о них содержатся в официальном издании «Выборы В Шестую Государственную Думу: итоги, выводы» (М., 1996). Составители решили приплюсовать к двум нынешним думам четыре дореволюционных.

вернуться

210

Указывается та часть избирателей партии Гайдара, которая «изменила» ей после того, как она перестала быть партией власти.

вернуться

211

Включая «остаток» голосов за бывшую партию власти — правоцентристскую НДР (1,19 %)

147
{"b":"15264","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Подсказчик
Когда все рушится
Роковое свидание
Необыкновенные приключения Карика и Вали
Без опыта замужества
Охота
За гранью. Капитан поневоле
Стройка, которая продает. Стандарты оформления строительных площадок
Последние гигаганты. Полная история Guns N’ Roses