ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ну что?

— А ничего! Приехали, блин, — водитель зло пнул колесо ногой. — Двигун стуканул. Сидим, отдыхаем.

— Что ж делать-то? — чуть не плача, спросил мичман. — У меня же билеты на самолет.

— А я что сделаю, дружбан? Поспрашивай у мужиков, может, кто из них тебя и подкинет. Пойду звонить, хай шеф летучку присылает. Ладно хоть пустой, груженого бы хрен утащили.

Мичман бросился к садящимся в машину Давыдову и Павлову:

— Мужики, вы не на Москву?

— Мы что, на Наполеона похожи? — усмехнулся Анатолий.

— Пусть едет, — разрешил вдруг Павлов и, наклонившись к уху Давыдова, добавил: — Сейчас он нам очень кстати.

— Мужики, я из отпуска опаздываю, мне на самолет нужно, я вам за бензин забашляю. Возьмите, а?

— Садись уж, — милостиво согласился майор. — Служишь здесь где-нибудь?

— Из отпуска я, по окончании школы прапорщиков.

— А куда лететь? — осведомился Павлов, переключая со второй сразу на четвертую передачу.

— Во Владивосток.

— На тихоокеанском служишь?

— Бригада морской пехоты ТОФ-а.

Давыдов глянул в зеркало заднего вида и заметил, что Павлов делает то же самое. Шоссе сзади было пустым. Похоже, оторвались, вздохнул с облегчением Давыдов. Телеграфные столбы вдоль дороги мелькали один за другим.

ГЛАВА 10. ТРОПА ВОЙНЫ

На Ярославском шоссе они влились в поток машин, следующих по направлению к столице, и поехали медленнее. До МКАД оставалось километров пятнадцать, когда их остановили. Сначала мелькнул знак, требующий снизить скорость до сорока километров, а потом из-за поворота возник пост ГАИ. Возле двухэтажной будки стоял милицейский старлей в перетянутой белой портупеей серой форме, и как только их машина оказалась в его поле зрения, он принялся усердно махать своим полосатым скипетром, призывая водителя остановиться.

— Вот только тебя нам и не хватало, — досадливо процедил Алексей Петрович, сворачивая на обочину, — лучше бы дальнобойщиков тряс.

— Добрый день, старший лейтенант Хмелев, — козырнув, представился дорожный страж и добавил: — Предъявите, пожалуйста, права и документы на машину.

Ствол его АКСУ недвусмысленно был направлен прямо в окно со стороны, где сидел Алексей Петрович. Павлов протянул старлею права, а Давыдов, перегнувшись через руль, техпаспорт и доверенность. Милиционер краем глаза глянул в техпаспорт, небрежно опустил документы в карман куртки и произнес:

— Попрошу всех выйти из машины. Водитель, откройте, пожалуйста, багажник.

— А в чем дело? — начал закипать Давыдов. — У вас разрешение на обыск имеется?

— Имеется, — старлей похлопал рукой по стволу АКСУ. — Ваша машина числится в угоне.

— Вот не будем ля-ля, — разозлился Анатолий. — Мне хозяин ключи сам оставил и просил машину к дому перегнать.

— Разберемся, — философски заметил Хмелев, удерживая сидящих в «Жигулях» под прицелом, — Заодно уж, будьте любезны, и ваши документы.

— Да, пожалуйста, — не выпуская из рук удостоверения, Анатолий показал его милиционеру. — Сын хозяина мой сослуживец, доверенность выписана на его имя, хотите — можем позвонить владельцу.

— Позвоним, — кивнул милиционер. — Попрошу из машины.

Давыдов и его спутники выбрались наружу.

— Если не секрет, вы где служите? — поинтересовался у Давыдова старлей.

Анатолий объяснил.

— А вы? — ГАИ-пшик обернулся к моряку.

— На Дальнем Востоке.

— Он просто попутчик, — объяснил Давыдов. — А кто на машину-то в угон заявление подал?

— Я откуда знаю, у нас компьютер недавно установили, сегодня в сводке ваш лимузин значится как угнанный.

— Где у вас телефон? Пойдемте хозяину звонить, — потребовал Давыдов.

— Пройдите в помещение поста, оттуда позвоните. А остальных попрошу остаться здесь. И багажник откройте, — напомнил свое требование старлей.

Давыдов фыркнул и направился в здание. Но в помещении первого этажа телефона не оказалось, там были стол, пара скамеек, пожарный щит и вешалка, на которой висело два брезентовых дождевика. Стены были увешаны плакатами на различные темы ПДД и фотографиями с мест ДТП. У глухой стены стоял топчан — наглядная иллюстрация для приложения к уставу гарнизонной и караульной службы, описывающему комнату отдыхающей смены. В комнате чувствовался устоявшийся запах дешевых сигарет и мокрой обуви. На второй этаж вела длинная и крутая лестница, перила строители, видимо, посчитали непростительной тратой дерева или металла. Давыдов полез наверх. Второй этаж и являлся собственно постом, тут были и телефон, и персоналка, и здоровенный младший лейтенант, одетый и вооруженный так же, как старлей. Помощник Хмелева развалился в кресле за широким столом, и, судя по лежащим на аккуратно расстеленной салфетке бутербродам, как раз собирался перекусить. Широкие застекленные окна позволяли вести обзор дороги практически во всех направлениях. Тихо попискивала радиостанция, на подоконнике закипал огромный электрический чайник, литров на пять, формат для офисов или кафе, а на установленном на полу приличных размеров сейфе зеленел фикус.

— Добрый день. Ваш босс мне разрешил отсюда позвонить, — сообщил милиционеру майор.

— Звоните, — тот широкой ладонью сгреб с края стола телефонный аппарат и поставил его перед Давыдовым. Лежащий на столе автомат младшой повесил на спинку кресла, в котором сидел. Критически оценив телосложение помощника Хмелева, Давыдов пришел к выводу, что автомат младшему лейтенанту выдали только потому, что их выдавали всем, заступающим на дежурство. Сам-то он в оружии явно не нуждался, одного вида его пудовых кулаков было достаточно, чтобы у нарушителя пропали мысли о совершении какой-нибудь глупости.

— Вам не в Австралию звонить нужно? А то нам потом такой счет нарисуют, что никакой зарплаты не хватит.

— В Москву. Здесь как — по коду?

— Не-а, обычный городской номер. Набирайте и звоните, Москва на проводе.

— Понятно, — Давыдов, пальцем помогая заедающей пружине наборного диска, набрал номер «мобильника» отца Дениса. После серии длинных гудков трубка изобразила какую-то электронную мелодию и проговорила обаятельным женским голосом: «Абонент находится вне зоны доступа или отключен». Такой вариант развития событий Анатолия совсем не устраивал.

— Не отвечают? — поинтересовался ГАИ-шник, выставив на стол кружку, способную вместить в себя содержимое общепитовской глубокой тарелки, и стал столовой ложкой отмерять себе порцию растворимого кофе. Судя по размерам чашки и калибру бутербродов (батон вдоль), младший лейтенант любил все основательное и большое.

— Попробую другой номер, — предположив, что Сухов-старший находится на работе и то ли выключил «мобильник», чтобы не расходовать драгоценные центоминуты, то ли поставил его на зарядку, майор достал блокнот, нашел в нем номер рабочего телефона отца Дениса и набрал его. На сей раз ему повезло больше. Ответила барышня:

— Добрый день. Торговый дом «Колхида», слушаю вас.

— Будьте любезны, Сухова Вячеслава Кирилловича.

— Он сейчас по другому телефону разговаривает. Перезвоните, пожалуйста, через минуточку.

— Я его на линии подожду.

— Хорошо, ждите, — согласилась барышня, — я ему передам.

Качество связи было отменное, было слышно, как трубка стукнула, соприкоснувшись с поверхностью стола.

— Дозвонились?

— Сейчас подойдет.

Чайник грозно забулькал и выпустил струю пара. Милиционер взял чашку и подошел к окну. Давыдов стал обдумывать, как лучше описать Сухову-старшему ситуацию, в которой оказались они с Денисом. ГАИ-шник выдернул из розетки штепсель и, поставив чашку на подоконник, стал лить в нее кипяток.

— Что за чепуха!…

Конец фразы лейтенанта утонул в реве мощного двигателя и резком визге тормозов. Давыдов удивленно посмотрел в сторону окна, в следующее мгновенье толстое стекло разлетелось вдребезги, комнату наполнил грохот автоматных очередей и визг рикошетирующих пуль. Милиционер, не выпуская из рук чайника, рухнул навзничь на середину комнаты, при падении он сбил стол и кресло. К ногам Анатолия брякнулся автомат, а его руку обдало брызгами кипятка. Ошеломленный происходящим, он даже не почувствовал боли. Внизу кто-то скомандовал:

20
{"b":"15273","o":1}