ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Дятлы вы оба! Мы уже компрессор запустили, заряжаем баллоны, чтоб за вами лезть. Ты ж… твою, комар забодай, все-таки военный! Разве так можно? — Игорь протянул руку и выдернул взбирающимся вторым Давыдова на палубу.

Пощелкивающего от холода зубами Леньку стали в четыре руки растирать Сомовы. С Давыдовым аналогичный вариант не годился, Петр помог ему стянуть баллоны, оглядел спину и присвистнул:

— Ну, браток, на пару дней ты нанырялся. Стойка, я тебя перекисью обработаю.

Повернул капитана к себе спиной.

— Сейчас будет щипать…

— Холодно, — пожаловался Анатолий.

— Сейчас согреем изнутри, — «ассириец» извлек из рундука уже знакомую пластмассовую емкость с жидкостью янтарного цвета.

— Ну, а теперь все по порядку, как у вас в армии, а не так, как этот юный Шлиман излагает.

— А себе? — удивился Анатолий.

— Ты что же думаешь, что я буду спокойно спать, если сам там сегодня все не посмотрю?

— Ну, короче, там ничего не понятно… — начал Давыдов и произвел согревание.

Доклад занял у него минут пятнадцать, при этом он старался ничего не упустить, излагать мысли четко и последовательно. В завершение он потребовал карандаш и на обратной стороне карты изобразил схему подземелья.

В дополнение к сказанному Давыдов положил на стол свернутые в трубку пластины.

— Еще вот это. Попробуй, может удастся прочитать…

— Может быть, — Петр задумчиво постучал кончиком карандаша по рисунку, — а что здесь-то?

— Там какая-то выработка, конец коридора далеко, мы не стали рисковать. Точнее, его даже не видно.

— Молодцы, что не стали. А ты что думаешь? — Петр обернулся к Осокину-старшему.

— То же, что и ты. Наверное, они нашли вход в катакомбы.

— Катакомбы? Да они же в Керчи, в Одессе.

Петр развернул одну свернутую в трубу свинцовую пластину. На пластине был какой-то рисунок.

Капитан внимательно вгляделся в изображение. На схеме угадывались знакомые очертания Крымского полуострова. Хотя рисунок побережья и был несколько другим, вероятно, он соответствовал очертаниям не сегодняшнего берега, а того, каким он был раньше. Давыдова озарило:

— Вот это класс, мужики! Вы понимаете, что мы нашли?! По этой карте можно столько всего отыскать. Вот смотрите, здесь же все есть: Херсонес, Керкинитида, Калос-Лимен, Ольвия, Пантикапей, вот Змиевы валы. Это Меотида.

— Похоже, — кивнул головой Петр, — но не доказано. А без доказательств в археологии даже гипотезы не рекомендуется выдвигать.

— А что вот это?

Внимание Давыдова привлек прямоугольник на мысе Казантип и проведенная от него ломаная линия. У прямоугольника и обоих концов линии были нанесены значки в виде двузубца.

— Не знаю. Скорее всего как раз то, что вы нашли. Ты говоришь, там внизу статуя Аида? Это его символ.

— Ни один нормальный эллин не стал бы ходить в храм Аида. От него бы шарахались, как черт от ладана.

— Может быть, какая-то секта, или жреческий культ? Да, парни, задали вы историкам работы.

ГЛАВА 9.

«АРХИМЕД» ОШИБАЕТСЯ.

Решение, предложенное «Архимедом», по красоте и четкости формулировок могло соперничать с выкладками древнегреческого математика, подарившего программе свое имя. И оно ошеломляло.

Становой и Абрамов продолжали работать над изделием в неразрывном тандеме. Время поджимало, «заказчики» ни с того ни с сего вдруг урезали сроки, отведенные конструкторам, на треть. Вдобавок «Тиранозавр» вдруг открыл «второй фронт» и заявил, что хотя заказ органов выполнять, надо, но и деньгу для фирмы грести тоже кто-то должен. А поэтому, гаврики, пришло время вам поднапрячься, а то клиентура разбежится. Тем паче, что считает все равно компьютер. А так как компьютеров на «Кванте» хватает, то пока одна машина считает одно, пусть другая считает другое, у военных это называется параллельным методом. Вот и запараллеливайтесь, драгоценнейшие мои, или зарплату будете получать по расценкам госзаказчика!

Получать по госрасценкам не хотелось. Уж больно свежи воспоминания о сказочных размерах этих самых расценок. В смысле сказочно малых. А поэтому демиургам от электроники пришлось заниматься конверсией — внедрять милитаристские методы в производство, правда, не совсем мирное. Вениамин Эдуардович Становой сидел перед монитором и отслеживал, как электронная модель изделия будет взаимодействовать с виртуальной «Роксаной». Работа — не бей лежачего. Тем более, что основную часть трудного пути исследователя и творца прошел его «гениальный» напарник.

— Время пить кофе, — Становой передразнил уже ставшую навязчивой рекламу, развернулся в кресле и легким толчком ноги отправил себя за глотком бодрящего напитка. Представитель славного семейства офисной мебели плавно прошуршал колесами в угол, где завлекающе булькала кофеварка на двенадцать персон. Не покидая «трона», налил себе кофе и «приехал» обратно. «Архимед» невозмутимо выдавал выкладки того, как и на каком этапе, их пока еще только электронное детище крушило несокрушимую логику «Роксаны».

— Сейча-а-с посмо-о-отрим, что тут у нас вы-ы-ышло, — задумчиво протянул инженер и стал прогонять этапы работы модели, сравнивая результаты работы с исходными и промежуточными данными. В общем-то обстановка способствовала умиротворенному настроению. Работа-то не пыльная, и так как работают они в тандеме, денежный эквивалент общественного полезного труда им начислят исходя из того, что тандем наработал. Осталось проверить расчеты, хотя вообще-то случаев, чтобы «Архимед» ошибался, еще не было. Да и проверка в нашем случае — понятие условное. Обсчитать то, что родилось в электронных мозгах за час, человек не сможет и за столетие, так что остается отслеживать общее течение электронной мысли виртуального мозга.

— Стоп! Что за черт! — Становой чуть не опрокинул кофе себе на брюки. — Быть такого не может.

Он пристально впился взглядом в экран монитора, не пропустил ли чего-нибудь, и начал с исходных данных. Вроде бы все бьет один в один.

— Ага, вот оно.

Заведомо чужую цель запросчик уверенно идентифицировал как «свой самолет».

— Спасибо товарищу, нашему доморощенному Гейтсу, за наше счастливое детство и очередную возможность подзаработать на тайном фронте.

Становой закрыл «Архимеда» и через значок «Мой компьютер» вышел в директорию программы. Файл, хранящий сгенерированную «Архимедом» схему, он нашел в электронной папке «Итоги». Потом попытался скопировать файл на дискету. На этот раз на экране монитора появился джинн из диснеевского мультика, вежливо сложил на груди ладошки, поклонился и нараспев изрек: «О, любезнейший гость нашего города, вы не превышаете права по доступу к информации?»

— Ч-черт, — ругнулся инженер, — хоть бы пароль спросил из вежливости, что ли…

Пароль джинну был не нужен, он молитвенно сложил руки и на манер кобры стал раскачиваться на своем куцем хвостике, время от времени издевательски позевывая.

— На безрыбье и дворник — горничная… — Становой извлек дискету и убрал ее в коробку. Все-таки кое-что у него было.

Вечером майор Медведев и его незаменимый помощник смотрели очередную серию «кина» про шпионов.

ГЛАВА 10.

СТАРИК И МОРЕ.

В небе, надрывно гудя перегревающимися моторами, прошла четверка самолетов, старик прислонил к бровям ладонь козырьком и стал всматриваться. Глаза стали подводить. Не разобрать ни опознавательных знаков, ни что за машины. Где-то у порта залаяли зенитки, значит, самолеты не наши, гулко бабахнули разрывы бомб на суше, глухо рванули те, что попали в воду. Налет длился минут пять, потом четверка прошла обратно, но теперь один из самолетов вываливался из строя, за ним тянулся дымный шлейф. А затем он неуклюже завалился на бок и кувыркаясь устремился к земле.

— Одного все-таки завалили, — с удовлетворением отметил старик. Из-за вершин деревьев вдогонку уходящим бомбардировщикам вынырнули две тройки тупоносых И-16. И, как водится, опоздали. Противник уже снизился до самой воды и ушел в сторону моря. Старик прошел через сад и отправился гулять, это было для него новым удовольствием, впервые за много лет он мог вот так просто пройтись по городу, спуститься на набережную к порту. Порт был забит судами, как теперь говорили, «тюлькиного» флота. Рыболовные посудины от сейнера до мотобота, переоборудованные в военные корабли, густо швартовались у причалов. Корабли! Старик усмехнулся, запахнул полы морской тужурки и стал смотреть полной грудью, вдыхая запах моря, он любил море, любил корабли. Не эту разношерстную шелупонь, толпящуюся у причалов. А настоящие корабли, крейсера и эсминцы с хищными обводами, стремительно несущиеся по волнам. Стоило прикрыть глаза, и он видел их, ощущал под ногами привычную дрожь мостика, но все это осталось в молодости, а сейчас была старость, прогулки и больше ничего, кроме ожидания. Один из бывших сейнеров дымно чадил. В полуторку, притулившуюся у сходней с него, грузили раненых.

14
{"b":"15274","o":1}