ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Эй, подруга, — подозвал он к себе девушку, — мы где находимся?

— Как где? — с изумлением отозвалась она. — В Татарской бухте. Вы что, не знаете?

— Это его вагон? — Анатолий кивком показал на Сорокина. Тот яростно замычал и закивал головой.

— Они на ней вдвоем были, — подтвердила девушка.

— Где вы их захватили?

— Они нас в ресторане сняли. Предложили выпить, мы согласились, потом танцевали, они нас угощали. А когда ресторанчик закрываться стал, они нас стали звать с собой на море, неделю в палатке пожить, обещали на дельтаплане покатать. Мы сказали, что на неделю не сможем, а Жанна предложила поехать в Мысовое искупаться при луне. Они и согласились. Потом мы приехали на море, купались, выпили, потом они нас… потом они уснули.

Давыдов вопросительно посмотрел на Андрея. Тот нехотя кивнул и снова замычал, требуя освободить его от пут. Это требование капитан в очередной раз проигнорировал. Пока девушка рассказывала, план в его голове оформился окончательно. Остались лишь кое-какие детали. Обдумывая их, капитан продолжил допрос «военнопленных»:

— Еще вопрос, почему ты с медсестринским образованием работаешь у мэра в забегаловке?

— Так нет же работы по специальности, — искренне удивилась девушка.

— Хорошо, можешь считать, что я пока тебе верю. Но предупреждаю, мои указания выполнять беспрекословно, в противном случае отдам тебя вон ему, — капитан кивнул на Сорокина. — Понятно?

— Понятно, — прошептала побледневшая барышня.

— Теперь займемся вами, мой юный друг, — капитан присел на корточки возле спасенного охотника за дамскими прелестями. — Чтобы расставить точки над «i», мой уважаемый донжуан, мы не СОБР, не ОМОН и не РУБОП. То, что на вас наткнулись именно мы, это просто везение. Ясно?

Сорокин кивнул.

— Пошли дальше. Мне тебя не жалко и мне нужна твоя тачка. С транспортом, понимаешь, непруха. Придется воспользоваться твоим. Уж очень тачка у тебя представительная, как раз для таких крутых парней, как мы с напарником. Причем твое присутствие для нас совсем не обязательно. — На физиономии пленника отразился неподдельный ужас.

— Вижу, ты меня понял. — Связанный кивнул. — Очень хорошо, я сниму лейкопластырь, и мы с тобой мирно побеседуем. О'кей?

Снова последовала серия кивков. Давыдов одним рывком сорвал с физиономии Сорокина скотч и остатки щетины. Тот даже не поморщился.

— Итак, вопрос первый, где ты работаешь?

— В Киеве.

— В какой организации?

— В банке.

— Кем?

— Член совета директоров, — с вызовом ответил Сорокин, ожидая видимо, что это должно произвести на Давыдова определенное впечатление.

— В каком банке? — невозмутимо продолжил капитан.

— Национальном.

— Это вы, значит, купоны придумали? — поинтересовался молчавший доселе Виктор.

— Нет, это соседи из кредитного. Мы валютой заведуем.

— Не брешешь в основном, но в мелочах точности нет, — капитан сверил показания спасенного и документы, — все сходится. Вот только в визитках ты почему-то значишься коммерческим директором Херсонского филиала вышеупомянутого банка. Как это прикажете понимать?

— Да повысили меня, понимаешь? Повысили! Это же так просто. Даже для мента или кто ты там такой.

— Я уже тебе говорил, что к МВД отношения не имею. Но разговор у нас идет не обо мне, поэтому продолжим. Такая птица должна отдыхать где-нибудь на Майорке. Или еще где покруче. Чего ж ты, голубь, залетел в эти места?

— На хрен мне твоя Майорка нужна, «Таити, Таити — нас и здесь неплохо кормят.» Вечно вам чужие деньги покоя не дают! Это пусть челночники на Таитях отдыхают, а мне и здесь не плохо.

— Тогда поведай мне, дружище, — начал Давыдов медленно и вдруг резко оборвал фразу: — цель прибытия сюда, быстро?!

— Отпуск, тут же слет экстремалов.

— До какого числа отпуск?

— До тридцатого, а что?

— Очень хорошо, экстрим я тебе обеспечу. Будешь выполнять мои требования — останешься живым, я тебя задействую на два дня, крайний срок, на три. Потом убирайся отсюда и забудь сюда дорогу. Я ясно выражаюсь?

— А машина?

— Нравишься ты мне, Андрюша, спрашиваешь не о кореше своем, который за тебя, можно сказать, костьми лег, а об автомобиле, бездушной железяке. Откуда такой вещизм и черствость к погибшему сотоварищу?

— Он мне не кореш, это телохранитель от фирмы. Если не может профессионально свою работу делать, туда ему и дорога.

— Аи да Сорокин, аи да сукин сын, — восхитился Давыдов, — а ты, стало быть, работаешь профессионально?

— Ну, а что? Нет, что ли? — негодующе поджал губы финансист.

— Вся страна раком стоит от вашего профессионализма и пользует ее кто как хочет. А может, не связываться с тобой, а отдать тебя местному населению. Вон, Лике, например? — поинтересовался капитан. Посмотрел документы застреленного Жанной, тот действительно числился сотрудником физической защиты национального банка Украины.

— Не нужно, — мрачно сказал банкир, — что нужно делать?

— Вот это слова не мальчика, но мужа, — похвалил его Давыдов. — Для начала нужно здесь прибраться. Соберешь всю эту компанию и оттащишь вон в тот закуток.

Капитан достал нож и перерезал стягивающие финансиста веревки.

— Кстати, мы с твоего позволения воспользуемся некоторыми предметами вашего туалета. Ты, надеюсь, не возражаешь?

— Чего уж, — вздохнул Сорокин, — пользуйтесь. — Он уселся и начал растирать свои онемевшие конечности. Наконец, кряхтя поднялся на ноги.

— Выпить можно? — поинтересовался он, оглядывая поле предстоящей деятельности.

— Ты у нас за рулем, — покачал головой Анатолий, — вдруг на ГАИ нарвешься? От них жалоба пойдет на место работы, а нам в банке неприятности не нужны. Барышня! Присоединяйтесь к нашему финансовому гению, а то он уже давно ничего тяжелее «Паркера» не поднимал.

— Куда? — поинтересовался банкир.

— Я покажу, — встал со своего места Виктор.

— Сиди уж, сам схожу, — поднялся Давыдов, — ты пока пошарь в чемоданах, выбери что поновее и поприличнее. Шагайте вперед, я скажу, где сворачивать.

Бренные останки начальника «автомобильного сектора» команды Завгороднего были помещены в пустую выработку каменоломен. Туда же доставили тела остальных погибших участников сражения.

— Все, — доложил финансист.

— Молоток. Теперь возьми и отгони «девятку» поглубже в туннель, так, чтобы ее снаружи ни одна собака не унюхала.

Сорокин уселся за руль и проехал на ней метров двести в глубь туннеля. Минут через десять он с перекошенным лицом вернулся обратно.

— Вы там глубже были, где пахнет?

— Были, ты постарайся не забыть, что если бы не мы, то и ты там бы пах вместе с остальными. Теперь сходи принеси из «жигуленка» канистру с бензином, отнесешь ее туда же.

Финансист ушел. Капитан собрал все оружие, из которого стреляли в ходе схватки у выхода из катакомбы и направился следом.

— Полей все хорошенько.

Сорокин поплескал бензином на мертвые тела, иол и стены.

— Выходи оттуда! Канистру можешь оставить там.

Финансист вышел и остановился рядом с Давыдовым. Анатолий зажег спичку и бросил ее в лужу бензина. Как в крематории загудело пламя. Капитан размахнулся и зашвырнул туда ПМ, обрез, автомат. Отправил туда же свой ТТ и Виктора.

— Э-э, мужик! А что я по-твоему должен буду в фирме сказать про телохранителя? Куда он делся?

— Придумай что-нибудь, — пожал плечами Давыдов, — раз у вас хватило ума во все это дерьмо вляпаться, должно хватить и на то, чтобы отбрехаться, не зря же тебя директором поставили. А теперь пошли.

Вернулись к выходу из подземелья. Виктор уже вытащил из машины и расстелил спальные мешки, провел детальную ревизию чемоданов. Курсант отобрал из них все лучшее из того, что захватили с собой в поездку киевские плэйбои, многие вещи были ни разу не надеваны. Лежали в фабричных и магазинных упаковках. Их-то Сомов и отобрал для пополнения войсковых запасов. Лика по его команде достала продукты и накрыла «стол».

61
{"b":"15274","o":1}